Читать онлайн «Третий путь к рабству. О причинах путинизма и путях выхода». Страница 56

Разве не те же задачи несколько другими средствами пытались решать некоторые исторические предшественники канцлера Шредера?

Еще более впечатляющих успехов достигла российская дипломатия на американском направлении. Сегодняшнюю политику обамовской администрации в отношении России концептуально формируют, оформляют своими советами и рекомендациями люди, не занимающие в ней никаких постов: Генри Киссинджер, Джеймс Бейкер, Томас Грэм, Дмитрий Саймс. У первых двух репутация крупнейших геополитиков, у Грэма и Саймса — выдающихся специалистов по России. Они пишут ключевые доклады для администрации, курсируют между Москвой и Вашингтоном, согласовывая параметры «перезагрузки».

Всех этих людей объединяет то, что они, как и Шредер, имеют серьезные деловые интересы в России. Бейкер консультирует такие приближенные к высочайшим особам компании, как «Газпром» и «Роснефть». Лоббистская контора Kissinger Associates, в которой за российское направление отвечает Грэм, завязана на рабочую группу «Киссинджер-Примаков».

Чтение их рекомендаций американскому правительству чрезвычайно познавательно. Как это и положено лоббистам высочайшей квалификации, они на понятном и близком американскому политическому истеблишменту концептуальном языке ненавязчиво озвучивают запросные позиции своих клиентов — в данном случае кремлевских мечтателей.

Показателен в этом отношении последний нашумевший опус Грэма «Resurgent Russia and U. S. Purposes». Автор обнаружил во «встающей с колен России» правительство прогрессивных модернизаторов, прекрасно понимающих стоящие перед страной вызовы на пути «возвращения в клуб великих держав». Свидетельством серьезности их намерений является разработанная ими еще в прошлом году «Стратегия-2020». (Г-н Грэм деликатно умалчивает о том, что этот декларативный документ уже благополучно выброшен в корзину.)

«Но чтобы стать по-настоящему развитой и современной страной, — продолжает Грэм, — в следующем десятилетии России придется вложить в модернизацию своей инфраструктуры, по меньшей мере, 1 триллион долларов. Америка и Запад в целом кровно заинтересованы в успехе модернизации России. Львиная доля технологий, ноу-хау и значительная доля инвестиций должны прийти из Европы и США».

Кроме технологий и инвестиций Грэм, тонко понимающий, как опытный психоаналитик, подростковые комплексы пациента, предлагает сунуть ему еще и геополитическую соску в виде «финляндизации» Украины.

А иначе, меланхолически предупреждает он, Россия будет продолжать нам гадить wherever and whenever it can, а, в конце концов, развалится к чертовой матери вместе со своим ядерным потенциалом, втянув к тому же США в ненужное столкновение с Китаем в регионе восточнее Урала.

«Дай триллион, а то.» — это естественное и органичное продолжение давосской проповеди Путина, где он в качестве решающей меры по преодолению мирового экономического кризиса предложил списать полтриллиона долгов западным банкам, накопившихся у госкорпораций его дружков по дрезденской резидентуре и кооперативу «Озеро». Умный и грустный пиндос Томас Грэм, конечно, прекрасно знает, что никакие новые триллионы в следующем десятилетии, как и растраченные в прошедшем, не смогут модернизировать режим путинской клептократии, институционально, интеллектуально и эстетически ортогональный задачам модернизации. Толстомордые православные олигархи-опричники, бегающие с «благодатным огнем», — это XVI век, а не XXI.

Но работа есть работа, и г-н Грэм выполняет ее достаточно профессионально. Зря он только припугнул читателей гипотетическим столкновением США с Китаем. Это не его сфера. С китайской клиентурой его шеф работает лично, продвигая на пару со своим вечным соперником Збигневом Бжезинским соблазнительную для подуставшей от имперского бремени Америки идею Большой Двойки. Вот недавний образец его геополитического творчества:

«Роль Китая в новом мировом порядке ключевая. Наши отношения, начинавшиеся главным образом как стратегический проект, направленный на сдерживание общего противника, за десятилетия превратились в центральную конструкцию системы международных отношений... Китайско-американские отношения необходимо поднять на новый высокий уровень. У нового поколения наших лидеров есть уникальная возможность превратить их в проект нашей общей судьбы, как это произошло в послевоенный период с трансатлантическими отношениями».

Как говорится, почувствуйте разницу. Но дело не в сравнительных литературных достоинствах золотых (во всех смыслах этого слова) перьев гг. Киссинджера и Грэма. Оба эти высокочтимые джентльмена честно и старательно озвучивают сокровенные чаяния своих заказчиков.

Просто заказчики бывают разные. Кому-то нужно промотать еще один триллион, а кому-то — стать «центральной конструкцией системы международных отношений».

12 мая 2009 года.

А все-таки не очень убедительно («они никому не лизали») местоблюститель Дмитрий Медведев объяснил, почему он дал право первого интервью с собой Дмитрию Муратову и «Новой газете», а не, скажем, Александру Будбергу и «МК».

Ну, понятно, что не Леонтьеву и не журналу «Профиль». Когда лет десять назад Леонтьева в первый и, кажется, в последний раз допустили к телу молодого новоиспеченного премьера, он незамедлительно вылизал в прямом эфире задницу подвернувшегося ему пуделя любимого руководителя. Такое поведение сочли весьма похвальным, но все же несколько простоватым. Но Будберг-то не таков. Вот послушайте его глубоко личное, я бы даже сказал, интимное признание:

«У известного российского фотографа Сергея Берменьева есть мой любимый портрет Дмитрия Медведева. Очень серьезный, очень задумчивый человек стоит, ограниченный расплывчатыми и потому невидимыми препятствиями. Стоит между светом и тенью...»

Сколько такта, внутреннего достоинства, тонкого эстетического чувства и, я бы даже сказал, возвышенного духовного эротизма в этих словах заслуженного мэтра одной из двух древнейших профессий.

Густав Малер, Лукино Висконти, Сергей Берменьев, Александр Будберг — такой ассоциативный ряд имен мастеров мировой культуры ненавязчиво возникает в сознании завороженного читателя.

Будберг наряду с Хинштейном и восходящей звездой российской слИвистики Перекрестом прочно входит в список обязательного чтения наблюдателей российской политической сцены. Но если два последних — это рядовые ассенизаторы, через которых периодически опорожняются конкурирующие силовые структуры, то Будберг принадлежит к тому избранному кругу пифий, устами которых вещают вершители российской политики.

Годовщину тандема влиятельная кремлевская «партия бабла» отметила дуплетом юбилейных статей своих золотых перьев в «МК».

В первой рисуется портрет любимого руководителя, доказавшего своим ежедневным подвижничеством, что у России есть президент, непохожий на своего предшественника и готовый принимать ответственные решения.

Второй же текст (М. Ростовского) посвящен как раз предшественнику и посылает ему вполне определенный, как сейчас модно говорить в «элитах», сигнал — «Дорогой Владимир Владимирович! Путин Вы наш Российской Федерации! Слезали бы Вы с премьерских галер. И поскорее. Пока еще можем предложить Вам сравнительно безопасный пост председателя Конституционного суда».

Десять лет подряд те же самые будберги и ростовские рассказывали нам, рядовым обывателям, как замечательно мы все встаем с колен. А теперь выясняется, что итоги славного десятилетия, пройденного «партией бабла» рука об руку со своим национальным лидером, сводятся в основном к следующему:

«отсталая политическая система, откатившаяся при Путине еще на несколько шагов назад»; «декоративность формальных государственных институтов»; «отсутствие экономической стратегии»; «заоблачные зарплаты для собственного менеджмента в путинских госкорпорациях»; «для остального бизнеса — перспектива в любой момент быть отобранным силовиками»; «о процессах, происходящих внутри силовых структур, страшно даже задуматься».

Под градом таких разящих обвинений не от каких-нибудь шакалящих у посольств маргиналов, а от близких соратников по административной вертикали и по совместному бизнесу человеку даже не робкого десятка мантия с золоченой цепью могла бы показаться весьма удачной сделкой с правосудием.

Но Владимир Владимирович не читает «МК», не заходит в Интернет, незнаком с шедеврами известного российского фотографа Сергея Берменьева. И пока он очень органично и комфортно чувствует себя в роли «хозяина земли Русской», а там, глядишь, и государя Евразии. С какой обезоруживающей непосредственностью поведал он намедни заезжим японцам, как в 2012 году сядут они с Медведевым и решат, что им делать дальше с нами, людишками российскими. А «Медведев — человек очень порядочный», продолжил он, что в контексте нашей «отсталой политической системы», означает в переводе только одно: «Димон — пацан правильный, чисто конкретный, и вести себя будет по понятиям».