Читать онлайн «Тайное становится явным». Страница 64

Советско-германский фронт по-прежнему оставался главным фронтом второй мировой войны. Тем не менее открытие второго фронта в Европе, согласованные операции советских и англо-американских войск, предпринятые против фашистских агрессоров с востока, запада и юга, дали свои положительные результаты. Германия наконец была зажата в тисках между двумя фронтами.

Открытие второго фронта было встречено с большим удовлетворением трудящимися всех стран, поскольку это приближало сроки окончания второй мировой войны. На многочисленных митингах и собраниях трудящиеся СССР, Англии, США и других стран приветствовали укрепление боевого сотрудничества государств антифашистской коалиции.

Открытие второго фронта усилило борьбу народов Европы против фашистского ига, приблизило день их освобождения.

Ночь на 3 февраля 1945 г. была на мальтийском аэродроме «Лука» неспокойной. Через каждые десять минут с бетонной дорожки аэродрома поднимались в воздух английские и американские военно-транспортные самолеты, бравшие курс на Афины. Далее их путь лежал севернее Босфора и Дарданелл, через Черное море, в Крым.

Около полуночи взлетел самолет «Дуглас С-54» — «Священная корова». На борту его находился президент Соединенных Штатов Америки Франклин Делано Рузвельт.

В воздух поднялся и самолет английских ВВС «скаймастер» премьер-министра Соединенного Королевства Уинстона Черчилля.

В Афинах к самолетам Рузвельта и Черчилля пристроились шестерки истребителей дальнего действия военно-воздушных сил США и Англии — правда, один из самолетов, сопровождавших президента, вернулся на аэродром из-за неисправности мотора. В какой-то то точке заоблачной трассы над Черным морем советские истребители составили почетный эскорт самолетам президента и премьера.

Около полудня самолет британского премьера Черчилля коснулся бетонной полосы сакского аэродрома, преодолев расстояние более 2000 километров.

Едва заглохли моторы самолета, как на трапе показалась коренастая, тучная фигура премьера. Он был в черном драповом пальто, на голове — полувоенная флотская фуражка «старого морского волка». Поприветствовав встречавших, Черчилль скрылся в палатке, раскинутой на поле аэродрома, чтобы отведать русской водки и икры.

Вскоре в небе показался С-54 президента Рузвельта. Все, включая У. Черчилля, вышли на летное поле[678].

Когда Рузвельта спустили с помощью кабины-лифта с самолета и два рослых человека перенесли в «виллис», президент и премьер двинулись мимо выстроенного почетного караула. Оркестр исполнил государственные гимны США, Великобритании и Советского Союза.

Сталин не встречал Рузвельта и Черчилля, хотя в это время и был уже в Ялте[679]. Неоднократные нарушения оговоренных сроков открытия второго фронта, попытки сепаратного сговора за спиной СССР наложили свой отпечаток на межсоюзнические отношения. Президента и премьера встречали нарком иностранных дел В. М. Молотов, его заместители, адмирал флота Н. Г. Кузнецов, послы СССР в США А. А. Громыко и в Англии Ф. Т. Гусев.

Вскоре длинный кортеж автомашин двинулся через Симферополь, Алушту на Ялту. В машине вместе с президентом сидела его дочь Анна Беттигер. Черчилля сопровождала его дочь Сара Оливер — командир отделения женского вспомогательного корпуса военно-воздушных сил.

Крым зимы 1945 г. носил на себе следы тяжелых ран войны, нанесенных немецко-фашистскими оккупантами. Город-герой Севастополь, освобожденный в мае 1944 г., Симферополь, Керчь, Феодосия, Судак, Евпатория и многие другие города, селения и поселки Крыма лежали в развалинах. Фашистские захватчики разрушили более 300 промышленных предприятий, сожгли сотни школ, клубов, больниц, музеев. По обочинам крымских шоссе Рузвельт и Черчилль видели незалеченные раны войны — разрушенные дома и символы поверженного врага — обгорелые немецкие танки, остовы автомашин и вагонов.

Операция «Аргонавт» — так была зашифрована по предложению Черчилля, принятому Рузвельтом и Сталиным, встреча Большой тройки в Ялте — вступила в стадию практического воплощения.

Если вам посчастливилось быть на высокой, чудной вершине гряды Крымских гор — красавице Ай-Петри и любоваться восходом солнца, когда голубое небо пронизывают первые золотистые лучи, эта картина никогда не изгладится из вашей памяти.

Так же как солнце наступающей весны восходило над освобожденным Крымом, так и первые признаки зари Победы над фашистской Германией появлялись на политическом горизонте.

Выдающиеся победы Красной Армии в 1943–1944 гг. имели не только огромное военно-стратегическое, но и международное значение. Одержанные над немецко-фашистскими захватчиками и их союзниками, они привели к освобождению советской земли, вызвали развал гитлеровского блока и выход из войны Румынии, Финляндии, Болгарии, Венгрии. Фашистская коалиция терпела крах. Народы Румынии, Болгарии, а затем и Венгрии вступили в войну против гитлеровской Германии бок о бок с Красной Армией.

Победы советского народа создали решающие предпосылки для полного и окончательного разгрома гитлеровской Германии, освобождения Европы. Они предопределили исход Второй мировой войны, показав политикам и военным США и Англии, что СССР способен своими собственными силами, без помощи союзников одержать победу над гитлеровской Германией и ее сателлитами и освободить народы Франции, Бельгии, Норвегии и других стран Европы от фашистского рабства.

Коренное изменение всего хода войны, вызванное победоносным наступлением Красной Армии, вынудило политических деятелей западных держав поспешить с открытием второго фронта в Европе.

На рассвете 6 июня 1944 г. заговорили орудия, тысячи самолетов Англии и США начали ожесточенную бомбардировку побережья Нормандии. Операция «Оверлорд» — вторжение войск Англии и США во Францию — началась. Это была наиболее крупная десантная операция Второй мировой войны, знаменовавшая, правда с опозданием на два года, открытие второго фронта в Европе.

Наконец-то удары союзников по фашистской Германии и ее сателлитам стали наноситься одновременно с востока, запада, севера и юга, как это было предрешено на Тегеранской конференции глав трех великих держав.

Силы французского Сопротивления оказали огромную помощь успешному наступлению союзных армий на Западе — 25 августа 1944 г. патриоты Франции освободили Париж, куда затем вошли английские и американские войска. К началу 1945 г. армиями союзников были освобождены значительная часть Франции, Бельгия. Англо-американские войска переносят военные действия все ближе к западным границам Германии.

Красная Армия вступила в пределы Германии и Венгрии, готовясь к решающему удару по фашистским армиям, насчитывавшим на Восточном фронте 204 дивизии.

На Западе наступавшим англо-американским войскам противостояло менее 70 дивизий. Фашистский зверь бешено метался, зажатый в тисках двух фронтов. Иногда ему удавалось собрать свои силы в мощный кулак и наносить английским и американским армиям, задержавшимся на границах Германии и Голландии, сильные удары. Таким неожиданным и самым драматичным для союзников ударом оказался прорыв Рундштедта в Арденнах (Бельгия).

В ночь на 16 декабря 1944 г. 250-тысячная армия фельдмаршала Рундштедта, имевшая в своем составе 5-ю и 6-ю танковые и 7-ю армии (14 пехотных и 10 танковых дивизий), в глубоком секрете двинулась в контрнаступление в Арденнах по дорогам и тропинкам, устланным соломой для уменьшения шума[680]. Немцы прорвали фронт союзников на протяжении 40 километров, разъединили силы англичан и американцев, наступая к Намюру и Льежу на Антверпен и намереваясь отрезать от основных сил три армии союзников. Сам Гитлер руководил военными действиями, отдавая приказы по радио.

К концу декабря прорыв немецко-фашистских войск был расширен до 80 километров по фронту и до 100 километров в глубину.

В Вашингтоне и Лондоне политики и военные были чрезвычайно встревожены создавшимся тяжелым положением — многие участники боев, особенно французские и английские офицеры, слишком хорошо помнили трагические события мая — июня 1940 г., развернувшиеся у Дюнкерка. «Под угрозой провала оказались все оперативные планы союзников в Европе»[681].

В Вашингтоне состоялось секретное совещание, в котором участвовали лишь президент, военный министр Стимсон и генерал Гроувз[682]. Рузвельт заявил о своем решении начать подготовку к применению атомной бомбы против Германии[683].

Эйзенхауэр приказал прекратить атаки по всему фронту и двинул все резервы на ликвидацию прорыва армий Рундштедта. Немецкое наступление замедлилось, тем более что ОКВ не могло перебросить для развития наступления новые дивизии с Восточного фронта.