Читать онлайн «Загадочные страницы русской истории». Страница 62

1123–1124. Князь западных славян-бодричей (ободритов), живших по нижнему течению Лабы (Эльбы), Генрих попросил помощи у германского императора, чтобы выступить войной на Ругию. Мотив — месть за смерть своего сына, убитого руянами. Те, видя преимущество врага, выслали своего жреца для переговоров. Цена мирного договора была очень велика — 4400 серебряных марок выкупа. Руяне, не имевшие такой суммы, обращаются к жрецам храма Святовита, и отступные выплачиваются славянской святыней в Арконе из своей сокровищницы. Однако князь Генрих почувствовал себя обманутым при взвешивании серебра. Хотя он и часть получил денег, война все же разгорелась вновь, и руянам удалось одержать верх.

1128. Западные соседи, у которых католическое христианство уже стало государственной религией, продолжают военное давление на балтийских славян, остававшихся верными своей древней вере. Несмотря на военную помощь Ругии, был насильственно христианизирован Щецин. Противники руян умело использовали при этом внутриславянские междоусобицы.

1136. Датский король Эрик, поддерживаемый католическими епископами, развязал большую войну, выступив в крестовый поход на славян. Ругия была разорена. Эрику удалось захватить Аркону, перекрыв для её защитников доступ к питьевой воде. Когда надежда на помощь угасла, руяне спрятали святое изваяние Святовита. Ища спасения для своего народа, жрецы притворно поддались требованиям короля принять христианство и приняли добровольно-принудительное крещение, омыли свои тела и утолили жажду в ближайшем пруду. Датчане, уходя, оставили в крепости католического священника, чтобы он надзирал за укоренением новой веры… Как только солдаты Эрика погрузились на корабли и отплыли в Данию, священник был вышвырнут за ворота Арконы. Руяне вновь стали поклоняться своим богам.

1147. Во время очередного крестового похода руяне спасли от поражения Никлота, князя бодричей, своих недавних противников, послав им на помощь свой флот. Но соотношение сил продолжало изменяться не в пользу славянских княжеств. Маленький остров в Балтийском море окружали не только бурные волны, но и враждебные католические государства.

1160. Князь Ругии Тетыслав начал переговоры с датским правителем Вальдемаром I Великим, а также с епископом Роскильда Абсалоном. Ему удалось заключить мирный договор, а в 1162 году руяне даже поддержали датчан при осаде Вологощи. Епископ Абсалон принял вскоре участие в совете руян, где высказал пожелание о принятии христианства жителями Ругии, Князь Тетыслав поддержал предложение, учитывая сложившуюся для острова неблагоприятную военную ситуацию. Тем более что принятие новой религии было в его собственных интересах, так как власть князя сильно ограничивали жрецы, а христианизация навсегда устранила бы жреческое сословие из «политического расклада». Но жители острова, поддержанные жрецами, выступили против. К тому времени Руян оставался единственным славянским княжеством в Европе, продолжавшим придерживаться старой веры.

19 мая 1168 г. Датские крестоносцы под предводительством короля Вальдемара и епископа Абсалона высадились на Ругии. Вместе с ними на остров прибыли отряды саксонского герцога Генриха Льва, которыми руководили княжичи Казимир и Богуслав, князь бодричей Прибыслав и епископ Мекленбургский Верно. Началась осада Арконы. Крестоносцы буквально залили её предместья реками крови жителей, не успевших укрыться за крепостными стенами. Укреплённый город взять было нелегко: высота стен с валом достигала 27 метров. Оставалась надежда на длительную осаду и на то, что у защитников закончатся запасы питьевой воды. Осаждённые, уверенные в своих силах, покрыли башню над воротами знамёнами и орлами. Среди них была и знаменитая Станица — военное знамя руян, которое они чтили как стяг всех богов.

12 июня 1168 г. Крестоносцам удалось поджечь башню и ворота, а нехватка воды не позволила осаждённым погасить пламя. Захватчики ворвались в город, началась резня. Некоторые жители, оказавшись в безвыходной ситуации, бросились в огонь, не желая стать рабами. Датский король, сидя на кресле, хладнокровно наблюдал за происходящим…

К сожалению, сегодня о славянских княжествах на территории современной Германии мало что известно. Археологические исследования почти не ведутся, а случайные находки не становятся достоянием научной общественности. Даже во времена Восточной Германии (ГДР) наша официальная наука не проявляла интереса к археологическим исследованиям на Рюгене.

В 1996 году была издана книга российского художника Ильи Глазунова «Россия распятая», в которой он затрагивает и эту тему. Он написал: «Помню, как в Германии, точнее в ГДР, где я работал над воплощением сценических образов “Князя Игоря” и “Пиковой дамы”, меня неудержимо влекло на знаменитый остров Рюген, где находилась славная Аркона — древний религиозный центр, если хотите, Мекка наших предков — прибалтийских славян. Советские учебники по истории, равно как и сами наши ученые, очевидно, имея на то свои причины, словно забыли о тысячелетнем бытии наших предков на берегах Балтики <…>. Будучи на острове Рюген и узнав об археологических раскопках, я поспешил познакомиться с молодыми археологами, студентами Берлинского университета… Один из них, сокрушенно покачав головой, сказал: “Как жалко, что вы опоздали!..”

— Почему опоздал? — удивленно спросил я. Молодой человек рассказал мне, что несколько дней назад они откопали славянскую деревянную ладью IX века и за ненужностью вчера снова засыпали ее землей.

— Как?… Зачем вы это сделали?

Молодой археолог уклончиво ответил: “А кому она нужна?”

— Как кому? — я не мог прийти в себя от изумления, — ну, послали бы в Москву!

Посмотрев на меня серыми глазами викинга, немецкий юноша отвел взгляд: “Москва этим не интересуется”.

— Ну, как же, помилуйте, у нас есть знаменитый историк и археолог академик Рыбаков.

Викинг нахмурил загорелый лоб: “Мы знаем имя геноссе Рыбакова от нашего руководителя, ученого с мировым именем геноссе Германа. Наше дело копать, а результаты находок докладывать профессору”.

Будучи в глубоком волнении, я спросил у моего нового знакомого, какие же самые интересные находки были обнаружены немецкой экспедицией. Потомок тевтонов пожал плечами и произнес раздраженно фразу, которая врезалась в мою память на всю жизнь: “Здесь все до магмы славянское!..”»

Глазунов рассказал также о своем разговоре в Берлине с заместителем профессора Германа, который поведал советскому гостю: «Могу вам сказать, что у нас в ГДР существует огромный склад, набитый славянской археологией и древнейшими книгами, написанными по-старославянски. После окончания войны мы многое свезли в это хранилище, и до сих пор никто в нем не копался… <…> Никто из ваших советских или наших ученых не проявлял пока к этому интереса».

Увы, за прошедшее время в подходе к исследованию великого прошлого славян на территории Западной и Центральной Европы мало что изменилось к лучшему. Миллионы наших сограждан продолжают считать княжича Рюрика из славянского Рарога скандинавским варягом, хищным викингом…

Одной из актуальных проблем в рамках обретения исторической самоидентификации после распада СССР в постсоветской России стало создание новой системы общенациональных праздников. Предметом озабоченности стал, в частности, вопрос, о дне создания Вооруженных сил. Оживленное обсуждение этой даты велось в среде военнослужащих и историков в 1990-е годы, но к однозначному мнению, где ж она, отправная точка в создании регулярной армии в России, участники дискуссии не пришли. Хотя для всех очевидно, что 23 февраля следует оставить в качестве общенационального праздника вооруженных защитников Отечества. По крайней мере, пока живы люди, выросшие и сформировавшиеся в советское время, а потому в своем большинстве очень болезненно воспринимающие все, что связано с отказом от традиций.

Сама по себе дата эта, надо признать, весьма уязвима в историконаучном отношении. В тот день никаких решений о создании РККА — Рабоче-крестьянской красной армии — первое советское правительство во главе с Владимиром Ульяновым-Лениным не принимало. Как известно, такое решение было принято еще 15 января того года. Решение оформили декретом Совнаркома, положив в основу комплектования РККА принцип добровольчества.

Каких-либо успехов на фронтах 23 февраля 1918 года также достигнуто не было. Правда, в тот день в районе деревень Большое и Малое Лопатино под Псковым бойцы 2-го красноармейского полка под командованием А. И. Черепанова вступили в бой с передовым отрядом германских войск, наступавших на Петроград. Историческим это событие вряд ли можно было считать, хотя в 1968 году на том самом месте был сооружен памятник. В ходе боестолкновений 23 февраля 1918 года, происходивших в 10–25 километрах от Пскова, немецкие войска не были разгромлены, и вечером следующего дня они заняли станцию Псков-1, а 28 февраля захватили весь город. Более того, бои в 20-х числах февраля отмечены не только мужеством бойцов ряда подразделений Красной армии, но и трусливым бегством с поля боя отряда матросов во главе с Павлом Дыбенко, которого за сдачу немцам Нарвы исключили из Коммунистической партии и отдали под трибунал. От расстрела незадачливого председателя Центробалта спасли близкие отношения с Александрой Коллонтай, пользовавшейся уважением у Ленина и других большевистских лидеров.