Читать онлайн «Все под контролем: Кто и как следит за тобой». Страница 12

Наше будущее в базах данных

А что мы видим в другом направлении? Нас ждет будущее, в котором технологии будут играть решающую роль в устранении неоднозначности. Все, что может быть сделано, будет сделано, причем с очень высокой точностью. Предоставленный сам себе, частный бизнес скорее всего повторит ошибки прошлого и вновь создаст системы, которые изначально будут несправедливыми, недемократичными и неконтролируемыми.

В 1965 году Правительство Соединенных Штатов стояло на компьютерном перепутье: решался вопрос о создании глобальной правительственной базы данных. Но когда детали этого проекта стали доступны общественности, он был немедленно закрыт. Конгресс инициировал серию слушаний, посвященных исходящей со стороны компьютеров угрозе приватности, правительственная комиссия сформулировала принципы защиты информации, и у исполнительной власти была возможность принять пакет новых законов.

Но мы упустили ее. Общенациональная база данных могла бы предотвратить злоупотребления в кредитной индустрии. Система с жестким контролем над ее использованием и средствами восстановления не допустила бы появления ошибок, наводнивших сегодня разрозненное множество банков данных. Более того, в информационной системе общего пользования было бы просто невозможно тайком от общественности использовать информацию в целях отличных от тех, для которых она была собрана.

Сегодня мы снова стоим на компьютерном перепутье. Мы вновь, как это уже было в 1960-е годы, рассматриваем компьютеры как средство хранения важной финансовой, образовательной и кредитной информации. Мы на пороге технократического будущего, в котором компьютеры будут фиксировать даже самые интимные аспекты нашей жизни. Всеми своими датчиками они будут воспринимать и записывать все происходящее на планете. Они позволят нам отличать одну личность от другой с очень высокой точностью. Еще раз повторюсь, что правительству просто необходимо принять меры по регулированию использования новейших информационных технологий. В противном случае мы рискуем попасть в ту информационную пропасть, которой до сих пор удавалось избежать. К сожалению, об этом почти не упоминают в открытых дискуссиях по поводу мошенничеств с кредитными картами, неправомерного использования баз данных и краж личности.

Основная проблема баз данных заключается в том, что никто не может гарантировать корректность хранящейся в них информации. Мы должны сосредоточиться на этой проблеме и попытаться построить наше общество и наши компьютерные системы таким образом, чтобы они были устойчивы против таких ошибок. Но мы делаем все с точностью до наоборот. Банкиры и правоохранительные органы, иммиграционные службы и политики – все озабочены лишь поиском технологического решения, которое урегулирует проблему идентификации личности. В следующей главе мы увидим, почему этот подход нежизнеспособен.

Ошибки в базах данных, кража личности, нелегальная иммиграция и нераскрытые преступления стали распространенными явлениями в нашей жизни, поэтому многие политики обращают свои надежды к достижениям в области технологий биометрической идентификации. Сторонники этих технологий утверждают, что их использование позволит создать режим абсолютной идентификации, при котором каждая личность может быть уникально идентифицирована по одним лишь уникальным признакам собственного тела.

Абсолютная идентификация как политическая цель – вещь вполне достижимая. Действительно, все большее число ученых, инженеров и политиков рассматривают идентификацию человека по антропометрическим признакам не как техническую, а как политическую проблему. Если этого потребуют интересы общества, мы можем уникальным образом зарегистрировать каждого жителя Соединенных Штатов, Европы, Азии и, возможно, всей планеты. После этого мы сможем очень легко идентифицировать личность в банке, учебном заведении, на работе и на дороге. Абсолютная идентификация поможет избавиться от взаимного несоответствия компьютерных записей, кражи личности и неоднозначности, с которыми мы постоянно сталкиваемся в повседневной жизни. Когда на смену анонимности придет абсолютная идентификация, мы сможем построить общество, каждый член которого гарантированно сможет получить положенные ему привилегии и будет полностью ответствен за все свои действия.

Абсолютная идентификация – очень соблазнительная идея. Но, к сожалению, порочная. Чтобы понять, почему, нам необходимо разобраться в недостатках самой технологии.

Три тысячи лет назад в Иерусалиме перед царем Соломоном предстали две женщины. У обеих недавно родились дети, а затем, когда один ребенок умер, обе стали утверждать, что оставшийся ребенок принадлежит именно ей. Соломону необходимо было справедливо разрешить спор в пользу настоящей матери.

Сегодня дилемма Соломона решается тривиально. Если только женщины не являлись однояйцовыми близнецами, у них были разные наборы генов. Настоящая мать легко определяется после анализа образцов крови ребенка и обеих женщин. Такие генетические экспертизы проводятся сегодня регулярно для установления отцовства при решении дел об алиментах.

Но в распоряжении Соломона не было достижений современной биологии. Вместо этого Соломон приказал принести свой меч. Соломон сказал, что, если женщины не смогут разрешить спор самостоятельно, ребенок будет разделен на две части. Соломон знал, что настоящая мать скорее согласится на несправедливость, чем допустит смерть своего ребенка. Поэтому, когда мгновение спустя одна из женщин торопливо отказалась от младенца, Соломон точно знал, что другая женщина лжет.

Двадцать пять столетий спустя исследователь Хоайо де Баррос [Joro de Barros] описывал несколько способов идентификации маленьких детей. В опубликованной в 1563 году книге «Сочинения об Азии» [Decadas da Asia] де Баррос описывал, как китайские торговцы «паспортизировали» детей, делая отпечатки их ладоней и ступней при помощи бумаги и чернил. Это были не просто какие-то бумаги, это была часть торговли.[27] После такой фиксации признаков детей уже было сложно перепутать, что было особенно важно во времена, когда люди являлись предметом купли-продажи.

Царь Соломон мог бы установить аналогичную систему регистрации всех новорожденных в Израиле. Древние израильтяне уже знали пергамент и чернила, поэтому у них было все необходимое для реализации этого проекта. Знали древние израильтяне и об уникальности отпечатков пальцев: археологи обнаружили недавно при раскопках в Израиле наборы глиняной посуды, на каждом предмете отчетливо видны отпечатки больших пальцев. Предположительно гончар использовал свой отпечаток пальца как персональное клеймо. Однако идея создания общенациональной системы идентификации не пришла в голову Соломону и его придворным, так как проблема идентификации взрослых не стояла до настоящего времени.

Много примеров ошибочной идентификации можно найти в литературе: «Принц и нищий» Марка Твена, истории о двойниках,[p8] многие пьесы Шекспира. Эти истории дошли до наших дней и не потеряли точности описания, потому что такого рода ошибки были редкостью. Вплоть до промышленной революции в мире не было реальной нужды в формальной системе точной идентификации. В Европе фамилии не использовались вплоть до Средневековья! Большинство людей рождались и всю жизнь проживали в одном месте, где все знали друг друга, а появление чужака не могло остаться незамеченным.

Ряд событий второй половины XIX века заставил правительства искать лучшие пути для идентификации проживающего на территории их стран населения. Одной из причин стало развитие крупных городов, где жители ежедневно имели дело с незнакомцами. Возможность идентифицировать друг друга была жизненно необходимой, ибо давала возможность избежать обмана. Другой причиной стала легкость перемещений, повлекшая за собой наплыв иммигрантов, ищущих лучшей жизни. Очень скоро ксенофобия законодателей привела к принятию в Европе и США жестких иммиграционных законов, призванных сократить приток иностранцев. А это, в свою очередь, потребовало создания системы точной идентификации, которая позволяла бы властям отличать граждан от неграждан. Третьей причиной стала новая концепция реабилитации преступников, предоставлявшая возможность людям, совершившим ранее преступления, реабилитироваться и встать на путь исправления. Система идентификации нужна была и для отделения рецидивистов от совершивших преступление впервые.

Проблема идентификации осужденных привлекла внимание парижского антрополога Альфонса Бертильона [Alphonse Bertillion] (1853–1914). Как можно идентифицировать карманника, попавшегося впервые, если при каждом аресте преступник называет разные имена? Каким образом можно добиться постоянной идентификации без сотрудничества с самим человеком?