Читать онлайн «18000 километров по Соединенным Штатам Америки». Страница 19

Да, действительно Чикаго — «самый американский» город из всех городов страны. Тут уж ничего не скажешь и никуда не уйдешь от невероятных американских контрастов. Рядом с негритянскими трущобами Брунзвилла, где под любую крышу втиснуто столько негритянских душ, что диву даешься, чем они дышат, высятся великолепные инженерные сооружения богачей. Нельзя не отдать дани уважения рукам американских рабочих, создающих все богатства Америки. Взять хотя бы тот же «Пруденшэл билдинг», с которого мы рассматривали Чикаго. Отсюда просматривается вся центральная часть города — Луп. В очень ясные дни виден не только Чикаго и Иллинойс, но и соседние штаты Индиана, Мичиган и Висконсин. Само здание возвышается над озером на 601 фут[24], а вместе с телевизионной антенной на 925 футов и является самой высшей точкой в Чикаго. Оно покоится на 187 специальных сваях, забитых примерно на 100 футов в глубь скалистой породы. Помещение снабжено устройствами для кондиционирования воздуха, кроме того, воздух специально очищается от пыли и загрязнения. Подземные гаражи и прилегающие к зданию места для парковки рассчитаны на пять с половиной тысяч автомобилей. Оригинально устроены окна — они пневматически могут вертикально поворачиваться, а наружные стекла можно мыть изнутри. Всего в этом небоскребе используется свыше 1 миллиона квадратных футов полезной площади.

Гордость Чикаго — знаменитое сооружение «Марина-сити». Представьте себе два громадных кукурузных початка, высотой в 60 этажей каждый, воткнутых вертикально в землю. В этом здании 20 этажей отведено для автопарковки, размещено 896 гостиничных номеров, 10 этажей занимают служебные помещения, есть театр на 1500 мест, магазины, рестораны, бассейн для плавания, каток, а рядом раскинулся парк с пристанью для 600 яхт и моторных лодок.

Издалека видны 44-этажное здание Торговой палаты на углу бульвара Джексона и улицы Ла-Саль, где размещается крупнейшая в Америке зерновая биржа, а над зданием возвышается огромная статуя богини пшеницы, и «Пальмолив билдинг» с маяком на крыше, мощностью в 2 миллиона свечей, который виден летчикам на востоке в Кливленде (штат Огайо), а на юге — в Сан-Луисе (штат Миссури).

В Чикаго жили и работали известные американские поэты, журналисты, писатели. В их числе Эрнест Хэ-мингуэй, Шервуд Андерсон и Джеймс Фаррел. Все мы хорошо помним, что Чикаго в 1886 году был местом первой маевки на Хэймаркет, которая положила начало великой традиции празднования Дня международной солидарности трудящихся всех стран — 1 Мая. Революционные традиции не исчезли в Чикаго и сейчас. Почти ежедневно на улицах города можно увидеть колонны демонстрантов, бастующих и пикетчиков. На спине и груди у них картонные плакаты с написью «Он страйк» («Забастовка»), Они требуют повышения зарплаты, они борются.

Все чаще вспыхивают волнения в негритянских трущобах Чикаго, которые широким кольцом охватили город. Сегрегация и нищета создали в негритянских гетто разрушительные условия, о которых многие белые американцы не имеют никакого представления, отгородившись от гетто «железным занавесом» пригородов.

После кровавой расправы над неграми в июле 1967 года в Нью-Арке, Детройте и других городах авторитетная комиссия, созданная президентом Джонсоном для расследования происшедшего, сделала вывод, что страна все заметнее разделяется на два неравных общества — черное и белое, столкновение которых может кончиться для Америки катастрофой.

За последние годы расширилось движение американской молодежи и трудящихся против войны, бедности и дискриминации. Весной 1968 года разведывательные военные самолеты тщательно сфотографировали город. Огромную фотокарту Чикаго вывесили в полицейском управлении. Власти планомерно готовились к подавлению демонстраций, — которые ожидались здесь во время съезда демократической партии в августе 1968 года. В город были введены тысячи солдат регулярной армии. Амфитеатр, где проходил съезд, был огражден колючей проволокой. Полицейских вооружили новыми удлиненными дубинками, которые позволяли им наносить удары на значительном расстоянии. И кровавый разгон демонстрации произошел. Тысячи людей — противников войны и попавших под руку прохожих, были избиты, свыше 650 человек арестовано.

В Чикаго мы купили несколько местных газет и среди них знаменитую чикагскую «Трибюн», но только в дороге мы смогли более подробно познакомиться с ними. Как и все в Чикаго «самое большое» и «самое лучшее», конечно, «Трибюн» — «величайшая газета мира». Сами американские специалисты в этой области считают, что чикагская «Трибюн» стоит на втором месте в стране (после прессы Херста) по части пристрастного и недобросовестного представления публике текущей информации. А ведь эта газета выходит тиражом свыше 900 000 экземпляров, ее воскресный выпуск расходится тиражом в полтора миллиона! По тиражу она занимает второе место в стране после нью-йоркской «Дейли ньюс». Несомненно, эта газета оказывает значительное влияние на ход дел в Чикаго, да и вообще на Среднем Западе. И можно себе представить, как она околпачивает американского читателя.

Айова — сердце сельскохозяйственной Америки. Для нас Айова уже давно являлась чем-то вроде синонима к кукурузе. В Соединенных Штатах кукуруза — основная зерновая культура и урожаи кукурузы выше пшеницы, овса, ржи и риса, взятых вместе и по объему и по стоимости. Интересно, что в самом центре «кукурузного пояса» страны — в Айове лишь ничтожная часть идет на рынок, а весь остальной урожай ее используется для откорма скота, и в первую очередь — свиней, а затем коров, быков и кур. Ежегодно откармливается двадцать миллионов свиней. Отсюда во все города страны идут свинина, говядина, птица, яйца, молоко.

Итак мы в Айове! Дух захватывает от самого сознания того, что мы мчимся сейчас по штату, расположенному между знакомыми каждому из нас со школьной скамьи великими реками Миссисипи и Миссури. Тут есть и река Волга, правда, не такая большая, как наша, но все же нам приятно было услышать название нашей великой реки в далекой Айове. Встретились и небольшие городки Москва и Выборг. Еще в 1890-х годах эти районы заселялись переселенцами из Старого Света. Очевидно, с тех пор и остались здесь эти названия. Они все время перемежаются с индейскими наименованиями: Красное Облако, Сломанный Лук, Плачущий Ручей…

Миссисипи с Миссури составляют самую длинную реку в мире — 6800 километров. Бассейн Миссисипи Простирается от Аппалачей до Скалистых гор, от южного края Великих озер до Мексиканского залива и занимает около сорока процентов площади страны. Вытекая из озера Айтаска в Миннесоте, у самой границы с Канадой, Миссисипи медленно выбирается из множества озер и болот, поросших низкорослыми соснами, и образует водопады и стремнины. Река соединяет лесные водоемы этого озерного края. На языке некоторых индейских племен, живших у ее берегов, Миссисипи означает «Отец вод», или «Большая река».

Само слово Айова индейское и означает в переводе «Прекрасная земля». Первыми обитателями Айовы были индейцы. К моменту прихода на американский материк белого человека индейцы Нижней Калифорнии находились на самой примитивной стадии развития, в то время как племя пуэбло, например, имело развитую общественную организацию, а ирокезы штата Нью-Йорк образовали настоящую политическую и военную коалицию, известную «Лигу пяти наций». Ирокезы занимались рыболовством и охотой. В лесах они расчищали прогалины, на которых возделывали кукурузу, бобы, тыкву, табак. Жили в домах из дерева или древесной коры. Селились целыми деревнями, огороженными палисадниками. Но своего высшего развития индейская культура достигла в средней и нижней части долины Миссисипи.

В Айове богатый чернозем, теплое лето и мягкая зима. На севере живет много скандинавов, а на юге сильно чувствуется влияние соседнего штата Миссури. И снова мы удивлялись, когда узнали, что на юге штата действует «сухой» закон, а на севере виски и джин продаются беспрепятственно.

В отличие от других штатов, которые мы уже проехали, в Айове столица находится в самом большом городе — Де Мойне. Здесь меньше хороших современных автомагистралей. В основном это гравийные и немощеные проселочные дороги, правда, на юге штата встречаются тысячи миль проселочных дорог, не пригодных для проезда в дождливую погоду. Из-за плохих дорог некоторые фермеры Айовы пользуются самолетами. Довольно часто вдоль дорог нам попадались небольшие аэродромчики, на которых, как стрекозы, примостились два-три разукрашенных самолетика.

Мы уже едем несколько часов подряд, а вокруг все та же картина — бесконечные поля кукурузы, загоны для скота и круглые башни — хранилища для кукурузы.

К вечеру, когда спадала жара, мы пели песни. Наши советские песни о родине, о Москве, о любви, дружбе… Каково же было наше удивление, когда однажды, закончив петь и включив радиоприемник, мы поймали нашу песенку «Подмосковные вечера», передававшуюся из Де Мойна на английском языке. Как приятно было услышать ее в Айове, в самом центре Америки. Но через несколько минут это приятное чувство отравило антисоветское выступление какого-то сенатора от Айовы, выступавшего против продажи хлеба «коммунистам России»…