Александр Коростелёв - Дело «Норильский никель»

Читать онлайн «Дело «Норильский никель»». Страница 81

Автор Александр Коростелёв

— обобщает предложения по приватизации, поступившие от местных Советов народных депутатов, трудовых коллективов, общественных организаций (объединений), министерств и ведомств;

— устанавливает систему премирования работников органов государственного управления и местной администрации по итогам выполнения Государственной программы приватизации;

— осуществляет через свои территориальные агентства методическое руководство и контроль за проведением приватизации. В случаях нарушения законодательства Российской Федерации о приватизации и Государственной программы приватизации возбуждает в суде или арбитражном суде иски об отмене незаконных решений и привлечении к ответственности виновных должностных лиц;

— создаёт комиссии по приватизации предприятий, находящихся в государственной собственности Российской Федерации;

— принимает решения о приватизации предприятий, находящихся в собственности Российской Федерации, осуществляет необходимые преобразования их организационноправовой формы и передаёт свидетельства о собственности на них (паи, акции) для продажи Российскому фонду федерального имущества в соответствии со статьёй 15 настоящего закона. По решению Правительства Российской Федерации указанные предприятия могут быть переданы Госкомимуществом Российской Федерации фондам имущества республик в составе Российской Федерации, краёв, областей, автономных областей, автономных округов, районов (кроме районов в городах) и городов (кроме городов районного подчинения);

— содействует созданию инвестиционных фондов и холдинговых компаний;

— издаёт в пределах своей компетенции нормативные акты, регулирующие процесс приватизации, вносит в них изменения и дополнения, а также даёт разъяснения этих нормативных актов и Государственной программы приватизации».

И всё! Перечень функций Госкомимущества Российской Федерации являлся закрытым и расширенному толкованию не подлежал!

Тогда как правовыми нормами статьи 6 того же самого основополагающего закона о приватизации государственных и муниципальных предприятий устанавливалось:

«1. Продавцами приватизируемых государственных предприятий, находящихся в собственности Российской Федерации, а также принадлежащих Российской Федерации долей (паев, акций) в капитале предприятий признаются только Российский фонд федерального имущества и назначенные им представители.

Фонд является юридическим лицом, создаётся по решению Президиума Верховного Совета Российской Федерации и подотчётен ему и Верховному Совету Российской Федерации /в дальнейшем — Государственной Думе/…

2. Российский фонд федерального имущества выполняет следующие функции:

— временно до момента продажи владеет принадлежащими Российской Федерации свидетельствами о собственности на предприятия, на доли (паи, акции) в капитале акционерных обществ (товариществ), переданных ему Госкомимуществом Российской Федерации;

— осуществляет полномочия Российской Федерации как собственника на общих собраниях акционеров (пайщиков), несёт риск (ответственность) за деятельность предприятий в пределах находящейся в его владении доли в капитале предприятий;

— продаёт указанные доли (паи, акции) предприятий;…

— получает и перечисляет дивиденды и выручку от приватизации предприятий в соответствии с доходами, учтёнными в республиканском бюджете Российской Федерации, и нормативами, установленными Государственной программой приватизации;

— обменивает принадлежащие Российской Федерации акции акционерных обществ на акции инвестиционных фондов и холдинговых компаний при их учреждении».

Из этого следует, что в соответствии с основополагающими нормами права действовавшего законодательства Госкомимущество Российской Федерации был наделён правом методического руководства и контроля над проведением процессов промышленной приватизации в России, но никак не обладал правом оставления за собой акций приватизируемых акционерных обществ, образованных в результате акционирования государственных унитарных предприятий.

В Законе было чётко прописано исключительное право Российского фонда федерального имущества временно, до момента продажи, владеть принадлежавшими Российской Федерации свидетельствами (сертификатами) о собственности на акции в капитале акционерных обществ, переданных ему Госкомимуществом Российской Федерации, и осуществлять полномочия Российской Федерации как собственника на общих собраниях акционеров.

Тогда указание в распоряжении председателя Госкомимущества Российской Федерации Анатолия Чубайса об оставлении в ведении руководимого им ведомства Сертификата № 4 на 15 119 990 штук обыкновенных акций РАО «Норильский никель», номинальной стоимостью 1000 рублей каждая, являлось волюнтаристским актом, нарушавшим нормы права действовавшего законодательства России (!).

Продиктовано (мотивировано) это было двумя весьма существенными моментами.

Во-первых, принципиальным являлось то, что Госкомимущества России являлся органом государственного управления, одним из звеньев в составе исполнительной власти страны, тогда как Российский фонд федерального имущества создавался и был подотчётен органу законодательной власти (парламенту).

В своё время, при помощи армейских подразделений окончательно отодвинув Верховный Совет Российской Федерации от возможности оказывать хоть какое-нибудь влияние на приватизационные процессы, попросту разогнав его, Президент России Борис Ельцин совершенно логично не хотел допустить, чтобы и новый российский парламент (Государственная Дума) получил бы толику таких полномочий. Законодательная власть России почти сразу же оказалась на задворках, ей изначально не позволялось вмешиваться и хоть как-то контролировать реализацию Государственных программ приватизации в части приватизации крупнейших промышленно-отраслевых объединений страны.

Конечно, во многом Президент России Борис Ельцин сначала как должностное лицо, возглавлявшее исполнительную власть, а после принятия Конституции России в её новой редакции уже как глава государства, исходя из своекорыстных побуждений и планов своего окружения, неуёмного в растаскивании государственной собственности, был по-своему прав. Ведь как только представилась возможность, депутаты Государственной Думы, позабыв на короткое время печальный опыт предыдущего парламента (осенью 1993 года вставшего на защиту Конституции России), всё-таки подняли голову, создав Комиссию по проверке хода приватизации РАО «Норильский никель», что удивительно, но которая даже смогла сделать кое-какие оргвыводы и выработать рекомендации:

«Предложить Правительству Российской Федерации при передаче в долгосрочное доверительное управление акций РАО «Норильский никель», находящихся в залоге, учитывать следующие принципиальные условия:

обязательное сохранение контрольного пакета акций РАО «Норильский никель» в федеральной собственности, запрет его отчуждения, как целиком, так и по частям, пропорциональное укрупнение (51 процент голосующих акций) при возможных повторных эмиссиях».

Каково Вам?! По тем временам даже по-своему смело.

В дальнейшем предстоит ещё вернуться к Постановлению Государственной Думы от 7 июня 1996 года № 442-II ГД «О ходе приватизации РАО «Норильский никель» и вызванных этим социально-экономических проблемах», подписанное, по-видимому, ярым противником ельцинского понимания смысла российской демократии и «великого блага» для народа России Председателем Государственной Думы Федерального Собрания России Геннадием Селезнёвым.

Указанный акт законодательной власти России, к сожалению, вышел практически если и не под занавес, то, во всяком случае, во второй части драмы растаскивания лучшей промышленной собственности Российской Федерации, реально запоздав. Можно только представить, что было бы, если бы подобное постановление вышло ещё в конце 1994 года, когда РАО «Норильский никель» только передавали в ФПГ «Интеррос». Не «пощупай» тогда Владимир Потанин свою новую «акционерку», наверняка не было бы и двух весьма известных российских олигархов, а может быть — и Президентом России по результатам выборов 1996 года стал бы кто-нибудь другой?

Не мог Анатолий Чубайс так рисковать, вот и отодвинул от дел Российский фонд федерального имущества, подотчётный Государственной Думе Российской Федерации, оставив право владения будущим контрольным пакетом акций РАО «Норильский никель» за Госкомимуществом Российской Федерации, то есть только за собой, почтенно ожидая волеизъявления главы Государства Российского — «царя Бориса» (!).

Этот факт наряду с приводившимися ранее многими другими фактами позволяет охарактеризовать исторический период президентства Бориса Ельцина как время если и не полнейшего отрицания высокопоставленными госчиновниками самой необходимости соблюдения правовых норм, то по крайней мере явного проявления у них потребности своевольного толкования права, граничащего с перетолковыванием его смысла. По типу того, что «Закон, что дышло, куда повернул, туда и вышло»!