Читать онлайн «Путь к звездам. Из истории советской космонавтики». Страница 94

Техническая ракетная база создавалась в виде мощного войскового формирования, которое должно было осуществлять все оперативные задачи от приема ракетной техники и компонентов ракетного топлива из арсеналов, центральных баз и заводов-изготовителей, выполнения всех работ по испытанию оборудования пусковых установок, систем их жизнеобеспечения и охраны, приведения ракетного комплекса в боевую готовность, до отправки ракетной техники, снятой с боевого дежурства по выработке ресурса или модернизации ракетного комплекса.

Организационно-штатная структура технической ракетной базы, насчитывающей до одной тысячи человек личного состава, включала командование, штаб, основной и запасный командные пункты, технические группы – испытаний и регламентов, энергообеспечения, заправки, транспортировки и установки ракет, а также ремонтную мастерскую, отделение комплексного стенда, вспомогательные подразделения обеспечения и обслуживания.

Генерал Корнеев не ошибся в подполковнике Базанове. Сергей Сергеевич развернул кипучую деятельность по строительству технической позиции, хранилищ для специальной техники групп, складов для хранения компонентов ракетных топлив, производственных зданий для штаба, комплексного стенда, ремонтной мастерской, контрольно-измерительной лаборатории. Вскоре командир технической ракетной базы поставил вопрос перед главным инженером дивизии полковником Гурновым о строительстве учебной стартовой позиции, которая позволяла тренировать боевые расчеты по установке заправочного макета ракеты в шахту, по его заправке штатными компонентами ракетного топлива и их сливу, а также проводить необходимые регламентные работы.

Для организации оперативного устранения неисправностей на ракетах, пусковых установках, оборудовании командных пунктов, системах дистанционного управления и энергоснабжения и т. д. Базанов предложил организовать технический пункт управления. Ему оперативно подчинялись дежурные расчеты подразделений. Основной задачей расчета технического пункта управления являлось непрерывное отслеживание состояния ракетных пусковых установок и командных пунктов дивизионов.

Технический пункт управления оснащался необходимой аппаратурой связи, табло и планшетами отображения информации, справочными установками, набором эксплуатационных таблиц, технической документации и должностных инструкций. Это позволяло быстро и грамотно вырабатывать технические задания на устранение возникших ненормальностей или неисправностей ракетной техники и наземного оборудования в ходе комплексных занятий или очередных регламентных работ.

Когда Корнеев объявил подполковнику Алексееву о назначении майора Стурова командиром дивизиона отдельных стартов, его решение очень огорчило командира полка. Андрей Степанович так прямо и заявил командиру дивизии, что в личном плане, с точки зрения служебного роста, оно ничего не даст Стурову, а лучшее в соединении подразделение превратится в средненькое, каких много. Обнаружилась проблема с его заменой. Капитана Сильницкого Андрей Степанович не хотел назначать в командование дивизиона, считал, что тот не потянет сложную ношу. Но все же назначил Олега Игоревича исполняющим обязанности. Однако ни начальник штаба Щербак, ни замполит Тимохов не разделяли опасений командира. Оба заместителя считали, что лучшей кандидатуры, чем Сильницкий, на 1-й дивизион не подыскать…

Гибель генерала Корнеева командир полка Алексеев воспринял не только в качестве очевидной потери для всей дивизии, но и как большую личную утрату. Как-никак, но со времени появления в Прибалтике после Монинской академии он был всегда накрепко связан с Владимиром Егоровичем. Не всегда служебные отношения складывались гладко, но командир полка никогда не делал из осложнений трагедии и неизменно поддерживал командира 1-го дивизиона в его работе. Ко всему генерал Корнеев очень ценил преданность Андрея Степановича своей части.

Произошла нелепая катастрофа. Генерал Корнеев во второй половине дня 27 июня шестьдесят девятого выехал из штаба армии и намеревался до полуночи вернуться в Шауляй. Уже остались позади Рудня, Витебск и Полоцк. Но на подходе к Двинску, УАЗ Владимира Егоровича на скорости вылетел из-за поворота и, ударившись в заднее колесо груженного кирпичом самосвала, сорвался с высокого обрыва в кювет. Легковушка, совершив несколько беспорядочных кульбитов, в перевернутом положении придавила генерала Корнеева к земле. Когда подоспевшие спасатели вновь поставили УАЗ на колеса и вытащили из кузова командира дивизии, Владимир Егорович, потеряв много крови, был уже мертв.

В тот день после совещания у командующего армией Добыша генерал Корнеев встретился с главным инженером Любимовым. Опытнейшего армейского специалиста беспокоило состояние шахтных ракетных комплексов, нормативный срок эксплуатации которых быстро приближался к завершению. Требовалось принять решение на перспективу. Имелось два очевидных выхода – модернизировать действующее оборудование или заменить его новым. Генерал Любимов решил узнать мнение командира соединения по этому поводу:

– Вроде бы недавно мы начали ракетное дело, Владимир Егорович, а уже подходит срок окончания его эксплуатации. Думаю, ты понимаешь, что в условиях перехода на новое оружие такое затратное для страны дело не стоит торопить и форсировать.

– Но кто же позволит эксплуатировать боевые стартовые комплексы, Дмитрий Петрович, сверх их нормативных сроков? – справедливо возразил генерал-майор Корнеев.

– И я о том же, – подтвердил Любимов. – Не позволят. Поэтому наша служба предлагает продлить сроки эксплуатации комплексов путем проведения технических ревизий действующего оборудования.

– Что это значит, Дмитрий Петрович?

– Это значит, Владимир Егорович, что силами армейских инструкторских групп подполковников Лозовского и Партола по ракетам Р-12 и Р-14, при участии инженерных служб соединений, будет проведен тщательный осмотр оборудования комплексов. Годное к дальнейшей эксплуатации останется в работе, а то, которое вызовет сомнения в пригодности, придется заменить в ходе регламентных работ.

– Но такие осмотры следует провести в сжатые сроки, – заметил в ответ генерал Корнеев.

– Составлен график проведения технических осмотров до конца текущего года, Владимир Егорович.

– Такой срок подходит, Дмитрий Егорович, – у командира дивизии не осталось никаких возражений.

С тем генерал Корнеев и уехал из Смоленска…

Через полмесяца в командование 29-й ракетной дивизии вступил выпускник академии Генштаба полковник Кокин. В середине июля новый командир соединения приехал в полк Алексеева с инспекторской проверкой. Конечно, Леонид Ильич именовал свою первую встречу с Андреем Степановичем иначе, но, судя по составу сопровождающей его команды, она была именно такой.

Командира дивизии сопровождали все ближайшие заместители – главный инженер Гурнов, начальник штаба Торопов, начальник политотдела Логачев, начальник оперативного отдела Зайцев. Все они хорошо знали положение дел в передовой части. В первой половине дня Кокин побывал на всех полковых комплексах, а перед отъездом из Добеле встретился с офицерским составом штаба. Леонид Ильич коротко рассказал о себе, где служил и чего добился, выслушал и записал вопросы подчиненных. Сразу заявил, что изменение системы понедельных дежурств на стартовых комплексах пока не предвидится. Решение об обязательном проведении регламентов с целью продления сроков службы оборудования комплексов уже принято Главным штабом ракетных войск.

После встречи с офицерским составом полковник Кокин неожиданно спросил Андрея Степановича о его личных планах. Как уже после встречи заключил Алексеев, этот вопрос, возможно, обсуждался в штабе дивизии еще при Корнееве, оттого и возник вновь. Командир полка не стал скрывать, что полученный опыт службы в войсках считает вполне достаточным для того, чтобы поступить в академию Генштаба. Полковник Гурнов поддержал намерение Алексеева. Личная беседа с командиром полка на этой ноте и закончилась. Кокин пообещал Андрею Степановичу в течение ближайшей недели обсудить этот вопрос в Смоленске с генерал-полковником Добышем.

Наступившая неделя показалась поэтому для подполковника Алексеева долгой. Для себя командир полка заключил: будь что будет. Разрешат отправиться на учебу в Москву – хорошо, кстати, и вовремя – ведь ему стукнуло уже тридцать семь. Не разрешат – продолжит службу в нынешнем качестве.

Все, однако, разрешилось благополучно. В конце месяца Леонид Ильич позвонил в Добеле Алексееву и сообщил, что до конца текущего дня он должен представить рапорт на имя командарма Добыша для наложения резолюции. Затем документ по команде срочно уйдет в Смоленск.

Тут уж время сразу закрутилось с калейдоскопической быстротой. Надо было торопиться. Максимум до 3 августа личное дело требовалось представить в приемную комиссию академии, как предупредили подполковника Алексеева кадровики в Смоленске. Успел. В течение трех дней прошел Андрей Степанович «высокое собеседование» и получил документ о зачислении.