Читать онлайн «Дело «Норильский никель»». Страница 277

а) избавиться от «хвостов», тянувшихся из приватно-приватизационного прошлого РАО «Норильский никель», посредством создания свежей, не обременённой практически никакими обязательствами горнометаллургической компании;

б) без особых проблем заложить промышленно-сырьевую основу созданной горнодобывающей компании путём передачи ей на баланс того актива, который совершенно не был учтён в ходе проведения промышленной приватизации по-Чубайсу, а значит, вопреки элементарной логике, ничего не стоил. Будущий успешный рост капитализации ОАО «Норильская горная компания» (ОАО «ГМК «Норильский никель»), рост цены его акций на фондовом рынке, гарантировался именно правами акционерного общества на эксплуатацию этих месторождений сульфидных медно-никелевых руд, которые Анатолий Чубайс вообще «забыл» оценить, поспособствовав молниеносному обогащению олигархов, одновременно нанеся огромный ущерб своей стране.

2. Неучастие иностранного капитала в приватизации акционированного государственного концерна «Норильский никель» совершенно не уберегло контрольный пакет акций образованного на его промышленно-сырьевой базе и производственнохозяйственных основных фондах ОАО «ГМК «Норильский никель» от отправки отечественными олигархами, этими псевдопатриотами, за пределы России.

Salus populi suprema lex esto

(Благо народа да будет высшим Законом)

Хочется верить, что необходимостью создания условий для благопроцветания своего народа всегда руководствуются государственные управители, демократически избранные миллионами людей, представляющими собой носитель суверенитета и единственный источник власти в стране — народ, по-идее, объединённый общностью целей и проживающий в пределах границ единого государственного образования, называемого Россия.

Однако девять с половиной лет управления страной Президентом России Борисом Ельциным привели к таким результатам, которые позволили усомниться в верности приведённого постулата, провозглашающего принцип, что благо народа — есть высший Закон.

Высокопоставленные государственные мужи периода «Борисова правления», организуя проведение политических и экономических реформ, вопреки интересам подавляющего большинства россиян, руководствовались лишь двумя побудительными мотивами:

во-первых, понравиться западноевропейским и североамериканским политикам, заинтересованным как в крахе Советского Союза и ослаблении России, вплоть до установления в ней конфедеративной — самой хрупкой формы государственного устройства, так и в укреплении экономико-политических позиций транснациональных

корпораций, стремящихся расширять сферы влияния в богатых природными ресурсами странах, населённых бедной и соответственно дешёвой рабочей силой;

во-вторых, гарантировано обеспечить себе, своим близким и потомкам будущих поколений «шоколадную» жизнь в роскоши и безмятежном спокойствии, в окружении таких же преуспевающих российских нуворишей.

Интересы узкого круга лиц, на гребне волны демократических перемен прорвавшихся в 1990 году к вершинам власти в РСФСР — самой мощной союзной республики Советского Союза, и стратегические замыслы заокеанских и западноевропейских политиков времён «холодной войны» совпали в главном: в необходимости развала СССР и обеспечении поддержки большими деньгами «демократизировавшейся» власти Российской Федерации.

Оно и понятно: с одной стороны, для заокеанских и западноевропейских политиков намного легче неформально управлять поведением маленькой группы сверхбогатых капиталистов, ставших по итогам приватизации по-Чубайсу хозяевами крупнейших промобъединений добывающих отраслей российской промышленности; с другой стороны, на фоне сверхбогатых промышленников политики ельцинской поры гораздо увереннее чувствовали себя просто очень богатыми персонами.

Однако совместить всё это с существованием Советского Союза не представлялось возможным, и тогда малой группе политиков и экономистов из Российской Советской Федеративной Социалистической Республики заокеанские политтехнологи привили «бациллу олигархизма» — сгусток антипатриотических, псевдодемократических идей, основывавшихся на превосходстве сверхкрупного глобализированного частного капитала (!).

Под воздействием «бациллы олигархизма» под одобрительные кивки зарубежных политтехнологов и, наверняка, службистов ЦРУ США, специализировавшихся на странах Восточной Европы и СССР, высокопоставленные республиканские чиновники РСФСР 12 июня 1990 года декларативно обособились от Советского Союза, а к середине лета 1991 года подготовили законодательную базу для провозглашения экономической независимости Российской Федерации.

Выразим убеждённость, что непреодолимая противоречивость союзного и республиканского законодательств о разгосударствлении государственной собственности (разделении сфер влияния между властями Советского Союза и РСФСР), также регламентировавших порядок организации и проведения приватизации промышленных предприятий и промобъединений, были истинной причиной событий 19 — 22 августа 1991 года (!).

Напористость и наглость республиканских чиновников РСФСР, руководимых Борисом Ельциным, целью которых было скорейшее снятие ограничений на приватизацию крупнейших рентабельнейших государственных предприятий и объединений (концернов) добывающих отраслей промышленности, которые были установлены нормами права законодательства Союза ССР, взяла верх, и 8 декабря 1991 года государство Советский Союз, как геополитическая реальность, перестало существовать. С наступлением этого факта исчезли и всяческие ограничения на приватизацию промышленной госсобственности, при этом ельцинские псевдодемократы, идейно заражённые «бациллой олигархизма», преспокойно проигнорировали итоги Всесоюзного референдума 17 марта 1991 года, на котором 74 % граждан страны всенародным голосованием высказались за сохранение Союза ССР (!).

Стремление команды «демократов» Бориса Ельцина к большим деньгам и установлению власти сверхкрупного капитала не сочеталось как с медлительностью в принятии решений, так и с любого рода ограничениями, которые непременно появились бы в ходе детального рассмотрения приватизационных вопросов (законопроектов) политически разношёрстными депутатами парламента — Верховного Совета Российской Федерации.

Президент России Борис Ельцин понимал, что российские парламентарии социал-демократических взглядов не дадут ему и его либерально-буржуазным сотоварищам Гайдару и Чубайсу провести своевольную и бесконтрольную приватизацию крупнейших рентабельнейших нефтедобывающих и горнодобывающих промобъединений в частном интересе их ближайшего окружения («семьи») и в интересах будущих олигархов, полностью подменил приватизационное законотворчество подзаконными президентскими указами.

Возмутившиеся сложившимся положением дел парламентарии вскоре навлекли на себя президентский гнев, и указом № 1400 от 21 сентября 1993 года законные полномочия Верховного Совета Российской Федерации были сведены к нулю, а 4 октября 1993 года здание российского парламента было расстреляно из танковых орудий. В стране произошёл государственный переворот, увенчавшийся принятием новой редакции Конституции России, в которой статус Президента России был повышен с главы исполнительной власти до главы государства. Напомним, в прежней редакции Конституции России (РСФСР), действовавшей до декабря 1993 года, главенство власти было закреплено за Съездом народных депутатов, собиравшимся периодически. В промежутках между Съездами народных депутатов на постоянной основе работал Верховный Совет Российской Федерации, состоявший из определенного числа тех же всенародно избранных депутатов Съезда.

Посягнув не столько на законодательную власть страны, сколько на орган государственного управления, состоявший из депутатов главенствовавшего органа государственной власти — Съезда народных депутатов, Президент России Борис Ельцин, в то время ещё не наделённый полномочиями главы государства, совершил государственный переворот (!).

Бывший первый секретарь Свердловского областного комитета коммунистической партии Советского Союза Борис Ельцин, вовремя влившийся в ряды перестроившихся на демократический лад коммунистов-перевёртышей, благодаря этому ставший первым российским президентом, являясь носителем «бациллы олигархизма», разогнал демократически избранный парламент, добившись тем самым устранения последнего препятствия на пути адресной прихватизации лучшей государственной промышленной собственности.

Осенью 1993 года «демократы» ради собственного обогащения убили демократию и принялись спешно растаскивать промышленную собственность России, передавая её в частную собственность президентской «семьи» и будущих олигархов. Такв итоге антиконституционного переворота приватизационное законотворчество депутатов парламента, избранных всем народом, было подменено президентским волюнтаристским подзаконным нормотворчеством, по существу приведшим к установлению в стране власти «ПРИВАТ-капиталистического» — олигархического меньшинства.