Читать онлайн «Италия. Враг поневоле». Страница 91

С нескрываемым цинизмом на эту же тему говорил продюсер Де Лаурентис: „Скоро „Мосфильм“ будет нашим общим Клондайком. Начнут ездить к нам начальники цехов, актеры „Мосфильма“, и мы сделаем их своими друзьями. Они и так для нас готовы родную мать заложить. Кому сумочки, кому кофточки. Это производит в СССР большое впечатление“»[251].

К вышесказанному не могу не добавить строку из «Википедии», посвященную Бобкову: «В 1992 году бывший непримиримый борец с буржуазным влиянием поступил на службу к одному из крупнейших олигархов в России и стал руководителем аналитической службы холдинга АО Группа „МОСТ“, возглавляемого В.А. Гусинским. При этом Бобков сам сформировал эту структуру, приняв на работу несколько десятков своих бывших подчиненных».

Против совместных с Италией фильмов выступал и известный писатель-киносценарист Е. Габрилович: «Возможно, совместные фильмы и нужны нам, но я в этом вижу отрицательные стороны. Прежде всего, они отвлекают лучшие творческие силы и кинематографистов среднего звена от решения важнейших внутренних проблем. За последние годы значительно усилилась тенденция к выездам за рубеж. Кинорежиссеры готовы взять любую тему, лишь бы она давала возможность выехать за границу. Среди молодых кинематографистов создался известный настрой на создание фильмов в расчете на заграничных гурманов. Получив известность за рубежом, они рассчитывают, что с ними будут считаться и внутри страны.

Налицо коррупция среди наших кинематографистов. Среди работников кино ходят упорные слухи о том, что за участие в совместных фильмах зарубежные кинофирмы дают подарки. Иностранные кинофирмы заинтересованы в создании совместно с нами фильмов, так как затраты на массовые сцены и оплата работы среднего звена кинематографистов у нас очень дешевы»[252].

Вот мнение председателя всесоюзного объединения «Совинфильм» О. Тенейшвили: «После просмотра фильма режиссера Витторио Де Сики „Подсолнухи“ я заявил руководству Комитета по кинематографии, что это вреднейшая, пасквильная картина и выпуск ее на наш экран явился бы грубейшей политической ошибкой. Очевидно, экономическая выгода (мы затратили 175 тысяч рублей, а получили 475 тысяч долларов) закрыла глаза на явные оскорбительные вещи, которые видит советский зритель на экране… История с фильмом „Подсолнухи“ показала, что нельзя допускать политические компромиссы в работе с зарубежными кинематографистами, идти у них на поводу. Нельзя вкладывать деньги в фильм, который, как в кривом зеркале, показывает наш народ, его свершения, нашу действительность»[253].

В конце концов, Комитет по кинематографии издал указ об ужесточении мер контроля за съемками совместных фильмов. В 1970 г. было отклонено предложение фирмы «Лаурентика» о создании фильма «В городе Тольятти» — цветной веселой лирической музыкальной комедии, повествующей об истории итальянского рабочего, приехавшего в СССР и влюбившегося в русскую девушку.

В конце 1970-х годов Микеланджело Антониони собирался ставить фильм «Воздушный змей» по сценарию Али Хамраева и Тонино Гуэрpa. Но «поправки», вносившиеся в сценарий советскими киночиновниками, вынудили Антониони отказаться от проекта.

В 1970 г. появился грандиозный фильм Сергея Бондарчука «Ватерлоо» с бюджетом в 35 миллионов долларов (правда, это не спасло картину от прокатного провала).

В производстве фильма участвовали «Мосфильм», «Коламбиа Пикчерс Парамаунт», итальянская фирма «Дино де Лаурентис Чинематографика». Сценарий написали Х.Э.Л. Крейг и Витторио Бонничелли, оператором был Армандо Накнуцци.

Состав актеров собрался интернациональный. Наполеона играл великий американский актер Род Стайгер, играл на пике эмоций, на нервном срыве, используя тончайшие оттенки жестов и мимики. Герцога Веллингтона играл Кристофер Пламмер, Людовика XVIII — Орсон Уэллс, фельдмаршала Блюхера — Серго Закариадзе. Из советских актеров в фильме участвовали Владимир Дружинников, Евгений Самойлов, Олег Видов, Ирина Скобцева и ряд других.

Как было принято в международном кинопрокате, диалоги в фильме звучали по-английски. Это, конечно, не добавило картине исторической достоверности, но приходилось мириться с этой условностью.

Грузин играл немца на английском языке…

В съемках принимали участие пятнадцать тысяч советских солдат и две тысячи кавалеристов из состава знаменитого «мосфильмовского» 11-го отдельного кавполка (ныне на его базе развернут Президентский конный эскорт) и нескольких конно-спортивных школ.

Поставить «Ватерлоо» С.Ф. Бондарчуку предложил Дино де Лаурентис после успешного зарубежного проката «Войны и мира». Стенли Кубрик, увидев фильм Бонадрчука, отказался от идеи поставить собственный фильм о Наполеоне при Ватерлоо.

Анекдот тех лет. Наполеон заметил: «Если бы у меня было столько денег и войск, сколько у Бондарчука, я не проиграл бы битвы при Ватерлоо».

В 1971 г. «Ватерлоо» удостоили приза «Давид де Донателло», как лучший фильм на итальянском языке.

После съемок «Ватерлоо» за итальянской фирмой остался большой денежный долг, погасить который можно было новым кинопроектом. Так была положена основа бюджета эксцентрической кинокомедии «Необыкновенные приключения итальянцев в России».

С советской стороны сценарий писали Эмиль Брагинский и Эльдар Рязанов. Заявка на сценарий «Спагетти по-русски» у друзей-соавторов появилась еще в 1970 г. Первоначально сюжет строится на приключениях группы итальянских авантюристов, пытающихся овладеть драгоценностями, закопанными в Ярославле еще во время революции. Но Кинокомитету такой сюжет оказался не по вкусу, заявка не понравилась, мол, итальянцы какие-то неположительные, жуликоватые и надо их переделать. Брагинский и Рязанов, которых и без того всю жизнь заставляли «переделывать» отечественных героев, ответили возмущенным отказом.

Дино де Лаурентис заявил нашим сценаристам: «Всё, что вы написали, ерунда! Мне нужен фильм-погоня, состоящий из трюков. Единственное, что можно сохранить, это историю с живым львом».

Тогда Рязанов и Брагинский начали выдумывать различные трюки: посадку самолета на шоссе, прыжок во время разведения моста и рискованные сцены со львом и т. д. Итальянским соавторам новый сюжет понравился, и его опять понесли продюсеру. Де Лаурентис сюжет одобрил, но велел обязательно вставить в картину какой-нибудь эпизод в ГУМе. Ведь таких огромных магазинов в Европе тогда не было, и он обязательно произведет впечатление на зрителей. Также продюсер потребовал написать сцену, где бы герои швырялись друг в друга тортами, так как это уже многократно проверенный, беспроигрышный прием, всегда вызывающий у зрителя смех.

Все требования продюсера были удовлетворены, и сценарий наконец-то утвердили обе стороны. Теперь «Спагетти по-русски» стали «Итальянцами в России». Эльдар Рязанов, перечитав сценарий, поразился множеству трюков и посочувствовал: «Мне жаль режиссера, который будет это снимать».

А режиссером-то в итоге и стал сам Рязанов. В какой-то момент он возмутился: «Я такую ерунду снимать не буду!». Но руководство «Госкино» надавило, и Рязанов согласился.

Подготовительный период для съемок в России длился 31 день, что по советским меркам было крайне мало, поскольку у нас привыкли чуть не каждый трюк готовить по несколько месяцев. Съемки фильма начались в Москве 14 мая 1973 г., и за два месяца было отснято почти 90 % всего фильма.

Значительное место в картине отводилось автомобильным трюкам. Русские и итальянские каскадеры творили сущие чудеса. ВАЗ и АЗЛК получили отличную рекламу для экспорта своих машин. «Жигули» и «Москвичи» считались тогда вполне приличными автомобилями.

Сцена с посадкой Ту-134 снималась на Ульяновском аэродроме, в школе пилотов гражданской авиации, взлетно-посадочную полосу «загримировали» под шоссе. Заместитель начальника школы Иван Антонович Таращан предложил: «Возьмите письмо из Министерства гражданской авиации, в котором мне позволят летать с нарушением инструкции, и я выполню трюк». Однако в Министерстве гражданской авиации ответили категорическим отказом. Тогда пилот Таращан потребовал: «Машины — только легковые, за рулями — только летчики: в этой чрезвычайной ситуации им легче будет ориентироваться мгновенно и безошибочно». Всего самолет сажали шесть раз и каждый раз безупречно. Кадры, где Ту-134 едет по шоссе, а под ним ездят автомобили, снимали на резервной полосе. В некоторых кадрах сцены посадки самолета видно незакамуфлированное радиолокационное оборудование аэропорта[254].

Для съемок сцены взрыва бензоколонки художник Михаил Богданов умудрился создать такую бутафорскую бензоколонку, что многие автомобилисты, ничего не подозревая, подъезжали к ней заправиться.