Читать онлайн «Трагедия 1941 года». Страница 109

В приказе давался краткий и довольно мрачный анализ сложившейся обстановки и делалась ссылка на требование выходить из окружения во что бы то ни стало. Войскам приказывалось сжечь автомашины, взорвать материальную часть артиллерии и оставшиеся неизрасходованными снаряды, уничтожить материальные запасы и каждой дивизии выходить из окружения самостоятельно.

В тот день я был оперативным дежурным и приказ, размноженный в нескольких экземплярах для 19-й армии, попал ко мне для рассылки в дивизии. Передавая его мне, полковник А. Г. Маслов был крайне расстроен: он, стараясь, не глядеть никому в глаза, молча передал документ, неопределенно махнул рукой и ушёл. Чувствовалось, что полковник не согласен с таким концом армии. Через некоторое время он сказал мне по секрету: „Из всех возможных решений выбрано самое худшее, и армия погибла, не будучи побежденной противником. Правильно говорится, что армия не может быть побежденной, пока ее командование не признает себя побеждённым преждевременно. В нашем случае командование признало себя побежденным преждевременно и распустило армию, предоставив ее непобежденным бойцам самим заботиться о своей участи“.

…Приказ был незамедлительно доставлен в дивизии нарочными офицерами. А когда его содержание довели до сведения личного состава, произошло то, что должно было произойти. Нельзя было не заметить, что задача понята своеобразно: спасайся кто как может. Офицеры штаба, проверявшие на местах, как доведен и понят приказ, наблюдали неприглядную картину, поправить которую уже возможности не было, да никто и не пытался что-либо изменить. Всякая связь штаба армии с дивизиями прекратилась, вступили в свои права неразбериха и самотек. К вечеру 12 октября командование и штаб армии сложили с себя обязанность управлять подчиненными войсками. Командиры дивизий поступили так же. Командиры многих частей и подразделений выстраивали подчиненных на лесных полянах, прощались с ними и распускали. На местах построения можно было видеть брошенные пулеметы, легкие минометы, противогазы и другое военное снаряжение. Солдаты и офицеры объединялись в группы раз личной численности и уходили большей частью в неизвестность. В некоторых соединениях личный состав с легким ручным оружием начал поход в составе частей и подразделений, но с течением времени, встретившись с трудностями, эти части подразделения также распадались на мелкие группы.

…Это невольно способствовало тому, что из 28 немецких дивизий, первоначально окруживших наши войска, к началу второй декады октября было оставлено здесь только 14 дивизий, а 14 дивизий смогли продолжить путь к Москве. Расчет нашего командования на то, что окруженные армии организованно прорвутся из окружения и будут использованы для непосредственной защиты столицы, Не оправдался. Эти войска вынуждены были оставить в окружении всю материальную часть, все тяжелое оружие и оставшиеся боеприпасы, и выходили из окружения лишь с легким ручным оружием, а то и без него. В итоге всего сказанного и многого не сказанного группировка из четырех армий, хотя и обескровленных армий, насчитывавшая сотни тысяч человек, с массой артиллерии, танков и других боевых средств, окружённая противником к 7 октября, уже 12 октября прекратила организованное сопротивление, не будучи разгромленной, и разошлась, кто куда. Она, следовательно, вела бои в окружении всего каких-то 5–6 дней. Это кажется невероятным, этому трудно поверить. И тем не менее это так… Войска нуждались прежде всего в квалифицированном, твердом и авторитетном руководстве, чего, по существу, не было».

Конец цитирования из книги Мухина[139].

Вновь обращаю внимание на то, что в данном случае Лукин уже заслуживал расстрела перед строем армии. Как за фактический отказ от попытки вырваться из окружения, за разложение воинской дисциплины и самовольный роспуск частей, так и за неисполнение приказа Ставки о руководстве прорывом из окружения четырьмя армиями, приказа № 270 от 16 августа 1941 г. и т. д. Мне лично очень трудно понять одну вещь — неужели среди всего командного состава не нашлось ни одного более или менее приличного человека, чтобы немедленно расстрелять Лукина и всю его камарилью как настоящих предателей и изменников Родины?! Куда глядели Особый отдел, военный прокурор, военный трибунал?! Ведь на кону-то стояли жизни вверенного им целого миллиона человек, и особенно судьба столицы!

Так вот и спрашивается, не эту ли подлинную, крайне неприглядную правду об истинном происхождении трагедии Вяземского «котла» имел в виду Лукин, изрядно осмелевший после убийства Сталина, который в эйфории победы и по причине инвалидности Лукина — в плену ему ампутировали ногу — просто сжалился над ним и не поставил к стенке?! Не из-за этого ли Лукин так лихо сваливал всю вину на Конева и Буденного?! Ведь самый лучший способ сокрыть свое предательство — свалить вину за трагедию на других! Никто не спорит, что и они были виноваты, но они были виноваты за дубовое руководство боевыми действиями. А вот за то, что произошло в окружении, — за это должен был ответить лично Лукин и только у расстрельной стенки. Ведь только под Вязьмой было угроблено 37 дивизий, 9 танковых бригад, 31 артиллерийский полк резерва Главнокомандования и полевые управления четырех армий! Немцы всего 28 дивизиями окружили 37 наших дивизий, 9 танковых бригад, 31 артиллерийский полк резерва Главнокомандования и полевые управления четырех армий! А через несколько дней тевтоны оставили всего 14 дивизий и наши 37 дивизий, 9 танковых бригад, 31 артиллерийский полк резерва Главнокомандования и полевые управления четырех армий безропотно, как бараны, сдались, не будучи побежденными! Более того. Кто-либо может вразумительно объяснить, а при чем тут Сталин и Ставка, если решение, выраженное в приказе Лукина, даже не было сообщено в Ставку, если на последние запросы Ставки Лукин вообще не находил нужным отвечать?!

Может быть, хватит с маниакальным фанатизмом все валить на Сталина и на Ставку?! Может быть, пора, наконец, хоть что-то спросить с наших «доблестных» генералов и маршалов военной поры?! Сколько же можно очернять Верховного Главнокомандующего, Ставку и Генштаб во главе с мудрейшим асом маршалом Шапошниковым, и выставлять их виновными по любому поводу, а чаще всего, и без повода?!

Миф возник давно. Раздут самим Жуковым. Правда, не без помощи советской пропаганды. В данном случае позволю себе путем прямого цитирования сослаться на мнение авторитетного исследователя Л. Н. Лопуховского, ибо под каждым нижецитируемым словом из его книги «Вяземская катастрофа 41-го года» (М., 2007) могу спокойно подписаться (правда, с некоторыми оговорками):

«Сторонники и проповедники культа (Жукова. — А.М.) преувеличивают заслуги Г. К. Жукова в подготовке и проведении операций и замалчивают грубейшие ошибки, оплаченные большой кровью… Г. К. Жуков, несомненно, внес большой вклад в организацию отпора врагу под Москвой, но называть его спасителем Москвы было бы большим преувеличением и принижением роли других достойных военачальников. Основные решения по созданию обороны на Можайской линии, о переброске к Москве соединений с других участков фронта и выдвижении резервов из глубины страны были приняты до назначения Жукова командующим воссозданным Западным фронтом. Генштаб внимательно отслеживал положение на подступах к Москве и немедленно реагировал на изменения в обстановке, направляя резервы на угрожаемые направления. А И. В. Сталин в это тяжелое время стал более внимательно прислушиваться к мнению военных»[140].

На мгновение прерву цитирование. И вот почему. Не в это тяжёлое время Сталин начал более внимательно прислушиваться к мнению военных. Он всегда прислушивался к их мнению, если только оно было дельным и по делу, или, по меньшей мере, выглядело так. Но за первые полгода войны генералы столько раз его обманывали, столько раз не выполняли директивы Ставки, до такой катастрофы довели оборону страны, что не только у Сталина, но и у самого Господа Бога иссякло бы терпение и доверие. За несколько страниц до только что процитированного отрывка Л. Лопуховский выдал на-гора такое резюме:

«Надо прямо сказать, что Сталин подмял под себя Генштаб, состав которого с началом войны был значительно ослаблен, не считался с ним при принятии важнейших решений»[141].

Ну и как это должно соотноситься с тем, что выше было процитировано?! Генштаб-то самое позднее с 10 июля работал в прямом подчинении Сталину! И если он, Генштаб, «внимательно отслеживал положение на подступах к Москве и немедленно реагировал на изменения в обстановке, направляя резервы на угрожаемые направления», то это означает, что именно Сталин занимал такую позицию! Именно он внимательно отслеживал положение на подступах к Москве, именно он немедленно реагировал на изменения в обстановке, именно он направлял резервы на угрожаемые направления! Разве не так?! Кто и какие резервы мог тронуть в те тревожные полтора с лишним месяца перед началом победоносного контрнаступления под Москвой?! Без разрешения Сталина в тот момент ни один танк с места не двигался, ни один самолет не поднимался в воздух, ни один батальон не передвигался! И если он крайне скудные в тот момент резервы направлял на наиболее угрожаемые направления, значит, именно он совместно с Генштабом внимательнейшим образом следил за развитием обстановки под Москвой и чутко прислушивался к мнению выдающегося аса генштабовской работы маршала Б. М. Шапошникова, который и возглавлял тогда Генштаб. Зачем же надо было ссылаться на конъюнктурные по содержанию мемуары Василевского, в которых он ретроспективно попрекал Сталина тем, что тот якобы не имел в первый период войны достаточной оперативно-стратегической подготовки?! Какое отношение это имеет к Сталину, если уважаемый коллега Л. Лопуховский собственной же рукой написал, что «основные решения по созданию обороны на Можайской линии, о переброске к Москве соединений с других участков фронта и выдвижении резервов из глубины страны были приняты до назначения Жукова командующим воссозданным Западным фронтом»?! Мог ли это сделать человек, который не имел, по словам A. M. Василевского, достаточной оперативно-стратегической подготовки?! Ну почему привычка «лягать» Сталина по любому поводу постоянно превалирует не столько над разумом, сколько над фактами?!