Читать онлайн «Русь - Арийская колыбель. От Волги до Трои и Святой Земли». Страница 59

Греческие, или эллинские, племена начали прибывать в бассейн Эгейского моря лишь в начале II тыс. до н. э. Это были пастушеские племена, пришедшие с севера. Завоеватели освоили многие достижения местной цивилизации, которую строили, напомним, арии и праславяне. Значительную их часть пришедшие греки либо подчинили себе, либо ассимилировали, позаимствовав у них искусство земледелия, ремесла, а также различные верования и религиозные культы. Арийские и праславянские племена вынуждены были мигрировать с обжитых территорий сначала на Крит, а позднее (середина XV в. до н. э.) и далее на восток, на побережье Малой Азии.

Арийские и праславянские божества, а также связанные с ними мифы и обряды модифицировались на греческой почве. Частично это происходило из–за естественных языковых трудностей и невозможности понять суть древнейших преданий и ритуалов, а отчасти и в связи с тем, что местные эгейские культы Великой Богини приходилось приспосабливать к верованиям завоевателей–греков, поклонявшихся воинственным мужским божествам. Процесс слияния, сращивания разнородных культов и представлений, по сути дела, никогда на протяжении всей древней истории Греции не был доведен до конца. Но в этом одна из причин богатства и красочности эллинских мифов, отразивших два слившихся воедино мира.

Одновременно происходило также дробление могущественных догреческих божеств природы на несколько фигур, выступавших под разными именами: Персефона, Ариадна, Елена и др. А поскольку со временем порвалась связующая нить и исчезла память о том, что, по существу, речь идет об одном божестве, дальнейшие их судьбы в различных культах и мифах оказались весьма несхожими. Персефона — владычица мертвых и богиня произрастания злаков и плодородия — никогда не переставала почитаться как богиня; дочь критского царя Ариадна была смертной женщиной, однако, согласно мифам, оставленная Тезеем, она стала жрицей и супругой Диониса. На острове Наксос существовал культ Ариадны, а в Афинах ее почитали как супругу Диониса. Елена же даже в «Илиаде», где она выступает как смертная женщина, всегда именуется дочерью Зевса.

Сейчас будет кстати вспомнить о Стесихоре, посвятившем Елене свою поэму «Палинодия» («Покаянное стихотворение»), где он оправдывает Елену, снимая с нее упреки, содержавшиеся в предыдущей его поэме. По одной из легенд, раскаяние поэта было вызвано карой, которую навлекла на него оскорбленная красавица. Однако истинная причина создания «Палинодии» более прозаична. Жестокие слова Стесихора о Елене вызвали негодование спартанцев. Культ Елены в этой стране в то время, то есть около 600 г. до н. э., был чрезвычайно широко распространен. Именно к этому времени относятся многочисленные фигурки, обнаруженные в Ферапне. По сообщению Геродота, полстолетия спустя в святилище Елены приносили маленьких девочек с просьбами наделить их красотой. Таким образом, Елена считалась у спартанцев почти святой.

Гомеру только потому прощали недостаток уважения к прекрасной Елене, что, по его мысли, она была лишь орудием богов и ужасная война из–за нее велась по воле Зевса. Но оправдывать поэта, который в своем сочинении шутки ради представил богиню в недостойном виде, спартанцы не могли. Стесихор жил на Сицилии, а сицилийские города испокон веков поддерживали тесные контакты со Спартой. Видимо, спартанцы нашли способ заставить поэта изменить свою точку зрения на красавицу богиню, которой было построено святилище в Ферапне.

Имя Елена — негреческого происхождения. Как же оно попало в Грецию? Филологи по этому поводу хранят молчание, поэтому придется нам провести собственное расследование. Древнерусский вариант этого имени — Алена или Олена. Но по–другому, это название самки оленя — оленихи. Это очень древнее имя, его мужской вариант — Олен, по свидетельству Геродота, носил знаменитый ликийский жрец Аполлона. Павсаний, следуя более древней традиции, называет его гиперборейцем. Нас такое мнение, разумеется, ни в коей степени не может удивить, поскольку ранее мы уже неоднократно подчеркивали, что ликийцы пришли в Средиземноморье с Русской равнины.

Академик Б. А. Рыбаков в своей книге «Язычество древних славян» собрал и обобщил результаты исследований, касающихся культа оленя у праславян и их соседей. Русский фольклор также сохранил предания о священных оленях (ланях, лосях). Олениха была одним из древнейших образов Великой Богини, прародительницы мира, небесной покровительницей охотничьих племен времен неолита. Культ оленей и лосей существовал и в Европе, и в Сибири, и на Кавказе. Мы, со своей стороны, особо отметим его распространенность в трипольской культуре. В частности, обнаружено большое количество мисок–чар с изображенными на внутренней поверхности стилизованными фигурами двух оленей. У оленей нарисованы ветвистые рога, передние ноги, а их туловища обозначены широкой полосой, как обычно трипольские художники обозначали дождевые полосы.

Такие чары предназначались для «волхвования водою», различных аграрно–магических действий с «живою водою». Они были непременным атрибутом жриц Великой Богини. Некое ритуальное действие совершает и Елена при встрече с Телемахом и его спутниками:

Вот какие дивные, благотворные травы были у Елены! И кто после этого станет отрицать, что Елена была ворожеей?

Культ Великой Богини Олены — Елены пришел в Элладу с севера. Его принесли сюда арии, изначально проживавшие на Русской равнине. Вначале они мигрировали в Причерноморье, где создали Трипольскую археологическую культуру, а уж потом добрались и до Греции. Троянцы, бывшие потомками этих ариев, по читали Елену как свою древнейшую богиню, поэтому история похищения Парисом этой божественной женщины должна рассматриваться в более широком смысле. Это не просто умыкание чужой жены, это попытка вернуть свои святыни!

Так нам открывается мистическая подоплека Троянской войны. И греки, и троянцы почитают Великую Богиню в образе Прекрасной Елены. Но кому отдаст свои пристрастия Богиня? Поначалу ее симпатии на стороне троянцев. Боги Олимпа отправляются к эфиопам на праздник Великой Богини в тот момент, когда ахейцы погребают умерших от губительной язвы, насланной на них Аполлоном. Эфиопы, где бы они тогда ни проживали, — союзники троянцев, и можно не сомневаться, что вместе с богами и эфиопами все двенадцать дней пировали и осажденные в Трое. Мы также не ошибемся, если скажем, что роль Великой Богини на том празднике играла Афродита — богиня любви и плодородия. Именно она внушила Елене любовь к Парису и оберегала их союз.

Но сама Елена все более и более тяготится своим положением и ролью, которая ей отведена. Теперь, в Трое, она приходит к осознанию своего греха. Кающаяся, живет она у своего нового мужа, ненавидимая всем царским домом, которому она принесла войну, как приданое. Только сам Приам всегда к ней «ласков, как отец», по ее собственному признанию, да герой Гектор, ее деверь, слишком велик и благороден, чтобы еще более унижать и без того убитую стыдом и горем женщину. На доброе слово Приама она отвечает горькими словами самоуничижения:

И это самоуничижение не оставляет ее при всех ответах, которые она дает троянскому царю, желающему узнать от нее имена ахейских вождей. Вот Агамемнон: «он был мне бесстыжей некогда деверем», грустно заканчивает она свое объяснение. Вот Одиссей, вот Аякс, а там дальше — критянин Идоменей. Но где же ее братья, божественные Диоскуры, Кастор и Полидевк?

Елена погружается мечтами в свою прежнюю жизнь, в тот мир, который она оставила. А представитель и символ этого мира — ее супруг Менелай — явился под стены Трои, чтобы с оружием в руках вырвать ее у похитителя. Он побеждает в поединке, только вмешательство Афродиты спасает Париса от смерти. Елена считает, что Александр лишился теперь на нее всяческих прав, и дерзко заявляет Афродите: