Читать онлайн «История Второй мировой войны. Крушение». Страница 54

Согласно поставленной перед Монтгомери задаче, цель высадки заключалась в захвате района, необходимого для сосредоточения и развертывания сил для дальнейших наступательных операций. Нужен был достаточно крупный плацдарм, чтобы сосредоточить на нем 26—30 дивизий и, кроме того, доставлять из Соединенных Штатов и других районов подкрепления для этих сил в количестве 3—5 дивизий ежемесячно.

Предназначавшиеся для участия в операции войска и необходимые транспортные суда были подготовлены в портах погрузки с таким расчетом, чтобы при организованном ходе высадки к концу первого дня в Нормандии и на полуострове Котантен уже находилось 8 дивизий (включая три вышеупомянутые воздушно-десантные дивизии) и 14 танковых полков, через 6 дней — 13 дивизий и еще 10 танковых полков, а на двадцатый день — примерно 24 первоначально предусмотренные дивизии. Правда, этот план мог быть выполнен лишь при условии, если высаживаемые войска будут ограничены самыми необходимыми наземными транспортными средствами, то есть практически на первых порах после высадки будут лишены возможности вести маневренные боевые действия.

По мере расширения района высадки вслед за высадившимися армиями на континент должны были быть переброшены на американском участке высадки 3-я американская армия и на английском участке высадки — 2-я канадская армия, после чего обе американские армии предполагалось объединить в 12-ю группу армий под командованием генерала Брэдли, а обе британские армии — в 21-ю группу армий под командованием Монтгомери. Одновременно Эйзенхауэр должен был принять от Монтгомери общее командование сухопутными войсками.

Чрезвычайно сложной проблемой являлось определение времени начала операции, ибо решение этого вопроса было неизбежно сопряжено с целым рядом предпосылок, от которых нельзя было отворачиваться в интересах успешного осуществления намеченного плана. Чтобы преодолеть пролив незаметно для противника, а также во избежание потерь среди транспортных судов от действий вражеского флота, авиации, а при приближении к берегу — и от береговых батарей противника, высадку следовало предпринимать в ночное время. Высадку воздушно-десантных дивизий, которая должна была предшествовать высадке морского десанта, нужно было проводить в ясную лунную ночь, во второй ее половине. Устранение сильных немецких заграждений у берега лучше всего было вести при отливе. В то же время отлив в заключительной его фазе был нежелательным, так как войскам пришлось бы очень рано покидать десантные суда и слишком долго находиться под огнем противника, прежде чем они смогли бы подойти к его береговым укреплениям. Далее, был необходим и прилив, ибо в противном случае десантные суда невозможно было бы снять с мели. Такие условия отлива и прилива должны были иметь место примерно минут через 40 после рассвета, с тем чтобы флот и авиация уже в первые утренние часы могли поражать прицельным огнем опорные пункты и батареи противника. Все эти предпосылки из-за ежедневного смещения времени прилива и отлива могли быть увязаны друг с другом лишь при условии, что высадка будет предпринята 4, 6 или 7 июня. Кроме того, нельзя было начинать высадку на всех участках одновременно, так как прилив происходит везде в разные часы. Если же в эти три дня условия погоды оказались бы слишком неблагоприятными, то пришлось бы, даже отказавшись от выжидания светлой лунной ночи, необходимой для высадки воздушного десанта, отложить операцию на 14 дней, а с учетом требований воздушно-десантных дивизий — на целых четыре недели.

Пока операция проходила эти подготовительные стадии, перед стратегическими ВВС была поставлена задача еще больше ослабить способность немецких войск к обороне. Это осуществлялось как посредством методического разрушения предприятий по производству горючего, так и путем воздушного наступления, предпринятого за два месяца до начала вторжения. Цель воздушного наступления заключалась в том, чтобы дезорганизовать работу французского и бельгийского железнодорожного транспорта, разрушить мосты в Северной Франции и вывести из строя все аэродромы противника в радиусе 200 км вокруг намеченного района высадки. К началу вторжения все ведущие из Парижа железные дороги были парализованы, 13 железнодорожных и шоссейных мостов через Сену ниже Парижа и S через Луару ниже Орлеана разрушены. Тем самым район высадки был изолирован от остальной части Франции.

Для введения противника в заблуждение относительно намеченного района высадки железнодорожные линии севернее Сены вплоть до Антверпена систематически подвергались одинаково интенсивным ударам. Аналогичный маневр был предпринят и при проводившемся накануне высадки подавлении с воздуха немецких береговых укреплений.

Опасения, что удары авиации по французской железнодорожной и шоссейной сети могли привести к тяжелым жертвам среди французского мирного населения, что представлялось союзникам нежелательным хотя бы по соображениям человечности, — которую, впрочем, они не захотели проявить по отношению к немецкому гражданскому населению, — а главным же образом по весьма веским причинам политического характера, устранялись благодаря тому, что о предстоящих налетах союзники предварительно сообщали по радио, и французское население могло своевременно укрыться в безопасные места.

Располагая абсолютным превосходством в воздухе, союзники могли позволить себе столь необычный способ действий.

Много беспокойства западным державам доставляли приготовления немцев к применению нового секретного оружия. Союзники стремились разрушить воздушными налетами все районы, в которых, по их данным, можно было предположить наличие сооружений по производству и применению такого оружия. Но и после этого они не избавились от опасения, что применение нового оружия незадолго перед началом вторжения приведет к серьезному замешательству и потерям среди союзных войск в насыщенных ими южноанглийских портах и пунктах сосредоточения.

К началу вторжения в распоряжении союзников имелось 5049истребителей, 1467тяжелых бомбардировщиков, 1645 средних и легких бомбардировщиков, включая самолеты-торпедоносцы, 2316 транспортных самолетов и 2591 планер. В то же время на французских аэродромах было сосредоточено лишь 500 немецких самолетов, из которых всего 90 бомбардировщиков и 70 истребителей находились в полной боевой готовности.

Предстоящее весною 1944 г. вторжение скрыть было невозможно. Тем больше усилий прилагалось к тому, чтобы сохранить в тайне время и место высадки и ввести немцев в заблуждение относительно района вторжения. Стремление союзников скрыть свои действия зашло так далеко, что аккредитованные в Лондоне дипломатические представители даже не могли посылать курьеров в свои страны, а в прибрежные районы, где находились готовые к вторжению войска, был закрыт доступ для гражданского населения. В самой армии вторжения ввели почтовую цензуру и все дивизии перед погрузкой находились в обнесенных колючей проволокой пунктах сосредоточения.

С целью обмана противника распространялись ложные сведения, а в юго-восточных портах Англии было сосредоточено огромное количество транспортных судов и даже макетов судов. Части, погрузка которых на суда должна была происходить позже, по возможности демонстративно перебрасывались в район Фолкстона и Дувра. Два последних мероприятия не были отменены даже после того, как была осуществлена высадка в Нормандии, и, безусловно, в немалой степени способствовали тому, что немецкое командование еще в течение длительного времени после начала сражения в Нормандии опасалось другой высадки в районе пролива. Наконец, дезинформации противника содействовало также изготовление большого числа чучел парашютистов, которые были сброшены в ночь накануне вторжения над не атакуемыми районами.

12 портов, откуда должна была осуществляться переброска войск вторжения через пролив, дабы разгрузить район Дувра, были намечены на южном побережье от устья Темзы до района Плимута.

Такая, с немецкой точки зрения поистине невероятно тщательная подготовка операции, ее масштабы и обеспечение объяснялись в значительной мере уровнем боевой выучки предназначавшихся для вторжения войск. Наряду с несколькими обладавшими боевым опытом дивизиями, например 7-й английской бронетанковой дивизией, участвовавшей в североафриканской и итальянской кампаниях, армию вторжения составляли главным образом новые формирования, которым предстояло теперь столкнуться с закаленными немецкими дивизиями. ТСцательное обучение, тренировка по высадке десантов, неустанное инспектирование вышестоящими командирами, тактические занятия по карте, прикомандирование ко вновь созданным подразделениям персонала опытных инструкторов — все это, пожалуй, способно было повысить уровень подготовленности новых формирований. Однако, несмотря на все превосходство в технике, еще нельзя было сказать, как они будут вести себя в бою.