Читать онлайн «Во имя Господа Кто убил Папу Римского?». Страница 21

Их группировка, куда входили самые реакционно настроенные ватиканские деятели, вполне предсказуемо высказалась в пользу своего ставленника, который, по их мнению, всецело разделял их позиции. Архиепископ Генуи, кардинал Джузеппе Сири, был лидером тех, кто активно противился многим реформам Второго Ватиканского собора. На конклаве, где был избран ПавелVI, он выступал главным кандидатом от правого крыла. Сейчас же целый ряд престарелых кардиналов полагали его идеальным претендентом на трон святого Петра. Но единодушия среди восьмидесятилетних кардиналов не наблюдалось — по крайней мере, один из них, кардинал Карло Конфалоньери, не привлекая всеобщего внимания, восхвалял достоинства Альбино Лучани. Тем не менее группа в целом считала, что Сири должен быть следующим папой.

Кардинал Сирии не раз утверждал, что его позиция во многом оставалась непонятой. Однажды во время проповеди он осудил женщин, которые предпочитали носить брюки, и заклинал их вновь надеть платья, «чтобы они вспомнили о своем истинном предназначении на земле».

Во время девяти заупокойных месс по папе Павлу VI в числе прочих с пастырским наставлением обратился к присутствующим и кардинал Сири. Тот, кто всячески препятствовал Павлу VI в каждом его начинании, торжественно брал на себя обязательства реализовать стремления покойного папы. Участие Сири в кампании в основном осталось незамеченным прессой. В поддержку притязаний Сири выдвигался и такой аргумент: следующий папа должен быть итальянцем. Требование о том, что следующего папу нужно избирать из уроженцев Италии, хотя к ним относилось лишь 27 кардиналов из 111 участников конклава, имеющих право голоса, хорошо иллюстрирует настроения, которые господствуют в Ватикане.

Убежденность, что лишь понтифик-итальянец способен держать под контролем не только Ватикан и всю католическую церковь, но и саму Италию, глубоко пустила корни в ватиканской деревне. Последним папой-«иностранцем» был Адриан VI, выходец из Голландии. Одаренный и безупречно честный, он был избран римским понтификом в 1522 году. Адриан VI ясно осознавал, каким множеством пороков был поражен Рим. Стремясь остановить нарастающую волну протестантизма в Германии, он писал своему посланнику в немецких землях:

Вам также нужно заявить, что мы честно признаем, что… на протяжении многих лет возле Святого престола творились деяния, вызывающие отвращение. Тем, что свято, злоупотребляли, обряды и таинства нарушались, и все меняется лишь к худшему. Поэтому не приходится удивляться, что зараза распространилась от верхов к священникам, от папы к иерархам. Мы все, прелаты и весь клир, сбились с пути истинного… Посему от нашего имени дайте обещание, что со всем своим усердием мы станем исправлять прежде всего то, что, вероятно, и является рассадником всего зла, — Римскую курию.

Папы Адриана VI не стало через несколько месяцев после того, как он сделал это заявление. По всем предположениям, папу отравил его же лекарь.

Теперь, после похорон Павла VI, кардиналы из Римской курии, составлявшие на конклаве меньшинство, вновь пытались навязать свою волю большинству. На одном из первых заседаний общей конгрегации, где присутствовало всего 32 кардинала, причем большинство из них — итальянцы, было принято решение начать конклав не ранее 25 августа, а к процедуре голосования 111 кардиналов приступят не ранее 26 августа. Отсрочка на двадцать дней была всего на день меньше максимального срока, на который разрешали отложить начало конклава правила, принятые покойным папой. И в современной истории эта задержка оказалась самой большой. В 1878 году, когда еще не летали лайнеры «Тидаблю-эй» и «Пан-Ам», кардиналы ждали всего лишь десять дней до открытия конклава, на котором был избран папа Лев XIII. Благодаря трехнедельной отсрочке кардиналы-итальянцы имели максимум времени, чтобы убедить «иностранцев» в разумности избрания преемником Павла VI их соотечественника. Однако они натолкнулись на неожиданное сопротивление. Не один Альбино Лучани склонялся к мысли о том, что пришла пора избрать папу из «третьего мира». Многие прелаты из развивающихся стран испытывали схожие чувства.

Большая часть кардиналов из Латинской Америки собралась 20 августа на секретное заседание в Бразильском колледже в Риме. На собрании какого-либо главного кандидата не определили, но все согласились, что нужен папа-наставник, несомненно благочестивый, понимающий нужды бедных, выступающий в поддержку разделения власти в церкви и за коллегиальное управление, а по своему характеру и душевным качествам он должен привлекать к себе людей во всем мире. Главным образом участников заседания интересовало, каким должен быть его святейшество, а не конкретное имя нового папы, хотя выдвинутые ими требования значительно уменьшали круг возможных кандидатов.

Находившийся во Флоренции[6] Джованни Бенелли, которого многие обозреватели ошибочно считали вероятным претендентом на папский престол, получил послание с пожеланиями латиноамериканских кардиналов. С улыбкой он размышлял о том, кто подходит под их требования: точь-в-точь биография именно того человека, который, по мнению Бенелли, должен быть папой. Сняв трубку телефона, он набрал иногородний номер и через минуту уже оживленно беседовал с кардиналом Сюененсом в Бельгии.

В Риме Пиньедоли продолжал давать роскошные обеды, кардиналы курии продолжали тайно обрабатывать выборщиков, агитируя за Сири, и ватиканское Бюро печати проводило прежнюю политику, не желая сотрудничать с журналистами мировых СМИ и передавая им минимум информации, а тем временем дата «самого тайного в мире голосования», как назвал конклав Питер Николс из газеты «Таймс», становилась все ближе.

Но не одни лишь латиноамериканские кардиналы выработали документ, содержащий перечень требований к претенденту на рабочее место. Неделей раньше группа католиков, назвавшая себя КРЕП (Комитет за ответственный выбор папы), созвала в римском отеле «Колумбус» пресс-конференцию. Смелость ответить на многочисленные вопросы более 400 репортеров взял на себя отец Эндрю Грили. Не будучи членом этого комитета, он вместе с группой теологов подготовил для комитета список требований к кандидату в папы.

На документ КРЕП обрушился яростный шквал критики. Большая часть замечаний оказалась банальной, и многие можно было отмести сразу Несомненно, те, кто подписал этот документ, искали человека исключительного. Также не было никаких сомнений в том, что они питали глубокую любовь к Римско-католической церкви. Их в высшей степени волновало то, каким будет новый понтификат. Чтобы в штыки принимать таких незаурядных людей, как Ганс Кюнг, Ив Конгар и Эдвард Шиллебек, требовался склад ума, граничащий либо с духовной стерильностью, либо с интеллектуальным бессилием. Профессор Кюнг, к примеру, по мнению многих компетентных специалистов в этой области, был самым блестящим католическим богословом из всех живущих сегодня. Все подписавшие пресс-релиз обратились с таким выразительным призывом:

Требуется многообещающий, благочестивый человек, способный улыбаться.

Интересная работа, гарантированный заработок, предоставляется служебная жилплощадь в соответствии с должностью. Охрану обеспечивает надежная и проверенная служба безопасности. Обращаться в Ватикан, в коллегию кардиналов.

Так начиналась эта своеобразная должностная инструкция. Далее шло описание качеств кандидата, избрания которого на тайном конклаве хотел бы КРЕП. Было заявлено, что для них не имеет значения, входит он в курию или нет, итальянец он или нет, выходцем какой страны он является — «первого мира», «второго» или «третьего». Не имело значения, интеллектуал он или нет, будет ли он дипломатом или духовным пастырем, каких взглядов он придерживается, прогрессивных или умеренных, будет ли он эффективным администратором или ему недостает управленческого опыта… В настоящее время, в этот важнейший исторический период, требовался в первую очередь, по утверждениям теологов, «человек святости, человек надежды, человек счастья. Праведник, способный улыбаться. Папа не только для всех католиков, но и для всех людей. Человек с безупречной репутацией, не запятнанный ни малейшим подозрением в причастности к финансовым махинациям». Затем авторы документа приводили и другие важнейшие качества. При сравнении этого перечня со списком главных кандидатов возникало неизгладимое впечатление, что составители чувствовали крайнюю, едва ли не граничившую с отчаянием, потребность в таком человеке.

Выступление Грили было встречно бурей возмущения, и она приняла еще более ожесточенный характер, когда он дерзнул высказать безрассудное предложение, что, возможно, не самая плохая идея, если римский папа будет женского пола. Попытка заявить подобное перед репортерами, среди которых подавляющее большинство составляли мужчины, да еще и итальянцы-мачо, свидетельствовало о безграничной смелости отца Грили. В конце концов разбушевавшийся зал едва не потонул в хаосе, а одна молодая итальянка кричала отцу Грили, что он воплощение зла, да вдобавок отягощен серьезными сексуальными проблемами.