Читать онлайн «Сравнительное богословие. Книга 5». Страница 103

363

Силлогизм (от греческого syllogismos), рассуждение, в котором две посылки, связывающие субъекты (подлежащие) и предикаты (сказуемые), объединены общим (средним) термином, обеспечивающим «замыкание» понятий (терминов) в заключении силлогизма. Правила силлогизма рассматриваются в силлогистике.

Силлогистика (от греческого syllogistikos — выводящий умозаключение), исторически первое, созданное Аристотелем учение о логической дедукции, в котором рассматриваются рассуждения в форме силлогизмов.

Та же самая «силлогическая фигура» (алгоритмическая выкладка), что и в библейском христианстве: «если станешь членом Церкви Христовой — то скорее всего попадёшь в рай и обретёшь бессмертие в той жизни».

Что возвращает нас к основному церковному тезису об искуплении Христом грехов людей смертью. Эхо библейской доктрины искупления (которая поддерживает покорность и безволие паствы) преобразилось в советское время в доктрину подражания героям, которая также поддерживает безволие и покорность в рамках, установленных хозяевами доктрины — поскольку отступление от «героических» принципов считалось «злом» и каралось как с иерархии государственного аппарата, так и в духовно-нравственной системе ценностей.

Надо отдать должное советскому периоду: если «христианская» концепция была предназначена для воспитания покорной церкви и властям паствы, то советская идеология помимо покорности системе учила активному наступлению на позиции «врага» — «врагом» был лагерь капиталистов, а СССР был выбран плацдармом распространения псевдосоциализма на весь мир. Это ближе даже не «христианству», а зороастризму, поскольку зороастрийское отношение к миру вообще, не было ни материалистическим, ни духовно аскетическим, пассивным.

Но «социалистический» долг «подражания героям» — всего лишь разновидность общей библейской доктрины покорности хозяевам глобальной невольничьей иерархии, о чём и пишет автор статьи:

«Героизм обеспечивал императив общественного служения: участнику мемориального ритуала под барабанный бой — вменялось навечно чувство вины: умерший здесь умер не просто так, он умер за тебя и ты перед ним в долгу».

То же самое чувство вины (перед церковью) и в «христианстве»: «Христос умер за всех нас: мы должны следовать учению Христа (то есть — церкви), чтобы отдать долг будущему воздаянию…».

Приведённый ниже пример рассказа «сверстницы» показывает, что подражание было подобно «зомбированию»: от такой доктрины «справедливости» самосознание и нравственность людей не становились объективно лучше, поскольку искусственные духовные стимулы (имитации справедливости) в конечном итоге никогда не могли заменить тягу к естественной религиозной потребности, заложенной Свыше в каждого человека.

«Все эти истории — про ужасные смерти — имели то значение, что, вот, человек воплотил идею отдать жизнь за идеал, за родину. Ты должен сделать что-то во имя высокой цели. Ну надо… Школе надо собрать триста киллограм макулатуры. Когда мы выезжали на поля… Сплошное поле пырея и мокрицы, увидеть там турнепс невозможно. У меня было громадное возмущение некими отщепенцами от правого дела, которые брали и выдирали все, а потом какую-то травку из выдранной сажали и не важно — корешками вниз или корешками вверх. Как в той притче — главное — послушание».

Ещё раз напомним, что мистерия смерти Христа, которому потом поклонялись не одно столетие, была религиозным актом, чему соответствует светский акт преклонения перед мёртвыми «героями» — это один и тот же стимул духовный для толпы, работающий на корпорацию покорителей, кульминацией которого является обещание «бессмертия» (либо сопричастности «бессмертию»).

Абзац выделен нами форматированием.

Что касается веры «в Христа», то последние опросы ВЦИОМа получились такими, что сочувствуют православию уже свыше 70 % «россиян».

Так, например, существует культ любимого автомобиля, либо любимого телефона, либо любимого хобби… которым уделяется большая часть свободного от работы времени (если таковое имеется).

К этому надо добавить массированную кампанию по пропаганде алкоголя, табака, и других средств геноцида населения. Употребление психотропов, как мы уже знаем, приводит к ликвидации остатков совести, через которую с человеком разговаривает Бог.

Множество каналов современного телевидения и растущие возможности Интернета позволяют удовлетворять нечеловечное множество интересов почти любого толпаря. Известно, что понятие политика — с греческого означает множество интересов. Так и вершится современная политика, или «религия» масс.

Об этой иллюзии свободы пишет В.Б.Авдеев. Развенчивая «христианский» миф, он предлагает вернуться к «арийскому» пантеону: якобы пантеоном богов труднее управлять из чужого центра, а свои боги лучше. Поэтому децентрализация культов — благо, тем более, что такая децентрализация якобы соответствует нашему прошлому.

Вот с Интернетом у них дела обстоят хуже: он не контролируем цензурой.

Доказательством тому служит хотя бы то, что информацию, которая даётся в настоящем Учебном пособии вы не услышите в СМИ: она под негласным запретом, поскольку опасна для незыблемости толпо-«элитарного» порядка.

На примитивном уровне у молодёжи это можно увидеть на примере экстатической встречи «звёзд» популярной эстрады: эти «звёзды» как боги или кумиры для тех, кто живёт созданными СМИ культами.

А особо непокоряющиеся нации подлежат просто физическому уничтожению через «естесвтенное» вымирание.

Но не всего общества.

Этому есть своё правильное объяснение: чего трудиться на «элиту» (а не на Родину). Молодёжь чувствует несправедливость — плоды труда всё равно будут присвоены верхушкой власти. Такая же проблема обнажилась и в послесталинском СССР.

Когда снизившаяся до критического минимума численность населения уже не сможет в будущем обеспечить возврат к демографическому обеспечению безопасности цивилизации.

«Социалистическая» доктрина «справедливости» пока в загашнике но не снята с политической повестки будущего.

Это вполне по-западному и очень либерально. Представьте себе, что в Россию опять вернулось бы нечто вроде «социализма» по-брежневски. Сколько было бы визгу из разных международных институтов, поддерживающих идеи якобы гуманизма и борющихся с тоталитарными режимами.

Пока «россияне» не до конца изжили из своей психики оба вида атеизма (идеалистический и материалистический) пришлось выбирать первый вид, чтобы спрятаться за «железным занавесом» церковного гуманизма по библейски: какие могут быть претензии к православной России со стороны «христианского» Запада? Но как только русские смогут понять, что все существующие религиозные системы дают лишь иллюзию свободы и справедливости — они освободят себя от необходимости прятаться за очередным «железным занавесом» от Запада: будь то агрессивный марксизм, либо «нищее духом» православие. Лишь тогда Россия станет самостоятельной и сможет передавать свой религиозный опыт другим цивилизациям. Пока же мы слабы, чтобы проводить свою политику и приходится заигрывать с Западом, показывая свою «закованность» в православную веру.

Как заметил В.О.Ключевский «Тело худеет — паразиты волнуются». Это очень актуально и в наше время.

В царские времена она поддерживала церковь потому, что библейская концепция не способствует укреплению самостоятельности государства. И большая часть интеллигенции стала бороться с режимом царя, поскольку русский царь проводил политику самодержавия (в разной мере), которая «утесняла права интеллигенции и не давала её творчески либерально мыслить» — то есть, творить культурную вседозволенность.