Читать онлайн «Русская Америка: Открыть и продать!». Страница 128

Однако вряд ли эта новая стабильность возможна без верной нашей политики в отношениях с внешним миром. И наша история должна бы научить всех,

Учит ли?

Учит ли история народы Европы? Ведь обе самые страшные, самые истребительные войны мировой истории прошли на ее просвещенной земле. И обе были задуманы во имя могущества Америки и проведены — в том числе — и во имя владычества Америки над Европой.

Это было уже давно. А что сегодня?

А сегодня небо над крымским Казантипским заливом, над древней эллинско-славянской Керчью-Пантикапеем-Корчевом и днем и ночью прорезают своими инверсионными следами американские военно-транспортные «Гэлэкси»… Из Европы в Ирак, из Ирака — в Европу по «коридору», данному янки Киевом. Я не могу написать — «данному Украиной», ибо Украина Тараса Бульбы и Хмельницкого, Украина Гоголя и Тараса Шевченко, Украина Щорса и Марии Демченко могла бы дать этим вояжерам лишь залп системы ПВО «С-300».

Янки летят над русской землей в том же небе над тем же азовским заливом, где советские штурманы наведения учились наводить на цели «МиГ-23» и «МиГ-25»…

Они летят и над потрескавшимися бетонными полосами бывшего 71-го Багеровского полигона советских Военно-воздушных сил под Керчью… С этих «бетонок» взлетали стратегические бомбардировщики «Ту-16», «Ту-95», беря курс на уже ядерные полигоны страны… Здесь же отрабатывалась аэробаллистика первых наших атомных бомб серии «РДС»… Эту аббревиатуру, которая расшифровывалась «Реактивный двигатель «С», неофициально расшифровывали и так: «Россия делает сама»…

Да, Россия…

И — Европа…

И — ДАЛЬНИЙ Восток… Он хоть и Дальний, но — «нашенский»! Однако сейчас западные авторы — и англосаксонские прежде всего — со злорадством и надеждой пишут о том, что Россия все более сама отрезает себя от своего Востока. Что на русском Дальнем Востоке уже выросло поколение, которое знает, что и где находится в Китае, в Японии, в Корее, в США, но ни разу не видело Москвы и не очень-то Москвой интересуется.

Тем не менее Дальний Восток — по-прежнему «нашенский». И янки по-прежнему смотрят через океан на Россию… Смотрят с презрением, но и по-прежнему — со страхом.

Каким будет их и наше будущее, если Россия решит оставаться Россией?

Думай, думай, уважаемый мой современник, уважаемый мой читатель…

А ДАЛЕЕ — вот что… Думаю, именно теперь — когда и автор, и читатель уже умудрены знанием многого и о многом — уместно и полезно познакомиться с оценками знакомого нам русского геополитика Алексея Ефимовича Вандама (Едрихина), сделанными в начале XX века, но и сегодня обращенными в будущее.

Цитаты из Вандама будут обширными… Я так решил и потому, что Вандам того заслуживает, и потому, что читаются они на одном дыхании, и потому, что там содержатся мысли, по сути — «сквозные» для всей русской истории уже добрых три века… Вандам очень точно видел взаимосвязь всех аспектов дальневосточно-ти-хоокеанской проблемы…

И вот что писал Алексей Ефимович в своем труде «Наше положение» в 1912 году:

«Это открытие (открытие Невельским в конце 40-х годов XIX века островного положения Сахалина и судоходности Амура. — С.К.), плохо понятое у нас и едва не повлекшее за собою разжалование самого Невельского в рядовые, наоборот, в Англии и Америке вызвало сильную тревогу и целый ряд мероприятий. Но прежде чем говорить о них, позволю себе сделать следующее маленькое отступление.

Простая справедливость требует признания за всемирными завоевателями и нашими жизненными соперниками англосаксами одного неоспоримого качества — никогда и ни в чем наш хваленый инстинкт не играет у них роль добродетельной Антигоны (в греческой мифологии дочь царя Фив Эдипа, сопровождавшая слепого отца в его скитаниях. — С.К.). Внимательно наблюдая жизнь человечества в ее целом и оценивая каждое событие по степени влияния его на их собственные дела, они неустанной работой мозга развивают в себе способность на огромное расстояние во времени и пространстве видеть и почти осязать то, что людям с ленивым умом и слабым воображением кажется пустой фантазией. В искусстве борьбы за жизнь, т. е. политике, эта способность дает им все преимущества гениального шахматиста над посредственным игроком. Испещренная океанами, материками и островами земная поверхность является для них своего рода шахматной доской…»

Как это точно! Уже в начале XX века Вандам писал о «шахматной доске» англосаксов, а Збигнев Бжезинский в конце этого века назвал свою книгу: «The Grand Chessboard» («Великая шахматная доска»).

Так-то…

Но далее Вандам говорит еще более верные и горькие вещи: «…Земная поверхность является для них своего рода шахматной доской, а тщательно изученные в своих основных свойствах и в духовных качествах своих правителей народы — живыми фигурами и пешками, которыми они двигают с таким расчетом, что их противник, видящий в каждой стоящей перед ним пешке самостоятельного врага, в конце концов, теряется в недоумении — каким же образом и когда был сделан роковой ход, приведший к проигрышу партии…»

Сделав это отступление, Вандам продолжает: «Такого рода искусство увидим мы сейчас в действиях американцев и англичан против нас самих.

Едва только весть о новых русских открытиях в Тихом океане распространилась по цивилизованному миру, как работавшие у Камчатки и в Охотском море американские китобои потянулись к Амурскому лиману и Татарскому проливу для наблюдения за нашими действиями в тамошних местах. В соседней Маньчжурии появились лучшие из политических разведчиков — миссионеры. В самих Штатах политическая мысль занялась выяснением вопроса о том, какое значение может иметь величайший из бассейнов земного шара, т. е. Тихий океан, для человечества вообще и для североамериканцев в особенности. Поднятый сначала печатью, вопрос этот перешел затем в вашингтонский сенат, составляющийся, подобно древнему римскому сенату и английской палате лордов, из самых сильных голов, так называемых «строителей государства». Из произнесенных в этом учреждении в 1852 г. речей, посвященных тихоокеанскому вопросу, самой замечательной по глубине знания и ясновидению была речь сенатора штата Нью-Йорк Вильяма Съюорда…»

Вот как, оказывается! Янки внимательнейше отслеживали наши действия и были охвачены все большей тревогой и даже паникой по поводу возможных великих наших тихоокеанских перспектив. Они постоянно ломали голову — как лишить Россию этих перспектив.

А нам россиянские академики все рассказывают, что это, мол, Россия навязывала бедным янки свои лежалые-де американские владения. И добрый, мол, янки «Съюорд» решил — по широте души — откликнуться на расейскую просьбу выручить ее деньжатами.

Значение дальнейших практических действий США, взаимосвязь их с русской активностью на Амуре и с проблемой Русской Америки Вандам понимал тоже с абсолютной точностью:

«Со своей стороны и исполнительная власть не сидела сложа руки. Обдумывая над картой возможное в ближайшем будущем занятие Россией Амурского бассейна, руководители американской политики обратили внимание на то, что главные японские острова Пезо (Иедзо, Иессо — Хоккайдо. — С.К.), Ниппон (Хонсю. — С.К.) и Киу-Сиу (Кюсю. — С.К.), вытянувшись дугой от Сахалина до Корейского пролива, представляют как бы гигантский бар (наносная отмель в устьях рек. — С/С), заграждающий собою то море, к которому не сегодня завтра Россия должна была выйти по Амуру. Это обстоятельство сейчас же подсказало привыкшему к сложным комбинациям англосаксонскому уму один из замечательных по смелости, дальновидности и глубине расчета политических ходов, а именно:

Не теряя времени, предпринять морской поход в Японию с тем, чтобы одним ударом утвердить над нею моральное превосходство С.-А. Соединенных Штатов, взять ее под свою опеку и, постепенно направляя ее честолюбие на азиатский материк, подготовить, таким образом, из этого островного государства сильный англосаксонский авангард против России».

Как мы сегодня знаем, Япония смогла в будущем обрести подлинную самостоятельность. Но нельзя забывать, что это было написано в 1912 году — через семь лет после Портсмутского мира. Однако в системном смысле Вандам был абсолютно прав, верно указав на роль англосаксов в стравливании России и Японии.

Я могу тут лишь кое-что добавить, напомнив, что и вся суета, и спешка американцев с покупкой Русской Америки была вызвана их «амурскими» тревогами. Надо было подсечь наши геополитические перспективы раньше, чем они станут очевидными даже для недалекого сановного Санкт-Петербурга.

Впрочем, и об этом Вандам сказал просто великолепно: