Читать онлайн «Невидимые властители. Записки агента». Страница 32

Какой вывод из этого следует? Стоит ли продолжать верить в заговор нефтедобывающих стран, организовавших нефтяной кризис, и можно ли по-прежнему видеть в Западе жертву этого кризиса?

Если бы в результате закулисных маневров западных компаний и правительств справедливые требования стран-производителей о контроле над их собственным национальным достоянием не были извращены, если бы не были вовлечены интересы американского империализма и, наконец, если бы вместо непримиримости в отношении стран, обладающих сырьевыми ресурсами, было бы проявлено больше понимания к их нуждам, а странам «третьего мира» была бы оказана помощь, то никакого кризиса не возникло бы.

И пусть иные политические деятели и иные органы печати больше не говорят о «некоем новом Картеле», который якобы виновен во всех бедах Запада![108]

Большие сомнения вызывает порядочность тех, кто пытается утверждать, будто ОПЕК, являющаяся «чужеродным картелем», препятствует установлению нормальных цен на мировом рынке в условиях свободной конкуренции… «Она несет ответственность за рост цен на энергетическое сырье, лежащий в основе забастовочного движения и подрывающий наш бюджет… а это создает угрозу для безопасности нашей страны и безопасности наших союзников[109]».

В самом деле, почему бы ОПЕК действительно не выступать в качестве своего рода картеля? (Кстати, автор этих высказываний, президент Дж. Картер, ничего не имеет против существования американского Картеля!) ОПЕК не имеет возможности манипулировать ценами, поскольку не контролирует рынки, которые по-прежнему находятся в руках подлинного картеля— Консорциума. Большинству стран-экспортеров даже неизвестно, куда направляется их сырая нефть, поскольку посреднические компании держат это в тайне. ОПЕК также не осуществляет контроля над добычей нефти в странах-участницах. Более того, следует напомнить, что на совещании ОПЕК в Алжире было специально принято решение выполнить все международные обязательства по поставкам, «даже если это не будет совпадать с намерениями какой-либо из стран-участниц»…

Говоря о «нефтяном кризисе», нельзя не остановиться на методах, к которым прибегают для защиты своих интересов нефтяные компании, пользуясь содействием правящих политических партий. Примером в этом отношении может служить Италия.

В ноябре — декабре 1973 года в Италии разразился, как писали тогда итальянские журналисты, «нефтяной скандал». Начался он с того, что некоторые оптовики перестали постав» лять бензин, мазут и другие нефтепродукты учебным заведениям, госпиталям и различным общественным учреждениям под тем предлогом, что эти материалы у них на складах отсутствуют. Несложное расследование показало, что склады переполнены. Оптовики хотели искусственно взвинтить цены, ограничив продажу бензина и пр. И произошло это, что характерно, в самый разгар нефтяного кризиса…

Группа следователей из тех, кого окрестили «крепкими парнями», продолжала расследование. Они обнаружили, что за этим «досадным недоразумением скрывалось кое-что посерьезнее…». И действительно, из дальнейшего расследования выяснилось, что еще в 1967 году, вскоре после израильско-арабской войны (июнь 1967 года), обосновавшиеся в Италии нефтяные компании, ссылаясь на удорожание стоимости перевозок, прибегли к угрозе прекратить снабжение. Уже 2 октября того же года итальянское правительство, которое в то время возглавлял Альдо Моро, разрешило министру промышленности Андреотти распространить на все морские перевозки нефти надбавку к цене, которая ранее допускалась лишь для танкеров, огибавших мыс Доброй Надежды. При этом сумма «компенсации» составила… 100 млрд. лир.

В ходе расследования на основании улик, содержащихся во многих документах Итальянского нефтяного союза (УПИ)[110], было установлено, что в обмен на правительственные субсидии руководство УПИ и некоторых нефтяных монополий выделяло 5 % из общей суммы доходов на «политические вознаграждения». Таким образом, 5 млрд, лир из той «компенсации», которую правительство выплатило нефтяным монополиям, обложив потребителей чрезвычайным налогом, ряд политических деятелей и партий положили себе в карман.

28 марта 1968 года правительство Альдо Моро сделало нефтяным монополиям еще один подарок, отсрочив на три месяца уплату налогов. За первый месяц при этом не взималось никаких штрафов, за два последующих месяца пеня составляла 5 %.

Как следует из тех же документов, нефтяные монополии заплатили за столь выгодную отсрочку «вознаграждение в размере 2 млрд. лир». По существу же, на этой операции они заработали несравнимо больше, а именно 40 млрд, лир, поскольку освободившиеся средства были инвестированы по гораздо более высокой процентной ставке, чем пени за два месяца неуплаты налогов.

Подобные отсрочки предоставлялись монополиям также и в 1969 году, когда во главе совета министров был Мариано Румор, и в 1970–1971 годах при Эмилио Коломбо, и в 1972 году, когда правительство возглавлял Джулио Андреотти. Арифметика очень простая — нефтяные монополии получили пять раз по 40 млрд, лир, 190 млрд, они положили себе в карман, а 10 млрд, лир использовали для подкупа политических деятелей и партий.

Решением правительства Эмилио Коломбо в мае 1970 года нефтяные компании были освобождены от уплаты налога в размере по меньшей мере 4 лиры за литр бензина и 0,35 — 2 лиры за килограмм жидкого топлива. В результате в течение года (и это отражено в тех же документах, обнаруженных в ходе расследования) компании заработали 138 млрд, лир, из которых 6 942 747 500 лир было вручено политическим деятелям и партиям…

Основную часть этих средств (которую можно уподобить разве что видимой части айсберга) получили три политические организации[111]:

Христианско-демократическая партия —72%

Итальянская социалистическая партия —20%

Итальянская социал-демократическая партия — 8 %.

Первоначально материалы расследования замалчивались (поскольку компрометировали некоторых министров и членов парламента), но затем были переданы парламенту, где специальная комиссия должна была дать им ход.

Из тех материалов, которыми располагала парламентская комиссия, вытекало, что министр финансов Вальсекки вместе с министром промышленности Ферри разработали, завизировали и передали в совет министров декреты о предоставлении льготных отсрочек нефтяным компаниям, заведомо зная, что подобные декреты сопровождаются передачей политическим партиям соответствующей «компенсации». Эти «компенсации» были переданы административным секретарям христианско-демократической, социалистической и социал-демократической партий председателем Итальянского нефтяного союза Каццанигой через его сотрудника Читтадини, ответственного за связь компании «Эссо энд Экссон» с прессой. Ряд министров (Прети, Феррари-Аггради, Боско) также были обвинены в получении от Итальянского нефтяного союза 6 млрд, лир для передачи ХДП, социалистической и социал-демократической партиям. Министр промышленности Андреотти обвинялся по статьям 81, 110 и 318 Уголовного кодекса в незаконном предоставлении льгот нефтяным компаниям: именно он внес упомянутый декрет о выплате компаниям компенсации. По данным парламентской комиссии, в результате всей операции несколько политических партий получили в общей сложности 4,6 млрд. лир.

Подробные данные о взятках, полученных политическими деятелями от нефтяных компаний, были сообщены контролером общества «Экссон» Арчи Монро сенатской комиссии Чёрча во время расследования «отклонений в поведении транснациональных корпораций»[112]. Монро заявил следующее: «Директора нашего филиала в Италии уведомили, что если наша компания хочет работать в этой стране, то она должна финансировать ведущие политические партии и кандидатов некоммунистических партий. Комммунистам мы никогда ничего не давали. Опасаясь огласки, руководство итальянского филиала «Экссон» никогда не сообщало своему центральному руководству, кому именно вручались эти финансовые средства. Поэтому сейчас трудно доказать, что речь шла не об обычных взятках, а о политическом финансировании. Вначале, то есть в 1963 году, компания «Экссон» выразила признательность некоторым политическим деятелям и партиям, вручив им 760 тыс. долларов. В 1968 году ее «благодарность» достигла 5 млн. долларов, а в 1970 году составила 3,5 млн. долларов. Можно сказать, что в период с 1963 по 1971 год наша компания ежегодно выделяла на финансирование некоммунистических партий и кандидатов в среднем 3,5 млн. долларов… Когда в Италии начали говорить о «скандале», то один из вице-президентов головной, находящейся в США компании «Экссон» в порядке расследования обнаружил, что, кроме указанных, директор итальянского филиала производил и другие расходы, не сообщая об этом центральному руководству. Так, например, он скупал земельные участки, участвовал в банковских операциях и пр. Общая сумма этих незаконных сделок составила 19 млн. долларов. Директор нашего итальянского филиала[113] пояснил, что и на этот раз средства были истрачены на оказание политической помощи, носившей чрезвычайный характер. Никаких документов, фиксирующих эти расходы, не существует, и мы не можем сказать, кому выделены эти финансовые средства. Не боясь ошибиться, можно смело сказать, что случай с Италией представляет собой исключение…»