Читать онлайн «Журнал Наш Современник 2005 #8». Страница 54

Дело в том, что текстологи расходятся во мнениях, как следует печатать указанные строки о "Тарасе Бульбе". В академическом Полном собрании сочинений Достоевского, вышедшем под редакцией Г. М. Фридлендера, заметка помещена в середине первого абзаца, среди других записей. Том, где были напечатаны подготовительные материалы к "Подростку", вышел в 1976 году. Однако незадолго перед тем, в 1965 году, этот же текст был впервые опубликован в "Литературном наследстве" (т. 77). В этой публикации, которая была подготовлена А. С. Долининым, фраза о школьном учителе открывает собой весь корпус подготовительных материалов к "Подростку". При такой публикации (а думается, для этого решения у исследователя были достаточные основания) значение заметки возрастает многократно. Ведь в таком случае с нее, по сути, у Достоевского началось вызревание замысла "Подростка"!

Итак, что же за человек был преподаватель русского языка и словесности в пансионе Чермака Николай Иванович Билевич, послуживший много лет спустя Достоевскому прообразом идеального школьного учителя, читающего детям "Тараса Бульбу"?

Биография Билевича как выпускника Нежинской гимназии высших наук была опубликована незадолго до его смерти в памятном издании "Лицей князя Безбородко" (СПб., 1859). Сын учителя гимназии в Курске, Билевич был всего на девять лет старше Федора Михайловича. В 1827 году он поступил в Нежинскую гимназию, где в числе его товарищей были Гребенка, Прокопович, Кукольник, Гоголь. По словам биографа, хотя Гоголь учился двумя классами выше Билевича, однако по языкам Гоголь и Билевич были в одном отделении, "и Николаю Ивановичу не раз случалось помогать знаменитому автору "Мертвых душ" в мудреной для него латыни".

Кое-что к характеристике Билевича добавляют сведения о его дяде, профессоре Нежинской гимназии Михаиле Васильевиче Билевиче. Уроженец Венгрии, Михаил Билевич получил образование за границей и прибыл в Россию в 1806 году по приглашению Харьковского университета. (Возможно, приехал он с братом Иваном Васильевичем Билевичем, отцом Николая Билевича, но сведениями об этом мы не располагаем.) Именно Михаил Васильевич, ревнуя о воспитании юношества, стал инициатором начавшегося в 1826 году в Нежинской гимназии "дела о вольнодумстве", которое окончилось изгнанием по личному распоряжению Государя Николая Павловича нескольких вольнодумных профессоров. Указ императора гласил: "Профессоров Гимназии… Шапалинского и Белоусова, за вредное на юношество влияние, а Ландражина и Зингера, сверх того, и за дурное поведение, отрешить от должности… тех из них, кои не русские, выслать за границу, а русских — на места их родины, отдав под присмотр полиции". Михаил Васильевич Билевич принадлежал к той группе профессоров Нежинской гимназии, благодаря которой в ней поддерживался тот почти монастырский быт и дух, который должен был главенствовать в ней, согласно Уставу гимназии. Домовая церковь, общий духовник, общие утренние и вечерние молитвы, молитвы перед началом и окончанием уроков, Закон Божий два раза в неделю, каждый день полчаса перед классными занятиями чтение священником Нового завета, вечером после занятий чтение книг духовного содержания, ежедневное заучивание наизусть по два-три стиха из Писания, строгая дисциплина… — таким был определенный Уставом гимназии быт ее учащихся, в котором воспитывались Гоголь и Николай Билевич. (Многими чертами этого быта Гоголь, кстати, позднее воспользовался при описании бурсацкого обихода в "Тарасе Бульбе" и "Вии".)

Окончив Нежинскую гимназию двумя годами позже Гоголя, Николай Билевич с отличным аттестатом приехал в Москву, где "без знакомых, без покровителей, один с своею решимостию… ревностно начал посещать лекции Московского университета и слушать профессоров словесного и юридического факультетов". Вследствие материальных затруднений он вынужден был взять место учителя истории и географии в Московской практической академии, а затем определился управляющим-письмоводителем в конторе одного из богоугодных заведений. В 1836 году Билевич женился. Помимо пансиона Чермака он преподавал в институте обер-офицерских детей при Московском воспитательном доме, в женском Александровском училище. По словам биографа, "с каждым годом известность его как опытного, хорошего преподавателя увеличивалась, вследствие чего, имея уже уроки в пяти или шести частных пансионах, он был приглашен и во многие известные в Москве дома для преподавания русской словесности". Позднее Билевич преподавал в 3-й московской гимназии, в Дворянском институте, в Сиротском доме, в Московском дворцовом архитектурном училище. Словом, это был прирожденный педагог.

Напомним, кстати, что и Гоголю, и многим другим выпускникам-нежинцам, была также присуща педагогическая жилка. Как известно, на протяжении нескольких лет Гоголь был учителем петербургского Патриотического института благородных девиц, а впоследствии адъюнкт-профессором Петербургского Императорского университета. Профессиональным преподавателем словесности был и друг Гоголя и Билевича Николай Прокопович. (Кстати сказать, с Прокоповичем Достоевский был знаком с 40-х годов в Петербурге.)

В 1848 году Николай Билевич был назначен инспектором в Калужскую гимназию. К этому времени относится упоминание о Билевиче в переписке Гоголя с Александрой Осиповной Смирновой (урожденной Россет). В то время муж Смирновой был калужским губернатором и Смирнова жила в Калуге. Имя Билевича встречается в письме Смирновой к Гоголю из Калуги от 26 января 1849 года (Смирнова передавала тогда Гоголю через Билевича посылку). А спустя год, 6 декабря, Гоголь писал Смирновой из Москвы: "С Назимовым я мало знаком: виделся с ним раза два, отзываются о нем другие хорошо. Если вам имеется в нем надобность, может быть, насчет Билевича, то посоветуйте ему обратиться к Гинтовту <соученик Гоголя и Билевича>, который с ним еще недавно служил вместе". Вероятно, Билевич, будучи тогда инспектором Калужской гимназии, являлся также домашним учителем детей Смирновой, и поэтому она за него ходатайствовала. Возможно, речь шла о переводе Билевича в Москву, так как уже в следующем, 1850 году Билевич, по распоряжению В. И. Назимова, попечителя Московского учебного округа, был переведен инспектором в 1-ю московскую гимназию. Сохранился экземпляр статьи Н. И. Билевича "Николай Иванович Новиков" с дарственной надписью одной из дочерей Александры Осиповны: "Ольге Смирновой в Калуге 1851 года". Несомненно, в Москве Билевич часто встречался с Гоголем. Спустя год после кончины Гоголя он вышел в отставку и уехал на родину, в Курскую губернию. В следующем, 1854 году он составил программу "Описания Курской губернии" и по рассмотрении ее министром внутренних дел утвержден был в звании члена-корреспондента Курского статистического комитета, с назначением и заведовать этим комитетом. Умер Билевич в 1860 году, 48 лет.

По-видимому, главным призванием Николая Ивановича Билевича было именно педагогическое поприще. Однако помимо преподавательской деятельности Билевич, подобно своим школьным друзьям, Гоголю, Прокоповичу, Кукольнику, Гребенке, в свою очередь пробовал — и не раз — свои силы в литературе. Интерес к писательству у него, как и у Гоголя, зародился еще в Нежине, где он начал писать стихи. В Москве он познакомился "с некоторыми из издателей журналов, причем всех ближе сошелся с Полевым, племянникам которого давал уроки, и с Надеждиным, чей "Телескоп" снабжал переводами статей из разных иностранных изданий… был введен в дом Киреевского…". По преданию, на литературных вечерах он встречал А. С. Пушкина, В. А. Жуковского, Н. Я. Языкова. Знаком он был с М. Н. Загоскиным, А. Ф. Вельтманом, Федором Глинкой.

В 1833 году, спустя три года после приезда Билевича в Москву, вышел в свет его первый литературный опыт: сборник сатирических статей под заглавием "Картинная галерея светской жизни, или Нравы XIX столетия" (Соч. Н. Б. 2 ч. М., 1833). А к тому времени, когда Билевич учил братьев Достоевских в пансионе Чермака, появилась его новая книга. Подобно Гоголю, написавшему "Вечера на хуторе близ Диканьки", Николай Билевич издал сборник повестей "Святочные вечера, или Рассказы моей тетушки" (2 ч. М., 1836; 2-е изд. СПб., 1839). Об этом сборнике положительно отозвались в 1836 году и О. И. Сенковский, и В. Г. Белинский. Сенковский увидел в книге "ум, шутку, проблеск чувства и воображения, что всего лучше, что-то русское, национальное, что-то слышанное вами в народе!"; а Белинский прямо советовал "автору обратить внимание на свой талант". Несомненно, братья Достоевские должны были знать об этих откликах критиков на произведение своего любимого учителя.

Кроме того, перу Билевича принадлежат еще несколько литературных произведений: сказка "Журавль" (1846), "Сказка об Иване-Богатыре" (1847), повести "Мечты и существенность" (1849), "Петр Иванович Короткоушкин" (1853), а также статьи "О преподавании русского языка и словесности" (1846), "Несколько слов об историческом значении Петровского-Разумовского" (1846); "Пребывание Карамзина в Москве" (1847), "Николай Иванович Новиков" (1847), "Русские писательницы XVIII века" (1847), "Русские писательницы XIX века" (1847), "О цели и сущности гимназического образования" (1848), "Коренная ярмарка в Курске" (1854).