Читать онлайн «Как Русь стала Сверх-Державой. «Неправильная Империя»». Страница 50

Индия. Карнатикские войны

Так названа серия военных конфликтов середины XVIII века между государствами индийского региона Карнатика на обломках империи Великих Моголов, за которыми стояли и которых направляли европейские колонизаторы в лице Британской и Французской Ост-Индских компаний. Конфликты были вызваны борьбой между многочисленными номинально независимыми правителями и их вассалами за главенство в Индии после распада там державы Великих Моголов, созданной ферганским завоевателем Бабуром. От европейских колонизаторов основными игроками на поле выступали француз Жозеф Франсуа Дюпле, ярко выраженный нападающий таранного типа, в 1742 году с успехом ставший губернатором Французской Индии, и англичанин Роберт Клайв, игрок более уравновешенный и менее авантюрный при проведении своих атак. Обе Ост-Индские компании активно включились в интриги между местными правителями, чтобы расширить влияние в стране своих держав. Карнатикские войны велись в основном на территории выше дельты реки Годавари, подконтрольной владетелю города Хайдарабада. Всего состоялось три Карнатикских войны: первая (1746–1748), вторая (1749–1754) и третья (1757–1763), при этом первая из них была фактически частью войны за австрийское наследство, третья – частью Семилетней войны. Первая англо-французская война в Индии в Карнатике была неудачна для англичан. Мадрас сдался Ля Бурдоннэ почти без боя, и единственное владение, оставшееся на юге за англичанами, был форт Святого Давида (несколько миль к югу от Пондишери), где нашли убежище Роберт Клайв и другие беглецы. Вторая не принесла успеха противникам.

Зато третья решила исход борьбы в Индии. И в первую очередь из-за глобального характера (от Канады и Бразилии до Индии и Филиппин) самой Семилетней войны, частью которой она была. В результате трех войн Британская Ост-Индская компания обеспечила себе на территории Индии значительное преимущество над другими европейскими торговыми компаниями. А сфера влияния Французской Ост-Индской компании оказалась фактически ограничена Пондишери. Британское доминирование впоследствии привело к превращению почти всей территории современной Индии в британскую колонию. Особенность первой в мире глобальной Семилетней войны была в том, что основные события происходили на территории Восточной Германии – Саксонии и Померании. В боях между сильнейшими в мире русской и прусской армиями. А также тем, что, в отличие от Первой мировой войны, русская элита вела тонкую игру, заботясь в первую очередь о своих интересах, а не о пресловутом союзническом долге. Одной из причин было то, что русская армия, составляя 20 % численности союзников, нанесла войскам Фридриха Великого 2/3 потерь. Причем в важнейших сражениях: Цорндорф, Пальциг, Кунерсдорф. Войска же Австрии и Франции были биты, и не раз. Разбив Фридриха, русские не стали забирать его земли. Они взяли деньгами, в талерах, на следующую войну – с Турцией, за Крым и Черноморье. В этом был коренной интерес Российской империи. Франция, видя, что не только русские, но и австрийцы тянут одеяло на себя; будучи бита в Европе; из опасения быть разбитой в хлам на основных театрах войны (в той же Европе), практически обнулила свои войска в Америке, а особенно – в Индии. Взвалив ведение войны на отдаленных театрах на индейцев в Америке и на союзных бенгальцев – в Индии. Все это было на руку лорду Клайву. Англия была союзницей Пруссии. Когда началась война с французами, Клайв занял город Чанданнагар. Раздраженный этим правитель Бенгалии вступил в союз с французами, но Клайв с небольшими силами (1000 европейцев, 2000 сипаев и 108 пушек) разбил войско бенгальцев (30 000 бенгальцев и 50 очень слабых пушек времен Афанасия Никитина и Васко да Гамы) при Плесси. С этого дня считается начало британского владычества в Восточной Индии. Это столкновение было спровоцировано захватом навабом (правителем) плацдарма англичан в Бенгалии – форта Уильям на территории современной Калькутты. Совет директоров направил на противодействие бенгальцам из Мадраса полковника Роберта Клайва и адмирала Чарльза Уотсона. Значительную роль в победе англичан сыграло предательство военачальников наваба, щедро подкупленных англичанами. Битва началась в 7.00 утра 23 июня 1757 года, когда индийская армия числом в 5000 человек перешла в наступление и открыла артиллерийский огонь по британским позициям. Остальные части не двинулись с места. В 11.00 утра один из командующих индийцев возглавил атаку, но был убит британским пушечным ядром. Это вызвало замешательство среди его солдат. Бой пришел в равновесие, причем остальные части бенгальцев продолжали стоять на месте. В полдень начался сильный ливень. Британцы оперативно спрятали порох, орудия и мушкеты от дождя, но нетренированные войска индийцев, несмотря на помощь добрым словом и напутствием от французских советников, не сумели сделать то же самое. Когда дождь прекратился, у британцев еще была огневая мощь, в то время как пушки и ружья их противников были надолго выведены из строя. В 2.00 пополудни британцы начали наступление. Мир Джафар приказал отступать. В 5:00 отступление переросло в бегство. При этом основная часть бенгальцев, парализованная изменой, простояла на месте все 10 часов боя, чтобы потом пуститься в бега.

Это сражение отдало Индию в руки Англии. Причем даже не английской короны, а Ост-Индской компании. Компании достались ценности из казны Бенгалии на сумму в 5,26 миллиона фунтов стерлингов. Роберт Клайв, командующий войсками компании, захватил ценностей более чем на 200 тысяч фунтов стерлингов. Компания присвоила и весь фискальный аппарат Бенгалии. Рента-налог была увеличена примерно вдвое. Сбор налога отдавался на краткосрочный откуп служащим компании и их местным агентам (баньянам) или местным ростовщикам (шроффам). Как свидетельствовал современник: «Они (откупщики) отбирали все до последнего фартинга у несчастных крестьян; последние, не желая покидать свои старые жилища, подчинялись требованиям, которые не могли выполнить». При сборе налогов применялись пытки, жертвами которых становились даже дети. Местным купцам было запрещено заниматься внешней торговлей. Англичане ввели внутренние таможни, монополизировали важнейшие отрасли внутрибенгальской торговли. Сотни тысяч бенгальских ремесленников были принудительно прикреплены к факториям компании, куда обязаны были сдавать свою продукцию по минимальным ценам, часто им вообще ничего не платили. Как свидетельствовал очевидец: «Коммерческий резидент (начальник фактории) назначает им всем (ремесленникам-ткачам) определенную работу, за небольшой аванс присваивает их труд, лишает их права использовать свое искусство для собственной выгоды». «Агенты компании платят за забираемые товары гроши либо не платят вовсе», – сообщал в Калькутту служащий компании в 1762 году. «Рынки, пристани, оптовые рынки и зернохранилища полностью разрушены. В результате этих насилий торговцы со своими людьми, ремесленники и райаты (крестьяне) и другие бежали», – значится в сообщении правителя округа Бирбум навабу, сохранившему номинальную власть. В 1762 году Клайв и другие высшие служащие компании образовали общество для монопольной торговли солью, бетелем и табаком в Бенгалии, Бихаре и Ориссе. Заминадары и непосредственные производители были обязаны сдавать товары этому обществу по принудительно низкой цене. Это вело к разорению как индийских землевладельцев, так и крестьян с ремесленниками, зато вело к быстрому обогащению компании. Ее чистый доход в 1765 году равнялся 14 946 тысячам рупий, а в 1767-м уже 21 177 тысячам рупий. Ограбление населения привело к голоду 1769–1770 годов, во время которого погибло от 7 до 10 миллионов бенгальцев. В 1780-1790-х годах в Бенгалии снова разразился голод, погибло еще несколько миллионов человек. Голодом были поражены также Бенарес, Джамму, Бомбей и Мадрас.

Это хуже сталинского Голодомора. Тут хоть причина была – неумолимая внешняя угроза, так же неумолимо требовавшая денег под станки. А здесь – никакой реально страшной, принуждающей причины, кроме элементарной жадности.

На другом конце света, в Атлантике, просвещенные англичане с XVI по начало XIX века играли ведущие роли в торговле живым товаром, поставляя рабов из Африки и в Бразилию, и в Северную Америку. Англосаксонская цивилизация вообще была менее гуманна к людям. Поэтому англосаксы и пиарят без устали жестокость оккупантов и завоевателей – русских и испанцев. Чтобы припрятать в первую очередь свои грехи. Тем более что на Тихом океане в многолюдном Китае, не сумев предложить Китаю выгод, аналогичных кяхтинской торговле, англичане развязали грязные «опиумные войны», сократившие население Китая в 1840–1859 годах на 30 (!)%, с 400 миллионов до 270 миллионов человек. Китай от гибели тогда спасла русская армия восточносибирского губернатора. Ну конечно же, русские – варвары! И испанцы – да такие же! Какие, понимаешь, одни; такие же, понимаешь, и другие – такие же, как говаривал классик постгорбачевской семибанкирщины.