Читать онлайн «Робот и крест. Техносмысл русской идеи». Страница 111

Микроорганизмы продолжают мутировать от лекарств и в момент, когда вы читаете эти строки. Рано или поздно произойдет качественный скачок, и тогда не просто повышенная смертность в больницах нас ожидает, а волны смертельных моров-эпидемий.

Что делать? Нужно создавать совершенно новые лекарства. Как? Есть очень дорогой путь.

В «Популярной механике» прочел я о том, что команда исследователей профессора Кима Льюиса (Северо-Западный университет, Бостон) разработала антибиотик теиксобактин, который подавляет синтез тех веществ, что нужны для формирования клеточной стенки микробов. При этом теиксобактин действует на небелковые вещества бактерий, а значит — к нему они не могут приспособиться за счет мутаций.

С другой стороны, команда Мэтью Чана (Наньянский технологический университет, Сингапур) научились использовать кишечную палочку против палочки синегнойной. Процитирую отрывок из статьи в «Популярной механике»:

«В геном «бактерии-бомбы» ввели четырехступенчатую конструкцию. Первая синтезирует белки-индикаторы, которые связываются с сигнальными молекулами, обеспечивающими «чувство кворума» синегнойной палочке и другим микробам-коллективистам, образующим скопления-биопленки, связанные молекулами ДНК. Поучившийся комплекс запускает сразу три реакции: синтез антимикробного пептида микроцина S, фермента ДНКазы-I, разрушающей биопленку (оба соединения выделяются в окружающую среду через клеточную мембрану), и комплекса белков, обеспечивающих движение кишечных палочек в направлении большей концентрации «молекул кворума». В результате разрушаются и патогены, образующие биопленку, и отделяющиеся от нее микробы.

…Этот метод является принципиально новой платформой, позволяющей создавать новые противомикробные средства…»

Видите, какой сложности достигла сейчас биоинженерия, смыкающаяся с информатикой и нанотехом? И куда надо сегодня вкладывать деньги?

Мне очевидно, что исследования такой степени сложности, дороговизны и длительности уже не могут потянуть частные (или акционерные, квази-частные) корпорации. Даже транснациональные. Подобные программы создания медикаментов будущего должны взять на себя государства. Как когда-то именно они взяли на себя титанический труд по началу ядерной и космической программ. Частный бизнес пойдет за государством: сначала как подрядчик, потом — как коммерциализатор и «развиватель» созданных новаций.

А если поискать более дешевые пути к созданию лекарств грядущего? В рамках возможного русского мегапроекта?

Если Россия, наделив национальную идею техносмыслом, сейчас предложит миру набор лекарств принципиальной новизны, способных дешево справляться с вирусами и прионами, она нанесет сокрушительный удар транснациональным фармкорпорациям. Нанесет им такие убытки, что какие-то там цветы, шоколад или даже сыр пармезан с хамоном — и рядом не стояли. И при этом русские решат национальные задачи: смогут создать действенное здравоохранение, причем гораздо более дешевое, чем на Западе. Нужно выбросить на свой — и мировой! — рынок медикаменты, способные бороться с вирусами и прионами, усиливать иммунитет.

Есть ли такое в потенциале? Есть!

Я знаком с работами команды Алексея Чистякова («Березовый мир»), которая 2000 года совершила прорыв, сравнимый с прорывом Флеминга. Если последний выделил антибиотики из плесени, то русские выделили из березовой коры бетулин. За полтора десятка лет, вломив огромные деньги в совместные работы с институтами Академии меднаук (РАМН), они установили, что препараты на основе бетулина отлично, надежно, а главное — быстро и дешево лечат и туберкулез, и гепатит Ц. Они действенны против «неуязвимых» прионов. Они позволяют регулярным приемом избежать заболеваний от стремительно мутирующих вирусов гриппа. Ибо и вирусы бьют, и укрепляют иммунитет. Отличные результаты достигнуты в химиотерапии, в сокращении потребности мышц в кислороде (отличные таблетки для подводников, аквалангистов, спецназовцев, спортсменов). Отличные результаты есть и в ветеринарии. В излечении алкоголизма тоже.

У меня лежат официальные заключения и письма из РАМН. Но официальные власти РФ не видят этого прорыва в упор. И Минздрав тоже. И все инновационные институты РФ, все эти РВК, «Роснано», Сколково, ФПИ, фонд Бортника и т. д. Создатели бетулиновых препаратов. Средств на то, чтобы сделать эти препараты не биоактивными добавками, а полноправными лекарствами, у команды Чистякова нет! Клинические испытания за счет частной фирмы — это разорение, это годы.

Что бы сделал я, сидя в Кремле на месте Путина? Не стадионы бы строил для все более бессмысленной мундиали-2018, а за несколько миллионов долларов провел бы клинические испытания бетулиновых препаратов и вложил бы деньги в создание новой фармкорпорации — мирового чемпиона. С экспансией на глобальный рынок! Я бы нанес такие удары по западным корпорациям, что те бы свету не взвидели. Это вам не цветочки с шоколадом, и не футбольные игрища для черни, а реальное Дело.

Ибо бетулин — не одно направление и контрудара по Западу, и рывка в русском развитии.

Я знаю команду Дмитрия Половинкина и Александра Голубева, развивающего в Подмосковье еще один потенциальный прорыв: биоцевтику. Советскую по происхождению фитохимию. С помощью докритической углекислотной экстракции они в компании «Биоцевтика» извлекают из обычных растений русской средней полосы, из бабкиных лекарственных трав или из пряностей химические соединения, которые неизвестны современной науке! Причем целебные. На их основе можно делать и лекарства нового типа, и добавки в пищу/напитки, делающие их исцеляющими. У ребят есть планы: исследовать «Канон медицины» великого Авиценны (XI век), где содержатся рецепты врачевания с помощью трав. Но перед биоцевтами нашими стоят те же самые проблемы, что и перед «бетулинщиками». Самим финансировать клинические испытания и фундаментальные исследования не по силам. Кредиты — запредельно дороги. А государство ничего не замечает.

Но ведь это — еще один возможный ход в научно-техническом противостоянии новой Холодной войны.

Идем дальше. Команда Михаила Епинетова из Астрахани. Они — профессиональные фармакологи — создали «умные мази», способные быстро и крайне дешево лечить и огнестрельные, и хирургические, и диабетические раны.

Компания М.Епинетова смогла разработать уникальные мази с использованием металлических наночастиц, выступающих носителями лекарств. Эти наночастицы прикрепляются к вредным микроорганизмам и уничтожают их «бортовым оружием»: собственно лекарствами.

Были проведены успешные опыты применения. Например, для лечения огнестрельного (дробового) ранения левой руки, с внутрисуставным переломом и гнойным артритом. Экономия в лечении составила 17 дней и 45 тысяч рублей. Еще один пример: гнойная рана на ноге. Экономия при применении «умной мази» — 12 дней и 32 тысячи рублей.

У епитентовцев — те же проблемы, что и у чистяковцев, и у биоцевтов. Свои мази они могут делать только как косметику. Разница только в одном: в Сколково их сделали резидентами. Но денег ни шиша не дали.

Можно продолжить этот список. Например, вывезти из Грузии специалистов погибшего НИИ имени Элиавы, где делают неантибиотические лекарства на основе фагов. И развить это направление в РФ.

Идем дальше? В 2013 году академик РАН Александр Коновалов (специалист по супрамолекулярной химии) сделал сенсационный доклад в Президиуме Академии наук. Коновалов открыл, что в ряде случаев ничтожно малые количества вещества, растворенные в воде, могут наделять ее свойствами этих веществ.

«…Сообщение имеет строго академическое звучание и название — «Образование наноразмерных молекулярных ансамблей /наноассоциатов/ в высокоразбавленных водных растворах». Известно, что при разбавлении некоего раствора водой он теряет свои свойства тем больше, чем больше добавляется воды. Достаточно сравнить качества чистого спирта, его 40-процентной смеси с водой и такой же смеси, в которой его остаётся полпроцента.

Однако в ходе шестилетних исследований группе российских учёных удалось установить, что подобным — классическим — представлениям соответствуют лишь 25 процентов растворов. Зато остальные 75 процентов «ведут себя неклассически: у них свойства изменяются неожиданно», — отметил академик Коновалов.

Это явление, впрочем, отмечается лишь в высокоразбавленных водных растворах — вплоть до 10 в минус двадцатой степени моля /т. е. единицы количества вещества/ на 1 литр. Но именно при таких ничтожных концентрациях некоторые растворы получают такие физико-химические и, что особенно важно, биологические свойства, которых в соответствии с существующими научными воззрениями не должно быть! Детали важны для узких специалистов, но широкой публике новое российское открытие обещает зримые перемены в медицине и фармакологии: ведь при освоении соответствующих технологий можно будет получать необходимые эффекты от действия лекарственных препаратов в ультранизких дозах.