Читать онлайн «Что может быть лучше? (сборник)». Страница 142

Но в один день их жизнь резко изменилась. Они все вместе ехали в машине вдоль океана. Пошёл дождь, машину занесло, она перевернулась несколько раз и загорелась. Братьев спасло то, что они были пристёгнуты ремнями и сработали воздушные мешки. Но ожоги обезобразили их лица, и, несмотря на несколько операций, все три брата превратились в монстров – на их лица было жутко смотреть.

Выйдя из больницы, они продолжали жить вместе в особняке. Однако удовлетворить свою прежнюю тягу к женщинам они уже не могли – знакомые женщины, увидев их лица, потеряли интерес даже к любовному искусству, которым владели братья, а когда они пытались познакомиться с женщинами, те отстранялись в ужасе и страхе. Только редчайшие проститутки соглашались продавать им свою благосклонность за огромные деньги.

Братья столкнулись с настоящим женским предательством, которое состоит вовсе не в раздвигании ног для кого-то другого, а в отказе раздвинуть ноги для тебя. Братья задумались, как им заполучить женские тела. Решение, к которому они пришли, было для них единственным – насиловать. Но насиловать так, чтобы заставить женщин наслаждаться (ибо наслаждение женщины возбуждало братьев не менее, чем их собственное) и чтобы от полученного наслаждения у женщин не возникало желания сообщать о происшедшем в полицию.

На подготовку первого изнасилования у братьев ушло несколько недель. Они обсуждали разные варианты, выбирали основной и рассматривали альтернативные, если что-то помешает свершиться основному. Они проигрывали всевозможные непредвиденные обстоятельства и увлеклись этим делом, которое должно было стать их способом добычи женщин. Условие, которое они для себя поставили – это ни в коем случае не наносить женщине увечий и не только не пытаться унизить её, а, наоборот, с помощью доставляемого ей наслаждения заставить почувствовать себя богиней любви. Поэтому каждую насилуемую они решили называть Венерой, не пытаясь узнать её настоящего имени.

В романе я бы описал детали, как братья добывали Венер и доставляли к себе в особняк. А здесь важно лишь то, что они надевали маски в момент захвата очередной Венеры, чтобы она не увидела их обезображенных лиц. Также братья завязывали женщине глаза не только для того, чтобы она их не увидела, в случае если их лицо откроется, но прежде всего потому, что лишённая зрения Венера теряла ориентацию, сопротивление её уменьшалось, и она полностью переключалась на тактильные и слуховые ощущения, а они-то и были самыми важными.

Как для того, чтобы успокоить птицу, на клетку набрасывают тёмную тряпку и птица затихает, так на женщину одевается повязка на глаза, и она теряет большую часть своей активности. Первое – лишить самку возможности сопротивления. Завязать глаза, зафиксировать руки и ноги, а потом аппетит у неё придёт во время еды, если ты знаешь, как эту еду приготавливать и подавать.

Не видя, кто ею овладевает, Венера уже не могла делать выбор мужчины, и ей становилось безразлично, кто приносит ей наслаждение – красавец или уродец, молодой или старик. Эстетический критерий для выбора мужчины аннулировался в Венере вместе со зрением.

Слух Венеры наполнялся нежными заверениями братьев в полной её безопасности и её грядущем наслаждении, туда же шли щедрые комплименты её красоте. Тихая сентиментальная музыка служила фоном, а обоняние Венеры ублажалось специальными возбуждающими благовониями, которыми братья умащали свои тела.

С Венерой братья обращались властно, ласково и страстно. Они убеждали её, что ей не грозит ни беременность, ни венерическое заболевание, ничто, что могло бы принести ей какой-то вред. Нет, всё, что её ожидает, – это небывалое наслаждение. Руки и ноги женщины были зафиксированы, рот закрыт, чтобы она не вздумала кричать. В некоторых случаях братья предпочитали не использовать ремни или верёвки для лишения подвижности женских рук и ног. Братья разработали простую женскую позу для изнасилования: женщину клали на спину, ноги женщины поднимали, широко раздвигали, заводили за голову и прижимали к поверхности, на которой женщина лежала. В этой акробатической позиции женщина теряла всякую подвижность, но раскрытая промежность с поднятым задом оказывалась полностью доступной для одного из братьев, тогда как второй прижимал за щиколотку одну ногу к поверхности, на которой лежала женщина, а третий брат – другую. Братья, прижимавшие ноги, увещевали женщину успокоительными речами, которые они специально сочинили. Одни слова, разумеется, не успокаивали женщину, но когда один брат принимался за лизание клитора, а два других присасывались к соскам, то ощущения Венеры быстро менялись к лучшему.

Братья давно уже поняли, что одному мужчине любвеобильное изнасилование не под силу. Если женщина отчаянно сопротивляется и физически сильна, то, для того чтобы подавить её сопротивление, мужчине приходится либо причинить женщине боль (жестокость), либо угрожать оружием (унижение), что сразу лишало для них изнасилование своей прелести.

В борьбе с женщиной заурядный насильник ограничивается засовыванием своего хуя в какое-либо женское отверстие, но от такого совокупления женщина даже в добровольном сексе, как правило, не может испытать внятного наслаждения. При подавлении сопротивления женщины одному насильнику не до клитора, а без него женщине – никуда.

Кроме того, у одинокого насильника может не возникнуть эрекция или произойдёт быстрое семяизвержение. Так что при изнасиловании одним мужчиной женщина просто не успевает испытать наслаждение. Следует иметь в виду, что женщина в любой момент может возобновить сопротивление и прервать начавшееся было совокупление. Она может кричать и плакать и тем самым отвлекать насильника от своего дела и т. д. и т. п. Таким образом, один в женском поле не воин. (Я кратко затрагивал эту тему в эссе «Спасительница» (14)).

Братья же обладали подавляющей силой и тройной потенцией, и женщина теряла надежду, что ей удастся одолеть троих мужчин, и прекращала сопротивление. А когда сопротивление прекращалось, то наслаждение вступало в свои права, и после первого Венериного оргазма братья освобождали сначала ноги женщины, а когда она полностью уходила в наслаждение, освобождали и руки. Однако глаза у женщины оставались постоянно завязаны, чтобы её чувствами руководили только прикосновения, которые давали ей несомненное наслаждение, тогда как зрение сразу бы отвлекло её и увиденное уродство братьев подавило бы её возбуждение.

Братья встречали мужчин, которые утверждали, что их более интересует и завораживает процесс соблазнения женщины, чем сам процесс совокупления. Так могут говорить либо опытные мужчины, которые уверены в своей конечной победе и играют с женщиной, как кошка с мышкой, зная, что в итоге они её съедят, либо это малоопытный романтик (мужчину, предпочитающего процесс достижения цели самой цели, принято называть романтиком), боящийся женщины и скрывающий своё неумение и страх перед совокуплением при помощи его оттягивания, продлевая соблазнение-ухаживание.

Но почему бы не быть мужчинами, которые больше всего наслаждаются сопротивлением женщины и сведением его на нет? Смысл изнасилований, которые совершали братья, был не в том, чтобы насладиться самим, а чтобы силой заставить женщину насладиться помимо её воли, то есть сменить одну волю на другую. Волю сопротивления на волю желания. Только в этом случае сопротивление женщины теряет смысл как в физическом, так и в нравственном смысле. Братьям было важно, чтобы женщина их хотела, как в те давние времена, когда их лица были красивыми.

Особенно братьям было по душе, как они назвали, «профилактическое изнасилование» – оно являлось спасительным от злостных заблуждений. Изнасилование происходило с молодыми девушками, а иногда и с девственницами и было, по мнению братьев, прежде всего обучением, освобождением и избавлением от навязанной лжи, что ебля якобы нуждается в любви. После опробования «братского» искусства девушку осеняло, что ебля с умелыми незнакомцами прекрасна, что они доказали ей вагинально-анально-орально. Оказывается, осознавала девушка, что насильники могут превратиться в замечательных и желанных любовников.

Братья поняли, что изнасилование – это занятие значительно ответственнее, чем добровольное совокупление с радостно согласившейся женщиной, и потому они восприняли изнасилование как испытание, пробу для настоящего мужчины: из сопротивляющейся женщины, впавшей в ужас, сделать страстную любовницу, жаждущую и просящую продолжения. Люди, имеющие весьма ограниченный сексуальный опыт, и особенно женщины вынуждены полагаться на подтасованную статистику об изнасилованиях, невежественные научные исследования и на лживые исповеди женщин. Но братья систематически насиловали множество женщин, и им не нужны были научные исследования – женщины, стонущие от наслаждения, ни одна из которых не заявила в полицию, стали для них аксиоматическим подтверждением их правоты.