Читать онлайн «Глобальный Смутокризис». Страница 146

Вот еще опаснейший фактор, что грозит нам поражением в грядущей каше Смутокризиса.

А он, черт возьми, набирает силу день ото дня…

Мы завершаем книгу. Итак, все готово для новой вселенской драмы. Для построения нового рабовладения «а-ля Хоумленд». Декорации расставлены, реквизит заготовлен, актеры уже на сцене. Занавес поднимается. Нам уготованы пожар в Евразии и катастрофы, мегатеракты и бесстыдная приватизация государств. Потоки лжи – и потоки крови. Мы увидим всевозможные потрясения и бесчинство корпоратократии. Террор всех видов и новое великое переселение народов.

РФ здесь имеет ничтожные шансы уцелеть. Равно как и Украина.

Самое время задать сам собой разумеющийся вопрос: а какова альтернатива мрачной перспективе нового рабовладения? Что нужно стоить взамен Хоумленда? Что ему можно противопоставить? В чем искать выход из Глобального смутокризиса?

Андрей Фурсов говорит о национальном социализме. Вослед за ним киваю головой: не вижу иного выхода. К черту корпорацию-государство – нам нужна нация-корпорация. С новой расой людей, с принципами управления на основе придуманного Игорем Бощенко нейросоца. (См. М. Калашников, И. Бощенко. «Будущее человечество»). У нас есть один выход – продолжить то, что было начато нашими предками в 1917 году. Только во всеоружии новых технологий, с космической гонкой и безумными технологическими прорывами. С изучением гениальных организационных находок Гитлера – и с изобретением совершенно нового. С людьми новой реальности, с мегапроектами развития. С поиском и сплочением людей низкопримативных, но пассионарных. С ясным пониманием того, что капитализм умер – и на смену ему нужно создавать строй более высокой ступени развития, а не новое кастовое рабовладение.

В сущности, этому поиску посвящены все книги Максима Калашникова.

Поразительно, но квинтэссенция всех этих книг содержится в работе, написанной за полтора десятка лет до рождения самого автора этих строк.

В октябре 1952 года Иосиф Виссарионович Сталин опубликовал свою небольшую, но наиболее захватывающую и загадочную работу – «Экономические проблемы социализма». Именно здесь мы находим идеи создания нации-корпорации и инновационного прорыва. Именно здесь Сталин оставляет нам свой замысел-завещание, так и не понятый его преемниками. Здесь мы отыскиваем, на мой взгляд, самую лучшую альтерантиву Хоумленду.

Там есть потрясающие по прозрению строки. Так, Сталин пишет, что суть современного капитализма – в обеспечении максимальной капиталистической прибыли «путем эксплуатации, разорения и обнищания большинства населения данной страны, путем закабаления и систематического ограбления народов других стран, особенно отсталых, наконец, путем войн и милитаризации народного хозяйства…»

Это – самое емкое и краткое описание реалий нынешней глобализации, жизни РФ и обстоятельств правления Буша-второго, этой вершины ультралиберального «фридманизма», скрещенного с приватизацией государства и чудовищным наращиванием военного бюджета.

Олег Матвейчев подробно разобрал эту сталинскую работу-послание будущим поколениям в книге «Суверенитет духа».

«…Самое главное – это новации в сфере экономики. Если экономика при капитализме – это наука выживания в условиях рынка (макроэкономика), то экономическая наука при социализме – это, по сути, наука управления корпорацией (микроэкономика). Сталин хотел превратить страну в корпорацию, где все граждане были бы акционерами, а правительство – менеджментом (партию предполагалось полностью устранить от власти).

Согласно аксиомам капитализма цель корпорации – благо акционеров. Так и здесь, в сформулированном Сталиным «основном экономическом законе социализма», целью являлось «удовлетворение постоянно растущих материальных и культурных потребностей…на базе высшей техники». Или как бы сказали сейчас: «на базе хай-тек»! Понятно, почему в тяжелое время Сталин находил возможным тратить на образование до 15 % бюджета. Предполагалось, что мы станем ведущей хай-тек-державой. Страна-корпорация работает, инвестирует прибыль в производство передовых средств производства в первую очередь, то есть создает капитал, капитализируется и только оставшееся потребляет (принцип, по которому живет каждый капиталист).

«Дивиденды акционеров» будут выдаваться не в денежной форме, а путем снижения платы за жилье, бесплатного обучения, бесплатной медицины, снижения цен на основные, а потом и вообще на все продукты, и, наконец, через сокращение рабочего дня!!! Рабочий день должен был быть сокращен до 4 часов, чтобы не было безработицы, а свободное время – главное богатство человека (на Западе оно доступно только капиталисту, но у нас капиталистами в перспективе должны были стать все) – шло бы на научное, творческое, культурное и спортивное развитие нации.

Этим планам Сталина не суждено было сбыться, планы отстранения партии от власти и борьба вокруг трона, обострившаяся из-за понимания того, что в скором времени кто-то должен стать наследником, привели к возне, инспирированию заговоров, «дел врачей», «борьбе с космополитизмом», в конечном итоге, возможно, сам Сталин также пал жертвой одной из интриг.

Были ли сталинские реформы правоконсервативными? Да. Были ли они ультралевыми – прогрессистскими? Безусловно. Были ли они капиталистическими? Очевидно. Были ли они социалистическими? Без всякого сомнения.

Но что это, однако, все значит? Это значит, что понятия традиционной политологической и политэкономической науки промахиваются мимо цели, они не могут постичь феномен, а это значит, что традиционная наука должна быть подвергнута серьезнейшей ревизии, должна быть изменена в своих основаниях.

…После смерти Сталина перед советской элитой встало несколько важнейших задач, для решения которых требовалось известное мужество и видение исторической перспективы.

1) Необходимо было удержать и укрепить роль мирового авангарда, а для того противопоставить консервативной геополитике Запада привлекательную во всем мире идеологию. Конечно, хорошо, когда Пальмерстоун говорит о «вечных интересах Британии», этим можно даже покорить сердца британцев, но не сердца африканских негров, не китайских крестьян, не латиноамериканских гаучо и даже не рафинированных европейцев. На геополитике империи не строятся. Либерализм обращался к каждому человеку с идеей свободы, коммунизм обращался к каждому в мире с идеей свободы и справедливости. Это пока работало, но как «нельзя обманывать всех все время», так нельзя и говорить «истину» всем все время. Требовалась кардинальная реформа марксизма, это было ясно уже Сталину. Эта задача для философов. Для этого должна была быть допущена как минимум свобода философских дискуссий с привлечением зарубежного и прежде всего отечественного опыта мысли. В отличие от производства, где 90 % продукции должно соответствовать стандарту, и лишь – 10 % отводится на брак, в творческой лаборатории лишь 10 % отводится под возможную великую идею, все остальное – руда. Мы победили в войне: надо было ответить – каким духом? И главное – каким духом возможны будущие победы, какая эпоха нас ждет?

2) Аналогичная задача для политологов, обществоведов и пропагандистов. Старые формы и методы пропаганды, действовавшие на безграмотное крестьянство и рабочий класс, уже явно отживали свое. На смену шло поколение грамотных людей, шел мощный средний класс. Возможно, нужно было отказаться от понятия и от института партии как принадлежащего старой науке и практике. Такие мысли были у Сталина еще до войны, существуют даже избирательные бюллетени для выборов на альтернативной основе. От них пришлось отказаться, так как партийная верхушка запугала Сталина потерей контроля. Уже в войну стало очевидно, что партия является пятым колесом в телеге, и она полностью была выключена из системы принятия решений. Институт традиционных комиссаров и политинформаторов также себя изжил, из-за чего его и отменили. Революционная агитация, реклама и пропаганда должны были быть заменены мягким пиаром, да и сама идеология должна была стать более глубокой, многомерной, изощренной, подходящей возросшим требованиям масс, которые уже перестали быть массами в строгом смысле слова.

3) Своя задача стояла и перед экономистами. Выше уже было сказано о том, что категории политэкономии в рамках старой парадигмы не понимают общество, которое возникло и вырвалось на передовые позиции в мире. Не понимать – не значит быть в недоумении и молчании, не понимать – гораздо чаще это значит подвергаться иллюзии полного понимания, на самом деле коряво и внешне перетолковывать происходящее в чуждых и неподходящих внешних терминах новое общество, не правое, не левое, не либеральное, не социалистическое, не консервативное. Нужно было осмыслить, категоризировать в новых понятиях, сознательно теперь уже использовать эти понятия как в политической практике, так и в экономическом хозяйственном менеджменте. Возможно, надо было отказаться от понятия стоимости и прибыли в денежных формах, отказаться от налогов всех видов, как категорий и институтов старой политэкономии, и вспомнить о категории «свободного времени» как мерила истинного богатства и многое другое. Намеки на это также были в последних работах и действиях Сталина.