Читать онлайн «Болотная революция». Страница 35

«Комитет 6 мая» в качестве своих задач провозгласил необходимость:

— обеспечивать агрегацию информации о задержанных, и предоставление ее общественности;

— организовывать публичные акции в защиту задержанных, и участвовать в акциях, организованных другими объединениями;

— содействовать координации юридической и финансовой помощи задержанным;

— взаимодействовать с «группой риска» — людьми, задержанными б мая по административным статьям;

— содействовать независимым расследованиям, мировой огласке — всему, что может помочь прекращению уголовных дел, освобождению и реабилитации обвиняемых [157]

Фактически речь шла не только о правозащитной работе и помощи самим арестованным, но и о широкой общественной кампании солидарности с ними. Ее пиком стал День единых действий в защиту политзаключенных, который прошел 26 июля. В Москве, несмотря на летний сезон отпусков и узкую тематику, на митинг пришли около 3000 человек. Аналогичные акции (хотя и гораздо более скромные по масштабам) прошли в Санкт-Петербурге, Воронеже, Пензе, Магнитогорске (Челябинская обл.), Красноярске, Волгограде, Иваново, Таганроге, а также в Лондоне и ряде других городов[158].

Продолжались акции в духе «оккупай что-нибудь». Обычно активисты выбирали какое-нибудь силовое или репрессивное ведомство: ФСБ, прокуратуру, Следственный комитет, — и пикетировали ее, либо «оккупировали тротуар» возле входа. Параллельно с этим в интернете собирались подписи под многочисленными петициями, воззваниями и письмами в поддержку арестованных. Начался сбор денег на помощь политзаключенным. Его вели одновременно проект Алексея Навального, Росузник, и Комитет 6 мая. Совместными усилиями они обеспечили всех арестованных адвокатами, организовали сбор вещей и отправку передач, газет и писем узникам. Так или иначе, в подобных кампаниях приняли участие несколько тысяч человек.

Но помимо правозащитных кампаний, вышедших на первый план летом 2012 г., активисты протестного движения приняли активное участие в волонтерских проектах помощи жителям города Крымска, где 6–7 июля произошло трагическое наводнение, унесшие жизни десятков людей. Когда в Москве стало известно о трагедии, несколько активистов начали призывать в Твиттере собираться на Воробьевых горах, чтобы организовать сбор гуманитарной помощи пострадавшим. Один из них, Митя Олешковский, рассказывал журналистам «Новой газеты»: «Утром приехали — и обалдели от того, сколько людей захотело помочь! У меня пять тонн воды, тонны макарон — и я не знаю, что с этим делать» [159]. За несколько дней в кампании сбора пожертвований и гуманитарных грузов приняли участие несколько тысяч человек. Были собраны десятки и сотни тонн грузов. Активисты договорились, чтобы транспортные кампании бесплатно помогли перевезти собранные вещи в Крымск. Интрига была в том, что костяк организаторов этого волонтерского проекта был представлен теми же героями, которых можно было встретить на Оккупай Абае и других акциях протестной кампании. Практика самоорганизации во время протестных акции принесла свои плоды: «Нам и государство уже не нужно», — говорили активисты, прошедшие через опыт прямого контакта с российской государственной машиной 6 мая и после него[160].

Сотни волонтеров из Москвы и других регионов сами отправились в Крымск. Они разгребали завалы, искали погибших, помогали раненым. В числе прочих туда отправились активисты «Солидарности», «Сопротивления», «Левого фронта», экологические активисты. В Крымск ездили Илья Пономарев, Алена Попова и другие медийные деятели протестного движения.

В самом Крымске возникли два лагеря добровольцев. Первый был организован, в основном, сторонниками прокремлевских движений. Его координатором выступал депутат от «Единой России» Роберт Шлегель. Второй, «добрый лагерь», создали преимущественно активисты протестного движения. Впрочем, надо признать, что по свидетельству большинства участников обитатели обоих лагерей сотрудничали и вместе помогали МЧС, армии и полиции приводить город в порядок после трагедии. Были случаи, когда активисты движения «Наши», участвовавшие вместе с оппозиционерами в раздаче гуманитарной помощи пострадавшим, отрывали наклейки «Единой России» от собранных волонтерами ящиков с гуманитарной помощью, на въезде в зону бедствия наклеенными их начальством[161].

Правда, 18 июня власти все-таки восстановили привычную планку отношений с «общественниками»: они разогнали лагерь добровольцев (из числа оппозиционеров и других неравнодушных граждан) в центре города, заставив волонтеров перебраться на окраину. Если бы не предыдущий опыт общения с отечественными чиновниками, активисты были бы вне себя от ярости. Сейчас же это воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Подумаешь, «избавляются от свидетелей» и «не сказали даже спасибо»[162]. Точно также в активистских сообществах восприняли и традиционную практику партии власти использовать очередное стихийное бедствие для рекламы своей партии, расклеивая повсюду ее символику. Для большинства активистов оппозиции было с самого начала ясно: в трагедии виновата власть, и ждать от нее сколько-нибудь адекватной реакции не приходится.

Все лето продолжалась кампания в защиту «Pussy Riot». Ее пик наступил 17 августа, когда был объявлен приговор трем участницам акции в храме Христа Спасителя. Девушки получили по два года колонии общего режима (Екатерине Самуцевич впоследствии приговор заменили на условный). Вокруг здания суда собрались сотни сторонников панк-группы, начался стихийный митинг. Полицейские выдергивали людей из толпы подростков в цветных балаклавах, старух с плакатами, видных оппозиционеров — и закидывали их в автозаки. В числе прочих были задержаны Сергей Удальцов и Еарри Каспаров. Но толпа все равно продолжала скандировать: «Позор!», «Свободу Pussy Riot!», «Люстрацию!», «Богородица, Путина прогони» и т. д.[163]. Кампания приобрела международный размах. Акции в поддержку активисток проходили в Киеве, Париже, Нью-Йорке и других городах по всему миру. В их защиту выступили звезды эстрады мировой величины, такие как Мадонна, Стинг, Элтон Джон и другие.

В июле-августе 2012 г. было сделано немало попыток продолжить «экспорт революции» из Москвы в регионы. 22 июля в городе Касимове состоялись громкие выборы городской думы. Собственно, громкими их сделали два обстоятельства. Во-первых, выборы были внеочередными, для их проведения специально была распущена прежняя Дума города.

Причиной этому послужило то обстоятельство, что в выборах решил принять участие один из идеологов «Единой России» Алексей Чеснаков, который рассматривал городскую думу в качестве трамплина к посту сенатора. Во-вторых, вся кампания, а особенно день голосования, сопровождалась скандалами. В центре скандалов были наблюдатели от трех оппозиционных партий, в большинстве своем москвичи и рязанцы, прошедшие школу «Колоса» и «Еражданина Наблюдателя». Для неподготовленных провинциальных чиновников толпы московских наблюдателей оказались сюрпризом, и значительную часть вбросов осуществить не удалось. «Единая Россия» все-таки выиграла выборы (49,6 %), но совсем не так триумфально, как рассчитывала. Около полутора сотен активистов участвовали в «наблюдательном десанте» в Касимове.

Другим направлением экспорта московского опыта стали активистские лагеря и автопробеги, организованные столичными оппозиционерами и их товарищами в регионах.

Летом многие общественные организации традиционно проводили лагеря для своих активистов. На этот раз было организовано еще несколько общегражданских лагерей — под Воронежем, около Новосибирска, под Питером и под Москвой. Правда, мотором вновь стали левые активисты, у которых был опыт организации таких лагерей в прошлом. Но в сами лагеря приехало большое число гражданских активистов самых разных взглядов. В лагерях шли дискуссии, туда приглашались лекторы, которые рассказывали о перспективах протестного движения и его составных частей (например, о будущем либерального движения под Воронежем рассказывал Сергей Давидис), а также о том, как издать газету, как провести протестную кампанию, как защитить свои права.

В августе-сентябре 2012 г. по инициативе Ильи Пономарева были организованы два автопробега, оба под названием «Белый поток». Один стартовал в Москве и финишировал на юге страны в Астрахани, другой пересекал страну с востока на запад, из Красноярска до столицы. В автопробеге участвовали почти все оппозиционные лидеры и многие известные активисты из Москвы: Илья Пономарев, Сергей Удальцов, Алексей Навальный, Евгения Чирикова, Борис Немцов и другие.

В каждом городе по пути следования участники автопробега останавливались и принимали участие в уличных акциях протеста и/или во встречах с местными активистами в помещениях. Москвичи делились опытом, а заодно звали провинциалов в Москву на следующий «Марш миллионов», намеченный на 15 сентября.