Читать онлайн «Дело «Норильский никель»». Страница 92

Дело было в том, что не только в конце 1994 года, но даже и в начале 1995 года наблюдалось отсутствие полного реестра акционеров РАО «Норильский никель», не работал депозитарий, следовательно, не было и возможности регистрировать сделки с акциями РАО «Норильский никель». Несмотря на то, что 31 августа 1994 года с АКБ «Уникомбанк» был заключён договор № 36/180 «Об оказании услуг по ведению реестра владельцев ценных бумаг», на формирование реестра акционеров и создание сети региональных регистрационных пунктов ушло много времени и значительные организационные усилия. Период становления завершился лишь к марту 1995 года, вот тогда-то АКБ «Уникомбанк» и смог приступить к оказанию всего объёма услуг депозитария по ведению реестра акционеров РАО «Норильский никель».

Уместно вспомнить прямо-таки детективную историю, случившуюся в тот период времени с рядом акционеров РАО «Норильский никель», наилучшим образом отразившую проблемы едва появившегося вторичного регионального рынка акций акционированного концерна «Норильский никель».

Началось всё 13 октября 1995 года, когда на имя президента, председателя Совета директоров РАО «Норильский никель» Анатолия Филатова поступила коллективная жалоба граждан, в которой констатировалось, что при весьма странных обстоятельствах жалобщики лишились акций, приобретённых в ходе приватизации концерна «Норильский никель» на условиях Государственной программы приватизации.

В связи с данной жалобой Управлению по собственности и организации работы с акционерами, действовавшему под руководством Владимира Орлова, которое являлось преемником Комитета, занимавшегося акционированием и приватизацией всего концерна «Норильский никель», было поручено провести служебное расследование и разобраться в сути изложенных фактов, в ходе которого выяснилось следующее:

1) обратившиеся с жалобой 117 граждан являлись членами трудового коллектива государственного объединения Норильский комбинат, причём в абсолютном большинстве — работниками Талнахской обогатительной фабрики, входившей в состав упомянутого промышленного объединения. Следовательно, они имели право участвовать в закрытой подписке и приобрести на льготных условиях 3 (в случае отсутствия приватизационного чека), а при его наличии 21 (14 за ваучер и 7 за цену в 4700 рублей) обыкновенную акцию РАО «Норильский никель», что и было сделано;

2) до момента подачи жалобы граждане вообще не получали каких-либо выписок из реестра акционеров РАО «Норильский никель» и обнаружили, что число принадлежавших им обыкновенных акций значительно меньше того количества, что было приобретено ими по итогам закрытой подписки, только узнав о получении дивидендов, начисленных на акции компании по результатам 1994 года. Некоторым из этих акционеров, в своё время приобретших 21 акцию, предложили получить дивиденды лишь на 7 акций, оплаченных денежными средствами. Другие с большим удивлением узнали, что совсем не являются акционерами РАО «Норильский никель». Вышло так, что люди лишились как акций, так и дивидендов, ежегодно начислявшихся на них;

3) в располагавшемся в Москве главном офисе АКБ «Уникомбанк», занимавшимся ведением реестра акционеров РАО «Норильский никель», подтвердили, что пострадавшие 117 человек действительно являлись акционерами, — правда, которые сами же продали свои акции фирме «Лерман и Ко», специализировавшейся работой на фондовом рынке и представленной Александром Лерманом. Изменения в ещё едва-едва сформированный реестр акционеров РАО «Норильский никель», касавшиеся списания акций со счетов продавцов и занесение их на счёт покупателя, были совершены сотрудниками АКБ «Уникомбанк» на основании договоров купли-продажи акций, некоторые из них были нотариально удостоверены. Кроме этого, все договоры были зарегистрированы совместным российско-эстонским предприятием ТОО «Лерман Лтд.», в соответствии с положением пункта 5.2. Инструкции о правилах совершения и регистрации сделок с ценными бумагами (письмо Минфина России № 53 от 6 июля 1992 года) являвшимся неким инвестиционным институтом, который был вправе регистрировать сделки с ценными бумагами;

4) в течение осени и зимы 1994 — 1995 годов от имени и по поручению фирмы «Лерман и Ко» скупкой обыкновенных акций РАО «Норильский никель» у физических лиц — жителей городов и посёлков Большого Норильска занимался ряд коммерческих структур, среди которых наиболее выделялась инвестиционная компания «Коч». Это было время, когда держатель реестра акционеров РАО «Норильский никель» фактически ещё не работал, а спрос на акции с каждым днём всё возрастал, наряду с тем, что предложение формировалось мелкими акционерами, в своём большинстве не владевшими информацией об истинной цене принадлежавших им акций. Тогда-то такие коммерческие организации, как «Коч», стали принимать от граждан в качестве документов, подтверждавших их права на акции, не выписку из реестра акционеров РАО «Норильский никель», а выдававшиеся по итогам проведения закрытой подписки извещения и к ним квитанции к приходным кассовым ордерам о приёмке в уплату за акции приватизационных чеков. Иногда также прилагались справки, выдававшиеся по месту работы, о целевом удержании из зарплаты строго определённых денежных сумм: 2100 рублей в качестве уплаты цены трёх или 4700 рублей — семи обыкновенных акций РАО «Норильский никель»;

5) при простом визуальном сравнении удалось выявить не соответствие подписей продавцов, стоявших под договорами купли-продажи акций, и подписей тех лиц, от имени которых эти договоры подписывались. Этот результат был получен при явочной встрече с работниками Талнахской обогатительной фабрики, обратившимися с указанной жалобой. Относительно же оспаривавшихся договоров купли-продажи акций выяснилось, что они были нотариально удостоверены в период с 13 по 28 декабря 1994 года нотариусами Любовью Шаталовой (Норильск) и Ольгой Иванниковой (Талнах), а в период с 11 по 16 января 1995 года — зарегистрированы ТОО «Лерман Лтд.»;

6) оба нотариуса заявили, что вообще никогда не удостоверяли договоры купли-продажи акций РАО «Норильский никель» и не заверяли чьи-либо подписи на них. Тогда возникло предположение о том, что, вполне возможно, некие злоумышленники в своих корыстных целях использовали печать того же нотариуса Иванниковой, которую якобы она ориентировочно в этот период времени сдала на хранение соответствующему органу государственного управления. Кроме этого нотариусы заявили о своей приверженности работать исключительно по стандартам, принятым Управлением юстиции Администрации Красноярского края, которые не предусматривали такого вида нотариальную услугу, что из их уст, по-видимому, звучало достаточно убедительно для тех лиц, кто привык верить в человеческую честность и профессиональную неподкупность.

В завершении работы все материалы служебного расследования были переданы на рассмотрение президенту, председателю Совета директоров РАО «Норильский никель» Анатолию Филатову с предложением направить их вместе с соответствующим заявлением в адрес прокурора города Норильска Владимира Сурмача и начальника городского УВД Николая Стариченко. Однако по ряду толком никому не известных закулисных причин, скорее всего вызванных элементарным нежеланием «выносить сор из избы», решение вопроса по существу начало буксовать. Тогда-то по стечению обстоятельств, связанных с внесением весной 1996 года кардинальных изменений в персональный состав руководства РАО «Норильский никель», на помощь пришла Москва.

Устав ждать, тот же состав пострадавших граждан, когда со всей определённостью стало ясно, что они теряют и дивиденды, начисленные по результатам работы компании в 1995 году, обратился с прошением (входящий № РАО 33/192 от 12 мая 1996 года) на имя нового президента РАО «Норильский никель» Всеволода Генералова:

«Сообщаем Вам, что в РАО «Норильский никель» по моде нашего времени есть «обманутые вкладчики». Мы, работники Талнахской обогатительной фабрики, всего 117 человек, в 1994 г. подали заявления на участие в акционировании «Норильского никеля», внесли свои приватизационные чеки и денежную часть оплаты за акции, но сами акции (обыкновенные) до сих пор не получили. Уникомбанк прислал нам выписки из реестра лишь в ноябре 1995 года, и в этих выписках значится, что обыкновенных акций у нас нет.

По нашей просьбе Управление по собственности и работе с акционерами НГМК провело служебное расследование и установило, что Уникомбанк продал наши обыкновенные акции (общим числом около 8 900 шт.) некой фирме «Лерман и Ко» по поддельным документам. По заявлению Управления по собственности Норильская прокуратура возбудила уголовное дело, а Норильское УВД проводило расследование с декабря 1995 г. по март нынешнего года.

Результат этого расследования таков: виновные не найдены, дело приостановлено.