Читать онлайн «Планируемая история (Сборник)». Страница 102

Сказанное выше касается только самоорганизации власти. Но это имеет место не изолированно, а в связи с прочими компонентами социальной организации, и прежде всего в связи с экономической и идейной сферами. Тут действует другой объективный социальный закон – закон взаимного соответствия различных компонентов социальной организации. Не говоря уж о том, что в рамках самой системы власти имеет место несоответствие тенденций советизации и западнизации (демократизации), делающее систему в целом неэффективной, такое несоответствие имеет место также между системой власти и другими сферами социальной организации. При попытке осуществить контроль над экономической и идейной сферами новая власть немедленно ощутила это.

Усиление тенденции к советизации не означает ослабления западнизации. Наоборот, последняя усиливается и будет усиливаться. Не противоречит ли это сказанному выше? Если рассматривать западные страны в привычных понятиях, выработанных применительно к эпохе обществ, противоречие несомненно. Но западный мир уже вступил в эпоху сверхобществ. И в западнистской социальной организации уже сложилась сверхвласть, важнейшим компонентом которой является механизм денежного тоталитаризма. Российский гибрид советизма и западнизма формируется в сфере власти как гибрид на уровне сверхвласти, необходимой частью которой является денежный механизм. В России он пока принимает уродливые формы (как и механизм власти политической!), воспринимаемые как уклонение от неких норм. Но это состояние преходяще. Россиянам придется примириться и с этим «благом» постсоветской эпохи, как они уже примирились с президентской властью.

Нечто подобное происходит и в других сферах России – в идеологии, образовании, культуре и т. д. Российский постсоветский социальный гибрид формируется как сверхобщество в рамках западнизма, но с неистребимым наследием советизма. Это и есть тот особый, третий путь, по которому пошла Россия после антикоммунистической контрреволюции 1991–1993 годов и с которого она вряд ли свернет в обозримом будущем. Историческая роль, которую в силу необходимости придется сыграть Путину, заключается, по всей вероятности, в том, чтобы закрепить результаты горбачевско-ельцинской контрреволюции и несколько нормализовать условия жизни российского населения в этих рамках. В какой мере это удастся на деле, пока судить трудно. Несомненно одно: в России сейчас просто нет сил для того, чтобы выйти за эти рамки решительно и открыто, с вызовом по отношению к Западу.

Хотя социальная организация постсоветской России и представляет собой социальный гибрид, на скорую руку сконструированный российскими реформаторами, он не является неким переходным состоянием к какому-то нормальному, достойному уважения образцу. К какому? Условия в современном мире таковы, что мыслимы только два исторически перспективных и социально нормальных (полноценных) образца – коммунистический и западнистский. Реставрация коммунистической социальной организации в России исключена на 100 процентов. Для этого нет необходимых условий. Возникнув при уникальном стечении обстоятельств, она могла существовать столетия. Но она разрушена. Вернуть Россию в состояние, при котором было бы возможно ее возрождение, не удастся уже никогда. Качественно изменились социальная структура населения страны и его идейное состояние. Отброшена и дискредитирована коммунистическая идеология. Она стала неадекватной современным условиям в мире. Эти условия таковы, что всякая серьезная попытка реставрации коммунизма будет немедленно пресечена военными силами глобального западнистского сверхобщества.

Для реставрации коммунизма необходимы и неизбежны жертвы. А о тех жертвах, какие пришлось пережить российскому населению при исполнении исторической миссии не столь давнего прошлого, помнят до сих пор. Маловероятно, что россияне вновь окажутся способными на нечто подобное ради сомнительного светлого будущего. В великой истории ничто не дается даром, без жертв, без усилий. За все надо как-то расплачиваться. Если придется выбирать – великое и светлое будущее ценой неимоверных усилий ряда поколений, в которое теперь мало кто верит, или жизнь в уже сложившихся формах без таковых усилий, – россияне скорее всего предпочтут последнее.

Я всегда считал и считаю, что советский (коммунистический) период истории России был вершиной ее социальных и глобальных достижений. Тем не менее я убежден, что в современных условиях в России и на планете выбраться из нынешнего катастрофического состояния путем реставрации советского коммунизма невозможно. И с этой реальностью надо считаться. Но если бы даже была какая-то возможность реставрировать коммунизм, это вряд ли позволило бы преодолеть то состояние России, в котором мы находимся. Если у России сейчас и есть какой-то шанс выкарабкаться из этого катастрофического состояния, то это возможно не на пути возвращения назад, к коммунизму, а на пути движения вперед – на пути западнизации.

Но западнизацию можно понимать и внедрять по-разному. Есть западнизация и западнизация. Есть поверхностное копирование западной социальной организации в том виде, как ее изображают в идеологии и пропаганде («капитализм», «демократия», «свободный рынок», «плюрализм» и т. п.). И есть развитие страны в том направлении, в каком на самом деле эволюционирует современный (после Второй мировой войны) западный мир. Реальный социальный строй западного мира отличается от того, как он изображается в идеологии и пропаганде на Западе (да и в России), не меньше, чем реальный советский строй (реальный коммунизм) – от коммунизма идеологического. Если всерьез начать действовать в интересах подъема России во всех аспектах ее социальной организации, то кто бы ни взялся за это (коммунисты или антикоммунисты, западнисты или антизападнисты), они будут вынуждены поступать так, что одни будут обвинять их в стремлении реставрировать коммунизм, а другие – в стремлении насаждать западнизм. И не без оснований. Но не в силу каких-то идеологических пристрастий, а в силу объективных социальных законов организации власти, экономики и других сфер общества. Эти законы универсальны. Например, попытки Президента В.В. Путина установить вертикальную структуру государственной администрации не есть реставрация советизма, в чем его обвиняют. Это общий закон организации власти, имеющий силу не только для коммунистических, но и для западных стран.

Я убежден в том, что выработка идеологии возрождения России на основе новой научной теории, о которой я говорил, есть столь же необходимое условие исторического выживания России как великой державы, как и создание сильной и дееспособной системы власти и современного прогрессивного бизнеса, ориентирующегося на национальные интересы России и на высшие достижения западной культуры бизнеса.

Свойства человеческого объединения, его социальная организация, образ жизни входящих в него людей и его историческая эволюция определяются множеством факторов. Их можно разделить на субъективные и объективные. К числу субъективных факторов я отношу интеллектуальное, психологическое, моральное, культурное и идеологическое состояние членов объединения и объединения в целом, то есть все то, что образует менталитетный аспект (аспект сознания) человеческого объединения и его членов. К числу объективных факторов я отношу прочие факторы, которые возникают, существуют и действуют независимо от того, какими конкретными чертами обладают факторы субъективные, и независимо от того, осознаются они членами объединения или нет, считаются с ними члены объединения в своей деятельности или нет. Это, например, природные условия страны, положение в окружающем мире, социальные законы.

Объективные и субъективные факторы действуют совместно, так что обычно трудно установить, какие из них и в какой мере повинны в тех или иных явлениях жизни. Например, можно создать управляющий орган объединения в строгом соответствии с объективными условиями страны и с объективными законами социальной организации системы власти и управления. Но если его укомплектовать некомпетентными специалистами, дураками и жуликами, то он будет работать плохо. И разобраться, кто тут виноват, не так-то просто, поскольку «судьи» сами подвержены действию субъективных факторов. История нашей страны необычайно богата негативным опытом, когда на социальную систему сваливали то, в чем повинны были качества занятых в ней людей, и, наоборот, на людей сваливали дефекты социальной системы.

Нет надобности доказывать, что субъективные факторы играют огромную роль в образовании, жизни и эволюции человеческих объединений (скажем, человейников). В современных человейниках большое число людей профессионально имеют дело с этими факторами, то есть занимаются формированием менталитета членов человейника, воспитанием, образованием, развлечением, снабжением «пищей» для сознания, управлением путем воздействия на сознание и т. д. Эти люди специально готовятся для исполнения своих функций, живут за их счет, как-то организуются, короче говоря, образуют особую зоосферу человейника – менталитетную. Эта сфера наряду со сферами власти, управления, права и экономики является одной из важнейших частей социальной организации человейников.