Читать онлайн «Воспоминания писателей ХХ века (эволюция, проблематика, типология)». Страница 66

Внутренняя динамика определяется организацией повествования, выдвижением на первый план событий личной жизни или исторической реальности, отраженной через индивидуальный опыт. Особая роль отводится автору, который выступает как повествователь, герой, комментатор или «резонер» описываемого.

Однако, линейная схема развития событий носит условный характер, о чем свидетельствуют и высказывания мемуаристов. Так В.Шкловский замечает: "Воспоминания ведь не раскатываются, как рулон, они идут клочками. Я их потом переклеиваю, стараюсь, чтобы все было подряд, чтобы читать было полегче. Но времени прошло много, и жизнь износилась на сгибах и распалась частично". Шкловский, 1, т.1., с.154.

Похожее рассуждение мы встречаем и у Эренбурга: "Еще раз я нарушу правила, которые предписывают мемуаристу придерживаться хронологической последовательности. Мне хочется понять, что приключилось со мной, со многими поэтами и художниками моего поколения. Не знаю, кто перепутал нити, наши художественные противники или мы сами; но я попытаюсь размотать клубок". Эренбург, т.1, с.272.

Оба автора не отрицают возможности и даже необходимости появления разнообразных отступлений в сторону, внесюжетных вставок справочного характера. За основу они берут собственное жизнеописания, но, поскольку не все сохранилось в памяти, дополняют его разнообразными отступлениями и вставками, возникающими на ассоциативной основе.

Следовательно, упорядоченность событий носит внешний и, если можно так сказать, организационный характер. Она необходима для создания рамочной композиции, внутри которой находятся самые разнообразные события. Не случайно Шкловский замечает: "Хочу вам показать ход времени". Шкловский, 1, т.1, с.165.

Линейная последовательность развития действия, его непрерывность, четкая временная последовательность зависят в воспоминаниях писателей как от авторской установки, так и от избираемых автором координат, опоры на факты личной жизни или исторические (социальные, общественные, культурные) события.

В зависимости от преобладающего характера связи Н.Николина, например, выделяет два основных способа связи сюжетных элементов причинно-следственную и ассоциативную: "Никакое воспоминание не остается изолированным — оно включается в определенную систему, формирование которой происходит или на основе относительно логически определенных причинно-следственных связей, или на основе гораздо менее определенных, а то и вообще случайных ассоциаций"._

Соглашаясь с мнением исследователя, добавим, что ассоциация является важным структурообразующим приемом, поэтому ее появление всегда обусловлено творческой задачей и определенными функциями, чаще всего характерологического характера.

В связи с структурой мемуаров писателей представляется возможным говорить о нескольких принципах организации повествования, кроме причинно-следственных и ассоциативно-хронологических связей, автор работы выделяет также способ монтажного сцепления (внешнего, механического соединения отдельных эпизодов). _

Первым принципом организации повествования является причинно-следственный, который ориентирован на хронологическое или последовательное описание событий. Линейное течение времени подчиняется или фактам биографии автора, или расположению описываемых явлений в соответствии с ходом движения конкретных исторических или общественных явлений.

Подобная организация встречается в ранних воспоминаниях, созданных в первые десятилетия их существования как жанра, или в простейших формах дневниках и летописях. В них события заранее обусловлены, заданы повседневным течением жизни или событиями литературной или общественной хроники. Но и здесь возможны разнообразные включения справочного или конкретизирующего характера.

Более четко линейная последовательность сохраняется при ориентированности внутренней хронологии на воспроизведение отдельных исторических или общественных событий, когда автор создает своеобразную летопись сохранившихся в памяти или важнейших, по мнению мемуариста, основных культурных и социальных явлений его времени, фиксирует разнообразные взгляды, мнения о происходившем и иногда анализирует описываемое.

Масштаб изображения постепенно укрупняется, картина обогащается деталями и завершается кратким обобщающим замечанием. "Десантные войска четырех империалистических держав поддерживали добровольческий отряд генерала Гришина-Алмазова, отражавшего наступление красных в южном направлениии защищавшего город. По улицам маршировали живописные патрули британской морской пехоты, возбуждая восторг мещанок своими кирпичными лицами и синими беретами…

Над толпой носились запахи трубочного табаку, английских духов, дорогой пудры и конечно, сигар. Скрипели башмаки и перчатки, постукивали трости, бренчали шпоры русских поручиков…

Это был самый беззастенчивый, самый развратный, трусливый и ложно воинственный тыл", — замечает автор. _

Автор отходит на второй план или является одним из действующих лиц, но сохраняет функцию повествователя, влияющего на организацию и расположение материала. Передавая конкретные факты, Катаев использует перечисление и синекдоху ("скрипели башмаки и перчатки").

Последовательное сорасположение фактов встречается и в мемуарно-биографических романах и повестях в той их части, где речь идет о характеристике общественной и культурной среды времени мемуариста (например, "Мои показания" А.Марченко).

Иногда подобное развитие действия используется при создании литературного портрета, когда биография конкретной личности раскрывается параллельно с событиями социальной и культурной жизни, помогая представить их более конкретно.

Второй принцип организации повествования — ассоциативно-хронологический представляется более сложным, но в то же время и доминирующим. Он позволяет соединить хронологическую канву (например, в виде упомянутой выше биографии автора) со всевозможными авторскими отступлениями, когда происходит движение от одного факта к другому и одновременно предполагается возможность их авторского соединения, иногда на основе случайно возникшей ассоциативной цепочки, возвращения к уже описанному. _

Возможность появления калейдоскопических отрывков, иногда соединенных только общей идеей, мыслями, наблюдениями, размышлениями, внутренним состоянием повествователя, обусловлена изменением психологии восприятия действительности в ХХ веке, когда привычный, строго организованный порядок движения сюжета в одном направлении сменяется иным способом организации повествования. В.Катаев, например, замечал по этому поводу: "Ведь человек в жизни мыслит не хронологически, как в традиционной прозе XIX века, но более сложно, ассоциативно". _

Правда, обращаясь к конкретному материалу, автор тут же иронически замечает: "Время не имеет надо мной власти хотя бы потому, что его не существует, как утверждал «архискверный» Достоевский. Что же касается ассоциативного метода построения моих сочинений, получившего у критиков определение «раскованности», то это лично мое. Впрочем, как знать? Может быть, ассоциативный метод давным — давно уже открыт кем-нибудь из великих, и я не более чем "изобретатель велосипеда". Катаев, 1, с. 12.

В произведениях "Святой колодец"(1965), "Кубик"(1969), "Трава забвенья"(1967), "Алмазный мой венец"(1978) Катаев рассматривает время через конкретную личность и ее повседневную реальность, во всем многообразии и осязаемости всех происходящих с ней психологических импульсов. Доминантой конструкции становится ассоциативный прием организации повествования.

Другие мемуаристы также говорят о том, что ассоциативный метод необычайно значим для структурной организации их собственного повествования. Так, рассуждая о движении сюжета, О.Форш указывает на изложение событий "по методу ассоциаций". Форш, с.89.

Ассоциации могут связывать достаточно разнородные, даже несовместимые, на первый взгляд, образы и предметы, а иногда и фрагменты возникающих в памяти картин, отдельные детали описаний. Объединяющим становится то впечатление, которое они произвели на сознание мемуариста. Эти связи преобладают над привычными по прозе ХIХ века подробными описаниями социально-бытовой среды, изображениями социально-нравственных отношений. Развитие подобного принципа организации повествования связано и с поиском писателями стилевых приемов раскрытия внутреннего мира личности.

При подобной организации действия события занимают подчиненную роль и отбираются в зависимости от того, оставили ли они след в сознании мемуариста и кажутся ли ему важными для воспроизведения спустя какой-то промежуток времени. Временные события становятся своеобразными вешками, помогающими соотнести время конкретное и время историческое. Однако, действие не прямо датируется, а обозначается путем введения известных событий как начальных при дальнейшем описании (среди них — коронация царя, начало войны, события революции, период оттепели и другие).