Читать онлайн «Италия. Враг поневоле». Страница 80

Получив известие о гибели «Ромы», король напугался и вместо Чивитавеккья бежал из Рима на юг Италии в порт Бриндизи, где и сдался союзникам. Маршал Бадольо и ряд генералов бежали из Рима в порт Пескару, где на корвете «Байонете» переправились в Сицилию.

9 сентября, на рассвете, американская 36-я дивизия и английские 46-я и 56-я пехотные дивизии высадились на побережье между Салерно и Агрополи.

Итальянские ВВС с гораздо меньшим энтузиазмом встретили весть о капитуляции. Лишь около 300 итальянских боевых самолетов перелетели на аэродромы союзников. Всех их союзное командование отправило в Северо-Западную Африку — «от греха подальше».

Между тем уже 8 сентября немецкий главнокомандующий генерал-фельдмаршал Альберт Кессельринг объявил на всей оккупированной итальянской территории военное положение, угрожая смертной казнью за любое действие, квалифицируемое как потенциальный саботаж.

Гитлер узнал о смещении дуче в ночь на 26 июня и уже днем поручил начальнику отдела диверсий зарубежной разведки СД гауптштурмфюреру Скорцени освободить Муссолини. А общую разработку операции проводил командующий парашютно-десантными частями генерал Курт Штудент.

Но где же дуче? Скорцени безрезультатно искал его на острове Маддалена, на небольшом островке у острова Эльда и в ряде других мест.

К этому времени итальянцы перепрятали Муссолини в горнолыжный отель «Кампо императоре», расположенный на вершине горы Гран-Сассо в Абруццких Апеннинах в центральной части Италии. Добраться туда можно было только по единственной подвесной канатной дороге. Отель охранял отряд из двухсот карабинеров, которым было приказано в случае попытки освобождения узника застрелить его. А пока Скорцени искал дуче, германские парашютисты под командованием полковника Вальтера Герике выбросились с парашютами около расположения командного пункта итальянской армии. Им удалось захватить 30 генералов и 150 офицеров. Бадольо, как уже говорилось, едва успел унести ноги.

После нескольких стычек десантники из 2-й парашютной дивизии заняли Рим и разоружили итальянский гарнизон.

Наконец-то Скорцени получил достоверные сведения о местонахождении Муссолини. В отель, где находился дуче, как уже говорилось, можно было попасть лишь по канатной дороге. И тогда Штудент и Скорцени разработали следующий план: 12 сентября 1943 г. в 7 часов утра планеры должны были приземлиться на верхнем плато, а десантники одновременно занять станцию подъемника в долине. Для операции выделили 12 транспортных планеров DFS. 23 °C-1 с аэродромов на юге Франции. Каждый такой планер мог перевозить девять десантников.

Затем Скорцени вместе с лейтенантом Карлом Радлем проработали детали операции, а именно: расстояние, оснащение людей, точки приземления каждого планера. В состав группы вошло 120 человек: Скорцени, его 17 диверсантов, итальянский генерал Солетти, который должен был приказать командиру карабинеров сложить оружие, 90 парашютистов и 12 пилотов. Помимо этого были сформированы еще два отряда. В задачу первого отряда входил захват станции подъемника в долине, а второй отряд должен был освободить семью Муссолини, которую новое правительство держало под домашним арестом.

Позже Муссолини так описывал свое спасение: «Было ровно 2 часа дня, когда я, сидя у открытого окна, увидел, что в сотне метров от здания сел планер. Четыре или пять человек в хаки вышли из него, быстро собрали два пулемета и затем двинулись вперед. Несколько секунд спустя другие планеры сели в непосредственной близости, и люди из них повторили тот же самый маневр. Мне и в голову не приходило, что это могут быть англичане. Для них не было никакой необходимости затевать такое рискованное предприятие, чтобы переправить меня в Салерно. Была объявлена тревога. Все карабинеры и полиция выбежали из ворот „Рефьюдж“ с оружием в руках и приготовились отразить нападение. В это время лейтенант Файола вбежал в мою комнату и строго потребовал: „Закройте окна и сидите тихо“.

Вместо этого я остался у окна и увидел, что подошла еще более многочисленная группа немцев, которая захватила фуникулер, поднялась и сейчас решительно двигалась плотной группой от станционной площади к гостинице»[224].

Скорцени подошел к Муссолини и сказал: «Дуче, меня послал фюрер. Вы свободны». «Я знал, я был уверен, что мой друг Адольф Гитлер не оставит меня в беде», — ответил Муссолини.

Теперь встал вопрос о том, как эвакуировать дуче. Ехать на автомобиле около 150 км по неконтролируемой немцами территории было рискованно. Первоначально Скорцени планировал вывезти Муссолини на вертолете «Фокке-Ахгелис» Fa.223, но в последний момент тот вышел из строя. Вскоре вертолет разбился в районе Монблана, и оба летчика погибли.

Тогда на маленькое плато недалеко от отеля сел легкий самолет «Физелер-Шторх» («Аист»), пилотируемый капитаном Герлахом — личным летчиком генерала Штудента. Через час «Физелер-Шторх» приземлился на аэродроме Практика-ди-Маре, где их ждали три бомбардировщика Хе-111, доставившие пассажиров в Вену.

Через день Скорцени и Муссолини прибыли в Мюнхен, где дуче встретился со своей семьей. Из Мюнхена Муссолини отправился в ставку фюрера в Восточной Пруссии, где 15 сентября и состоялась встреча обоих вождей.

После переговоров с фюрером Муссолини под германской охраной отправился в Ломбардию. Там в маленьком курортном городке Сало на живописном берегу озера Гарда Муссолини 23 сентября 1945 г. объявил о низложении Савойской династии и основании Социалистической республики Италия. Вскоре Сало стал столицей этой республики. Демагог Муссолини пообещал установить в Италии власть трудящихся и отобрать землю у помещиков.

Поначалу Муссолини собирался созвать Учредительное собрание, но позже решил ограничиться проведением съезда неофашистской партии, который состоялся в Вероне в ноябре 1943 г. Дуче лично не присутствовал на съезде, а лишь направил делегатам письменное послание: «Народ снова с оружием в руках должен сражаться за нашу республику — социальную, то есть фашистскую, в первоначальном значении Революции».

Фашисты пообещали итальянцам созвать после окончания войны Учредительное собрание. Для участия трудящихся в контроле над производством на предприятиях должны быть созданы ассамблеи, которые изберут советы управления из представителей администрации, техников и рабочих. На съезде также обсуждался вопрос об экспроприации необрабатываемой земельной собственности и создании на ней кооперативов. Сроки создания советов управления не указывались, для этого требовался специальный декрет Муссолини. Фактически же вся власть в занятой немцами части Италии принадлежала генерал-фельдмаршалу Альберту Кессельрингу, командующему германскими войсками на Средиземноморском театре военный действий. Все фабрики и заводы находились под контролем немцев, и на них распространялись правила, действовавшие в Германии. Большая часть добываемого сырья и продовольствия отправлялась в рейх. На занятой немцами территории Италии был введена обязательная трудовая повинность, отклонявшихся от которой судил военный трибунал. Тысячи итальянцев принудительно отправлялись на работу в Германию.

Роль Ватикана в событиях 1943–1944 гг. до сих пор окутана тайной. С одной стороны, близкие к Пию XII лица участвовали в заговоре против Муссолини, а с другой — активно сотрудничали с немцами на оккупированной ими территории в Северной и Средней Италии. Чтобы не быть голословным, приведу выдержки из стенографии допроса германского генерал-лейтенанта Рейнера Штагеля, проведенного 25 августа 1945 г. в Москве.

Р. Штагель: «Все важнейшие учреждения, а также дороги и площади в Риме находились под контролем подчиненных мне воинских частей. Имевшие место в Риме акты саботажа и партизанских выступлений в окрестностях города мне удалось быстро подавить с помощью Ватикана.

Вопрос: Расскажите подробно о вашей связи с Ватиканом.

Ответ: 10 сентября 1943 года мне поступило указание из оперативного штаба верховного командования вооруженными силами взять на себя обеспечение безопасности Ватикана. Учитывая большой авторитет римско-католической церкви в Италии, я решил использовать полученный приказ в целях выполнения собственной задачи — подавления движения сопротивления в Риме.

Обменявшись мнениями с германским послом в Ватикане фон Вецзекер[225], я, по его совету, установил неофициальный контакт с патером Панкрациус[226] — руководителем католического ордена сальваторианцев, по национальности немцем и попросил его информировать меня о возможных трениях между католическим духовенством и подчиненными мне германскими солдатами для принятия соответствующих мер. Во время наших встреч часто присутствовал начальник экономического управления Ватикана, кардинал Канали. Мне без труда удалось убедить обоих священников в том, что подавление „беспорядков“, то есть борьба с итальянскими партизанами, является мероприятием обоюдно выгодным для немецких властей и Ватикана.