Читать онлайн «Планируемая история (Сборник)». Страница 117

Когда возникает проблема молодежи в этом смысле, то это означает, что в обществе возникла из ряда вон выходящая социальная проблема, которая специфическим образом проявляется в положении и поведении молодежи. Например, в 60-е годы в западных странах возникли проблемы, которые обнаружили себя и оставили след в истории именно как проблема молодежи. Сейчас в нашей стране сложилась ситуация, породившая проблемы, проявляющиеся как проблема молодежи именно в этом смысле.

Особенность проблемы молодежи, как она встала в сегодняшней России, определяется тем, что в нашей стране произошел социальный перелом в самом фундаменте общества, в его социальной организации, во всем образе жизни, в системе ценностей, в видах на будущее. Последствия этого перелома во всю мощь стали ощущаться и отчетливо осознаваться массами населения теперь, когда к активной социальной жизни стало созревать новое, постсоветское поколение. Этому поколению предстоит считаться с результатами антикоммунистического переворота горбачевско-ельцинских лет как с данной реальностью их бытия, предстоит расплачиваться за деяния своих предшественников, жить в условиях социальной катастрофы, как-то вытаскивать страну из этого состояния, отстаивать страну от сил разрушения и колонизации, строить не только свое будущее, но и основы жизни будущих поколений.

Понятие «будущее» тоже неоднозначно. Оно употребляется как обозначение физически будущего времени, в которое будет что-то происходить в мире, включая Россию. В другом смысле понятие «будущее» является социологическим понятием. При этом предполагается конкретный социальный субъект и строятся прогнозы о том, что будет происходить именно с ним в обозримом будущем в первом (в физическом) смысле. Именно в этом смысле я употребляю понятие будущего, говоря о будущем России в связи с проблемой молодежи.

Судьба российской молодежи начавшегося постсоветского периода российской истории уже предопределена на обозримое будущее. Она предопределена антикоммунистическим переворотом, западнизацией страны и ее включением в зону действия глобального западнистского сверхобщества – глобализацией. Сегодняшняя российская молодежь вступает в свою эпоху (в эпоху, в которую она будет играть решающую роль) в условиях всесторонней разрухи, идейного и психологического хаоса, отсутствия уверенности в будущем, распада системы ценностей, угрозы закабаления и дезинтеграции страны, вырождения русского народа. Это реальность, на которую уже невозможно закрывать глаза.

Состояние и будущее российской молодежи решающим образом зависит от той социальной организации взрослых, которая уже сложилась в основных чертах. Сейчас эта организация вступила в стадию нормализации и легитимации. Молодым людям предстоит не ломать ее, что практически невозможно в современных условиях, а укреплять, использовать в своих личных интересах и принимать активное участие в деятельности в интересах улучшения уровня жизни масс российского населения и в борьбе за суверенитет нашей страны. Есть универсальные социальные законы социальной жизни, которые имеют силу и для российской молодежи и с которыми молодежь вынуждена считаться, нравится это кому-то или нет. Складывается, например, новая социальная структура населения (классы, слои, категории, профессиональные различия и т. д.), качественно отличная от той, какая имела место в советский период. Складываются новая система ценностей, новая система воспитания и профессионального образования, новые критерии оплаты труда и достижения жизненного успеха. Процесс западнизации и глобализации страны идет весьма интенсивно. Остановить его уже невозможно. Включение молодежи в активную социальную жизнь не может, естественно, обойтись без трудностей, драм, конфликтов. Российская молодежь должна осознать, что наступающий век будет не веком праздников и приятных развлечений, а веком ожесточенной борьбы одних – за выживание, других – за господство над первыми, одних – за национальные интересы России, других – за врастание в западный мир за счет деградации русского народа.

Я принадлежу к довоенному поколению – к поколению, которое выросло и стало вступать во взрослую жизнь в 30-е годы. Наша судьба была нелегкой, в значительной мере – трагичной. Во многом положение нынешней российской молодежи сходно с нашим. Но нам было проще и легче в идейном и психологическом отношении. У нас была идейная ясность, были открыты широчайшие возможности жизненного успеха, была уверенность в будущем. Мы вступали в жизнь в условиях восходящей линии социальной эволюции нашей страны, в условиях беспрецедентного исторического подъема. Трудности, жертвы, потери были колоссальными. Но мы их воспринимали как преходящие и как оправданные историческими обстоятельствами и грядущим будущим. Нынешняя, постсоветская молодежь вступает в свою эпоху в условиях, в значительной мере противоположных тем, какие определили судьбы представителей моего поколения, а именно в условиях исторического поражения русского коммунизма, нисходящей линии социальной эволюции, деградации русского народа. Принимать или отвергать этот результат антикоммунистического переворота горбачевско-ельцинских лет, приспосабливаться к нему или восставать против него – с такими проблемами эпохального значения придется так или иначе взрослеть и жить нынешней российской молодежи.

Я сочувствую нынешним молодым людям России. Признаюсь, мне стыдно перед ними за то, что старшие поколения допустили то катастрофическое состояние, в котором оказалась наша страна в последние пятнадцать лет. Мне стыдно за то, что мы не сумели уберечь страну от этой катастрофы, что мы способствовали этой катастрофе, что не построили то светлое будущее, какое обещали. Постсоветская молодежь имеет моральное право отнестись с презрением к своим предшественникам, которые не оставляют своим наследникам ни ясных целей, ни прочной системы ценностей, ни воодушевляющих прогнозов на будущее, ни практически перспективных планов. Порвалась связь поколений. Постсоветской молодежи предстоит заново осваивать свой мир, предстоит выстрадать свое будущее. Я сожалею о том, что мое поколение уже не может принять участие в этом сражении молодежи за будущее, чтобы хотя бы в какой-то мере искупить свою вину перед нею.

С первых же дней 2000 года начался период постсоветской истории, который, очевидно, будет назван по имени нового президента России путинским. Это будет сделано не только потому, что именно Путин сменил Ельцина на этом посту, но и потому, что новый президент уже наложил на жизнь страны печать своей личности, и похоже на то, что это влияние будет усиливаться.

В прошедший первый год этого периода на первый план в жизни страны вышли проблемы организации и самоутверждения самой системы власти. Это произошло не в силу чисто субъективных качеств и амбиций президента, а в силу конкретных условий, какие сложились в России к концу ельцинского правления, и закономерных потребностей формирования социальной организации человеческих объединений такого типа и масштаба, к числу которых относится Россия. Чтобы обосновать это мое утверждение, я должен прибегнуть к пояснениям теоретического характера хотя бы в самой минимальной и упрощенной форме. Читателя, заинтересованного в более основательном ознакомлении с моими теоретическими идеями, отсылаю к моим опубликованным ранее работам, в их числе – к книге «На пути к сверхобществу» («Центрполиграф», 2000).

Проявить какое-то внимание к теоретическим соображениям небесполезно в сложившейся для России ситуации хотя бы уже потому, что почти стопроцентное отсутствие научного понимания реального коммунизма, реального западнизма и общих закономерностей социальных явлений в головах советских и затем российских реформаторов стало одним из важнейших факторов происшедшего в горбачевско-ельцинские годы исторического краха Советского Союза и России. Правда, такого понимания не было и нет и у западных манипуляторов российскими реформаторами. Но им такое понимание и не требовалось. Им вполне достаточно было руководствоваться принципами, подобными тем, какими руководствуются профессиональные охотники, убивающие животных, не имеющие при этом представления о высших достижениях биологической науки. Научное понимание социальных явлений (и прежде всего реального коммунизма и западнизма) могло быть полезным руководителям нашей страны, поскольку она находилась в положении убиваемого западными охотниками существа.

Сколько лет советским людям вбивали в голову мысль, будто экономика есть базис общества, а государственная власть (государство), право, идеология суть надстройка над этим базисом. И так основательно вбили, что до сих пор как правители и идеологи, так и рядовые обыватели убеждены в том, будто экономика есть основа основ общества. Хотя марксизм выбросили на свалку истории, догму об экономике как о базисе общества в посткоммунистической России в головы россиян вдалбливают с удесятеренным остервенением. Экономика, экономика, экономика… – слышишь и читаешь во всех СМИ призывы с неослабевающей настырностью изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год. А западные наставники, все как один заядлые антимарксисты, усердствуют еще свирепее. Экономика, экономика, экономика!.. Логика убежденности при этом до сих пор остается той же, какой она была у корифеев эпохальной социальной мысли полтора столетия назад: чтобы общество могло существовать, нужны пища, одежда, жилища. А ведь для жизни людей не менее необходимы вода, воздух, секс и т. п. Так почему бы это все не объявить базисом общества?! И никто не удосужился исследовать как следует с научной точки зрения хотя бы один исторически значительный факт, якобы подтверждающий учение о базисной роли экономики.