Читать онлайн «Оккультные войны НКВД и СС». Страница 64

Стихотворение Эккарта "Штурм" стало одной из самых популярных нацистских песен. Незадолго до смерти Эккарт опубликовал в Мюнхене пронизанную антисемитизмом книгу "Большевизм от Моисея до Гитлера", где он вел диалог с воображаемым анонимным собеседником, в котором легко узнавался Гитлер. Эккарт приписывал своему собеседнику "открытие", состоявшее в том, что тайной силой, послужившей "причиной нарушения мирового исторического порядка, являются евреи". Согласно Эккарту, Гитлер перенял фатальный пессимизм Артура де Гобино и превратил его в агрессивный оптимизм. Гитлер, по мнению Эккарта, оказался первым человеком, осознавшим, что исход евреев из Египта произошел "с целью совершить кровавый революционный штурм устоявшегося порядка, а Моисей был не кто иной, как лидер большевизма". Изложенные в книге антисемитские идеи Гитлер постоянно использовал в своих выступлениях.

В заключительной части "Моей борьбы" Гитлер написал об Эккарте следующее:

"…я хочу еще раз напомнить великие образы этих людей и сказать всем сторонникам и борцам нашего учения, что они должны идти по стопам этих героев, пожертвовавших собою в полном сознании величия наших целей. Эти герои послужат примером всем поколебавшимся, всем ослабевшим. Их дела зовут каждого из нас к исполнению долга, как умели выполнить свой долг до самого конца эти передовые бойцы. К этим героям причисляю я также и того лучшего человека, кто сумел послужить делу возрождения нашего народа как поэт и как мыслитель и в последнем счете также как боец. Его имя - Дитрих Эккарт".

Очевидно, что Гитлер необычайно ценил и уважал этого человека. Попробуем разобраться, почему.

По определению немецкого историка Конрада Хейдена, Эккарт был прежде всего духовным учителем Гитлера. Будучи поклонником Шопенгауэра и Ницше, Эккарт считал себя посвященным оккультистом.

До знакомства с Гитлером Эккарт много путешествовал по миру, был в Северной Африке, посещал старинные мусульманские крепости в Испании, изучал историю арабской оккупации на Сицилии. Дитрих Эккарт не был среди первых и правоверных членов Общества "Туле". Он присоединился к движению лишь для того, чтобы использовать его в своих личных целях.

Еще он был алкоголиком и наркоманом и на этой почве умудрился угодить в психиатрическую лечебницу, где ставил пьесы, актерами в которых выступали его друзья по несчастью.

В 1919 году, живя в Мюнхене и продолжая изо всей мочи "закладывать за воротник", Эккарт пропагандировал свои взгляды в дешевых кабаках города. При этом он открыто заявлял, что Германией должен править диктатор:

"Во главе нам нужен парень, способный переносить звуки рвущихся снарядов. Никто из офицеров не подойдет, ибо люди потеряли к ним уважение. Лучше всего - рабочий, умеющий хорошо болтать. Ему не понадобится много мозгов. Он должен быть холостяком, чтобы привлечь в наши ряды женщин".

Эккарт был уверен, что самой судьбой ему предназначено приготовить путь для такого лидера. Понятно, что, познакомившись с Гитлером, Эккарт увидел в нем самого подходящего на эту "должность" человека. "Вот тот, для кого я - пророк и предтеча!"

Под чутким руководством Эккарта бывший капрал выявил свои дремавшие до того "таланты". Оккультисты сказали бы, что благодаря магической технике он развил заложенный в нем потенциал. И действительно, с поражающей воображение быстротой Гитлер стал набирать популярность, превратившись в своего рода движущую силу пропагандистской кампании, вытащившей маленькую партию из пивных на многолюдные митинги.

Адольф на деле доказал, что является прирожденным оратором. Впервые он выступил на публичном митинге 19 октября 1919 года.

Немецкий историк Иоахим Фест пишет по этому поводу:

"В горьком, непрерывном потоке слов вырывались чувства ненависти и бессилия одинокого человека; произошел как бы взрыв после долголетней апатии; горячечные образы и обвинения обрушивались на слушателя; совершенно забыв о сдержанности, он говорил до полного истощения".

Такие выступления настолько выматывали Гитлера, что требовалось несколько кружек крепкого мюнхенского пива для восстановления сил.

Необычайная энергия и ораторское искусство сделали из Гитлера наиболее выдающуюся фигуру в партии. Летом 1920 года он настоял на ее переименовании. С этого времени она называлась "Национал-социалистической рабочей партией Германии" (НСДАП, нем. National-Sozialistische Deutsche Arbeiterpartei). Такое название, по замыслу, должно было привлечь в ряды как националистов, так и пролетариев.

Следующим шагом в формировании серьезной политической организации стало создание отрядов штурмовиков - СА.

*СА* (нем. Sturmabteilung, SA) - штурмовые отряды, полувоенные соединения нацистской партии, начавшие создаваться в Германии с августа 1921-го на базе некоторых подразделений "Добровольческого корпуса" (под названием "Гимнастический и спортивный дивизион"; переименованы в СА 4 ноября 1921 года). Являлись орудием физической расправы с противниками нацистского режима, и прежде всего коммунистами.

Первыми отрядами СА командовал капитан Пфеффер фон Заломон. С января 1923-го командование переходит к Герману Герингу. В 1931-м СА возглавил капитан Эрнст Рем, который строил их по образцу германской армии. Под его руководством были созданы Генеральный штаб СА, штаб-квартиры в различных регионах и военное училище в Мюнхене для подготовки командных кадров. Штурмовики имели собственную униформу коричневого цвета, за что получили прозвище "Коричневые рубашки".

Со временем у НСДАП возникла нужда в символике, которая отличала бы нацистов от других партий. Основным символом стала свастика.

Инициатива сделать свастику единым символом националистического движения в Германии принадлежала дантисту Фридриху Крону, члену Германского ордена и Общества "Туле". Этот человек заработал себе репутацию эксперта Германской рабочей партии, поскольку был известен как коллекционер книг на "народнические" темы - он собрал их около 2500 (!). В мае 1919 года Крон составил меморандум под названием "Может ли свастика служить символом национал-социалистической партии?", в котором предложил использовать левостороннюю свастику (концы которой загнуты по часовой стрелке, как у теософов и на эмблеме Германского ордена). Он выбрал это направление, поскольку в буддистской интерпретации оно символизирует удачу и здоровье, тогда как правая ориентация (концы загнуты против часовой стрелки) означает упадок и смерть. (Большинство свастик Гвидо фон Листа и Общества "Туле" имеют правую ориентацию; это говорит о том, что в "народнической" традиции Германии не было принято устойчивое "традиционное" направление).

Тот же Фридрих Крон придумал распределение цвета: черная свастика в белом круге на красном фоне.

20 мая 1920 года на митинге НСДАП в Старнберге такая свастика впервые публично появилась как флаг нового движения.

Гитлер говорил:

"Как национал-социалисты мы видим нашу программу в нашем флаге. Красное поле символизирует социальную идею движения, белое - идею националистическую.

Свастика - борьба за победу арийского движения, и в то же время свастика символизирует творчество".

Адольф Гитлер в свастике на предвыборном плакате НСДАП

К лету 1921 года лидерство Адольфа Гитлера уже ни у кого в партии не вызывало сомнений. Вошло в традицию приветствовать его, вытягивая руку в салюте и выкрикивая: "Хайль Гитлер!" (приветствие "Хайль!" и салют нацистами было позаимствовано из ритуалов масонского общества "Золотая заря"). Влияние НСДАП росло, а ее фюрер вскоре превратился в заметную фигуру на внутригерманской политической арене.

И столь стремительной карьерой Гитлер был обязан прежде всего Дитриху Эккарту, и Эккарт вполне осознавал этот факт. В письме другу, написанном им в 1923 году, за несколько дней до смерти, Дитрих Эккарт писал:

"Следуйте за Гитлером! Он будет танцевать, но это я, кто нашел для него музыку… Не скорбите по мне: я повлиял на историю больше, чем любой другой немец".

Эккарт оказался прав. Он стал предтечей для человека, которого впоследствии назовут "мессией темных сил". А вскоре у "мессии" появились и апостолы.

Причины, по которым идеи нацистской партии столь быстро нашли отклик в сердцах миллионов немцев, хорошо известны. Разочарование в революции, депрессия от поражения в войне, ненависть к тем, кто, по мнению большинства немцев, был виноват во всех их бедах, требовали выхода. Гитлер лишь сумел направить эти чувства масс в нужную ему сторону, показав всем, кого и за что нужно ненавидеть.

Как это случалось и раньше с другими народами, оказавшимися в тяжелых условиях, немцы мечтали о чудесном избавлении, ждали Спасителя.

"Откуда он придет, никто не может сказать, - писал в это самое время Курт Гессе, - из королевского дворца или из рабочей хибары. Но все знают: он - вождь, который однажды объявит о себе, и он - тот, кого мы страстно ждем. Тысячи и сотни тысяч рисуют его образ в своем воображении, миллионы голосов зовут его, единая германская душа ищет его".