Александр Коростелёв - Дело «Норильский никель»

Читать онлайн «Дело «Норильский никель»». Страница 248

Автор Александр Коростелёв

3.1. задолженность по договору между АО «Норильский комбинат» и АО «Интерус» № 1848 от 17.08.96 и доп. согл. № 170/222-97, акты: № 1 от 27.12.96 и№ 2 от 4.02.97 — на сумму 9 705 867 680 (Девять миллиардов семьсот пять миллионов восемьсот шестьдесят семь тысяч шестьсот восемьдесят) руб.;

3.2. задолженность по договору между АО «Норильский комбинат» и ЗАО «Олеви» № 349-95 от 04.12.95 — на сумму 7 844 983 320 (Семь миллиардов восемьсот сорок четыре миллиона девятьсот восемьдесят три тысячи триста двадцать) руб.

4. ОАО «Норильская горная компания» является правопреемником АО «Норильский комбинат» по правам и обязанностям, указанным в настоящем Передаточном акте».

Путём совершения двух несложных арифметических действий по сложению стоимости переданных ОАО «Норильский комбинат» основных фондов и денежных средств, предоставлявшихся на переоформление лицензий на недропользование, и вычитания объёма долговых обязательств, получим размер уставного капитала ОАО «Норильская горная компания», равный 100 миллионам рублей:

17 304 318 000 + 346 533 000 — 17 550 851 000 = 100 000 000 (рублей),

100 000 000 рублей: 5782 рублей/$ = $ 17 295.

На день государственной регистрации, исходя из установившегося курса рубля к валюте США (5782 рубля/$) уставный капитал ОАО «Норильская горная компания» был эквивалентен $ 17 295 и не долларом больше (!).

//__ * * * __//

То, что ОАО «Норильская горная компания» на старте своего существования имела такой по-настоящему крохотный уставный капитал, объяснялось задачами, которые стремилось решить потанинское руководство РАО «Норильский никель» в процессе продвижения к главнейшей цели всей реорганизационной задумки: избавить сверхприбыльный горнометаллургический бизнес от потенциально-возможных проблем его приватного приватизационного прошлого (!).

Заострим внимание читателя на трёх самых ключевых задачах, без которых достижение означенной цели стало бы делом весьма проблематичным, решив которые, руководство РАО «Норильский никель», можно сказать, — «на блюдечке с золотой каёмочкой», преподнесло Владимиру Потанину и Михаилу Прохорову сердце их будущего олигархического горнометаллургического бизнеса.

Во-первых, возвращаясь к тексту второй главы книги, напомним читателю то, что Приложением 6 к плану приватизации концерна «Норильский никель» был «Акт оценки и наличия нематериальных активов на 1 июля 1992 года», в котором без каких-либо записей «красовалась» одна единственная цифра «0».

Даже не очень искушённому в понимании всех этих тонкостей человеку наверняка показался бы странным тот факт, что ценнейший актив государственного промобъединения Норильский комбинат, — подтверждённые лицензиями права на эксплуатацию рудных месторождений Норильского промрайона, ради чего собственно и строился в Заполярье этот горнометаллургический гигант, — почему-то отобразили цифрой «0».

Учтённые в бухгалтерских балансах дочерних предприятий концерна «Норильский никель» нематериальные активы не имели вообще никакой остаточной стоимости, так как их балансовая (первоначальная) стоимость равнялась всего-то фактическим затратам на организацию получения лицензий на недропользование, а на день акционирования горнодобывающих промобъединений на неё был начислен 100 % износ.

Напомним, в соответствии с правилом пункта 3.2. Временных методических указаний по оценке стоимости объектов приватизации, утверждённых Указом Президента России № 66 от 29 января 1992 года, которыми и руководствовались организаторы проведения акционирования шедшего под приватизацию концерна «Норильский никель», нематериальные активы принимались в оценке по балансу за вычетом начисленного износа.

По этой приватизационной методе, разработанной под руководством Анатолия Чубайса, оценочная стоимость нематериальных активов государственного промобъединения Норильский комбинат и Комбината «Неченганикель», — прав на промышленную добычу руд цветных и благородных металлов по целому ряду богатейших месторождений согласно бухучёту этих горнодобывающих промобъединений, — составляла «0».

До акционирования дочерних горнодобывающих предприятий концерна «Норильский никель» сведения о геологической оценке эксплуатировавшихся ими рудных месторождений были зачислены на общий Государственный баланс запасов полезных ископаемых и хранились в архивах Министерства геологии СССР, при этом в проведении какой-либо дополнительной оценки просто не было никакой надобности. А в ходе акционирования концерна «Норильский никель», предшествовавшего его приватизации, выстраивания рыночных отношений и далее, когда акционированное промобъединение через продажу своих акций само, как производственно-хозяйственный комплекс, стало предметом гражданско-правовых сделок, так или иначе, проведение независимой оценки участков недропользования должно было состояться. Но этого не произошло!

Получился абсурд, так как подтверждённые лицензиями права на промышленную эксплуатацию месторождений сульфидных медно-никелевых руд в стоимостном выражении бухгалтерского учёта были равны нулю, в то же время занимая наиважнейшее место в активах горнодобывающих промобъединений. Впоследствии рыночная оценка именно этого нематериального актива (прав на недропользование) позволила кратно увеличить цену акций ОАО «ГМК «Норильский никель» в сравнении с первоначальной недооценённой ценой акций РАО «Норильский никель», установившейся стихийно и без учёта условий перехода прав на недропользование (!).

Дело в том, что до 5 августа 1997 года контрольный пакет акций РАО «Норильский никель» находился в государственной собственности, и передача его в собственность частной компании вполне могла быть привязана к заключению с ней соответствующего договора концессии, содержавшего в себе цену эксплуатации давным-давно освоенных, инфраструктурно обустроенных рудных месторождений. Это способствовало бы более справедливому перераспределению комплексных результатов деятельности РАО «Норильский никель» между частным капиталом и Государством, представлявшим интересы всего российского народа, хотя, конечно, договор концессии стал бы естественным фактором торможения роста курсовой цены акций РАО «Норильский никель».

А после 5 августа 1997 года фондовый рынок уже жил ожиданиями появления на нём акций ОАО «Норильская горная компания» (ОАО «ГМК «Норильский никель»), то есть реального недропользователя, постепенно укреплявшегося за счёт «сливаемых» в него основных фондов ОАО «Норильский комбинат». В этом и была сокрыта основная причина того, почему курсовая цена акций ОАО «ГМК «Норильский никель» сразу и весьма устойчиво поползла вверх, а профессиональные знания и опыт господ Владимира Потанина и Михаила Прохорова, равно как и их финансовых менеджеров, руководимых Александром Хлопониным, здесь совершенно ни при чём.

Итак, в приватизационной документации концерна «Норильский никель» совсем не был отражён наиважнейший актив — лицензионные права на промышленную разработку освоенных богатейших месторождений сульфидных медно-никелевых руд. Соответственно этому и вопрос о составлении актов их оценки, содержавших не сведения о затратах на получение лицензий, а информацию о разведанных и поддающихся промышленному извлечению запасах природного сырья этих месторождений, поставлен быть не мог. В глубинном понимании смысла стратегической целенаправленности промышленной приватизации по-Чубайсу это было, как раз, то, что нужно.

Правила пункта 1 Инструкции о порядке переоформления лицензий на пользование недрами, утверждённой приказом Роскомнедр РФ № 65 от 18 мая 1995 года, гласило:

«В соответствии со статьёй 17-1 Закона Российской Федерации «О недрах» право пользования недрами переходит к другому субъекту предпринимательской деятельности (юридическому лицу) в следующих случаях:

1) при изменении организационно-правовой формы предприятия (организации) — пользователя недр;…

3) при реорганизации предприятия — пользователя недр путём разделения либо выделения из него другого предприятия, когда вновь созданное предприятие продолжает деятельность в соответствии с лицензией на участке прежнего пользователя.

При переходе права пользования недрами лицензия подлежит переоформлению. При этом содержание лицензии пересмотру не подлежит».

Данное нормативное правило позволяло получить схожие результаты, как в случае с изменением организационно-правовой формы государственного промобъединения Норильский комбинат путём его преобразования в ОАО «Норильский комбинат», так и в случае выделения из ОАО «Норильский комбинат» прав на эксплуатацию рудных месторождений с образованием на этой базе ОАО «Норильская горная компания». И в одном, и в другом случаях объём подтверждённых лицензиями прав не подлежал корректировке.