Читать онлайн «Вторая древнейшая. Беседы о журналистике». Страница 83

Меня мало волнует тотальное использование таких родных драгоценностей, как «беспредел» или «однозначно» (которых, кстати, нет ни в одном российском словаре). Бог с ними: пришли они в лексикон званно и так же уйдут, когда поумнеем мы и станем культурней. Беспокоит меня другое: эти и такие слова стали знаком, меткой для того, чтобы себя представить и к другим присмотреться, как у боевых самолетов «свой-чужой». Понастроили сленговые, полублатные, матерные метки в бизнесе, политике, даже в средствах массовой информации — где угодно; пересекаемся и с успокоением или с тревогой расходимся, причем независимо от возраста, образования, интеллекта или профессии: министры, дети, литераторы, дамы с мужиками, финансисты и, разумеется, теле- и радиоведущие. Как уберечься им, если общепринятое безграмотное наречие (не прилагательное!) «однозначно» проникло-просочилось даже в официальные словари, чтобы быть подхваченным, как инфекцией, всей страной?! Сколько таких родных заразных перлов и прочих словесных «драгоценностей»? Если вы думаете, что только в том проблема, что язык наш засорен? Отнюдь: мозги наши страдают, а с ними и наша жизнь; и Бог с ней, с «однозначностью» или «одноклеточностью». Тронув больную тему, мы остановились пока только на первом этаже проблемы. А что этажом выше? В конце поднимемся и посмотрим.

Недавно я ни ушам, ни глазам своим не поверил, когда один из самых «любимых» героев российских телезрителей прожженный интеллигент-бизнесмен Сиси из «Санта-Барбары» сказал своему коллеге: «Однозначно», я тут же понял: «жив курилка», он тоже убог и во вкусе моего народа да и во мне! (Мерси, переводчик, что разрешил Сиси употребить не «одноклеточно», ведь у них «там» хоть по две-три клеточки в башке еще остались!). Зато через пару дней один из самых (тогда) высокопоставленных чиновников да еще со своим рафинированным английским языком вдруг произнес, выступая по Центральному телевидению: «однозначно», я решил, что и он «жалает» показаться своим среди ему, возможно, чуждых. Типичный вариант «жертвы моды» на отсутствие культуры и воспитанности. Увы, это значит, что мы переживаем самый смутный, ирреальный период жизни нашего общества. Кафка.

Не могу представить себе, чтобы такие политические деятели, как Евгений Примаков, Олег Сысуев, Григорий Явлинский, Егор Гайдар, Сергей Кириенко, Владимир Рыжков, Геннадий Селезнев или Егор Строев (кстати, по мнению авторитетных русистов, все они говорят весьма грамотно), вдруг нежданно прорезались бы с публично произнесенным «беспределом» и «однозначно», или согрешили каким-то другим сленговым словечком, которое, как вирус, вселилось бы в их словарный запас, моя позиция не дрогнет. Но «пардона» просить у читателя тогда придется мне: не тот этаж принял за высший, не на ту орбиту забрался.

Все термины и слова живут в одном общем доме под названием «Российская словесность». Как я себе представляю, в комнатках-коммуналках. Иначе их не расселить, ведь слова отражают, когда все вместе, разнообразие и все богатство содержания. В этом и есть секрет нашего великого и могучего языка. Ладно: вселились чужаки — живите, хоть и без прописки. Но выдавливать из комнат прекрасных хозяев — грешно. Часто ли слышите вы кроме «однозначно»-кукушки такие наречия, как «безусловно», «категорично», «непременно», «безапелляционно», «абсолютно», «обязательно» — не счесть алмазов в родном языке! Музей восковых наречий, хранящихся в запасниках. Я за то, чтобы жили в нашем языке все «цветы», оттенки словесных перлочек, умножая богатство русского языка, давая всем нам при этом возможность выбора слов для выражения мыслей и чувств. А получается, что слова теснятся не в отдельных квартирках или в собственных комнатках, а на правах приживалок, а не хозяев-собственников.

Куда пропало слово «произвол», когда к нему подселили «беспредел», который оказался, если быть справедливым, словом сочным, густым и ярким? А в том дело, что «раскрутили» слово, как смазливую и безголосую певичку или как бездарного политика-кликуху. Даже малохудожественный фильм обозвали «Беспределом». Неужели его с «Произволом» публика не унюхала «своим»?

Тема наша не исчерпана, но не из резины делают газету. Надо и честь знать. Другие допишут, дорасскажут. Говорят, парикмахер оставил на столе записку, прежде чем удавиться: «Всех не переброешь». Добриться мы и сами сумеем, но кто будет надевать на наши размышления слова?

«Пока я мыслю, я существую!» — кто сказал, не помню.

P.S. К сожалению (или к счастью), я не приемлю в разговоре с читателем (школьником, студентом, педагогом, инженером, сантехником, угледобытчиком, врачом или коллегой-журналистом) менторский тон. Сколько неграмотных слов мы и сами произносим и слышим, это прост ему непостижимо, как любил говорить легендарный военный фотокорреспондент «Правды» Яша Рюмкин!

Кроме того, я и сам далеко не «шпециалист»: до семи лет не знал, что слово «еретик» произносится с ударением на «и», куда уж мне учить других грамотности? Тем более что из множества знаков препинания только один пользуется моей симпатией. «Восклик» — командует, как часовой: «руки вверх!»; точка — знак спокойный, но бессмысленный, всего лишь дает паузу для вдоха-выдоха; многоточие — мнимомышление; запятая с двоеточием — жди перечисления с вариантом «чего изволите»; а вот самый достойный знак в моем ощущении — вопросительный. Иногда говорю студентам моего журналистского семинара: «Чем отвечать на мои вопросы, задавайте мне собственные, в них больше сведений о вас и больше содержания. Отсюда следует мое предложение читателю: мы будем размышлять об отечественной словесности. Вопросы мои будут, но ответы на них каждый сам себе даст. Захочет потом себя проверить?

Словарей — тьма.

(Не могу забыть маму, которую в нашей семье называли „босячкой“: эй, вы, „пэсменники-журналисты“, как надо правильней говорить: „Статосрат или сратостат“? Мы с папой и старшим братом, видя „покупку“, начинаем смеяться, а мама, вполне удовлетворившись нашей реакцией, невозмутимо советует: „Спокойно произносите: дирижопель“!)

Начинаю: ложить или класть? договóр или дóговор? опека или опёка? можно ли сказать о двух больших разницах или она одна? играть на бильярде или в бильярд? переполнен до отказа или заполнен? звóнит ли телефон или звонúт? свет тухнет или гаснет? учители или учителя? инженера или инженеры? свекла или свёкла? ихний или их? срéдства или средствá? астрóном или астронóм? деньгáми или дéньгами (было бы их побольше!)? влазить или влезать? отпуски или отпуска? сойти с рельсов или с рельс? зáняться или заняться? из Москвы или из города Москва? мышлéние или мышление? подтверждаю о том или то? разбирательство (словесное, а не техническое!) или разборка? осýжден или осуждéн? заявление исковóе или úсковое? можно ли говорить „расширение эскалации“, смотрибельно, читабельно, волнительно? чтение или чтиво? сбор, собрание, сборище или тусовка?

Предугадываю ваш вопрос: какая разница, какими словами выражать наши мысли и чувства, если ничего в сущности не меняется? Откровенно отвечу, мой читатель: вы правы. Но верно ли будет называть общество (и вас вместе с ним) быдлом? Культурный народ чем вооружен? Только терпением, грамотностью и умом да знанием. Другого оружия я не знаю. Если вы знаете — парируйте. Я принимаю ваш вызов.

Вдруг нахожу, представьте себе, у Даля перламутровое слово: „Оглумить“ ошеломить, поставить в тупик». Разве не поучительно звучит? И как интересно, не богохульствуя, читать Владимира Ивановича Даля: роман! Просто «оглумить» можно! На этом мы оборвем и закончим наш краткий поиск простоты языка и ясности изложения.

Позвольте, однако, завершить Цицероном: «Даже не приведя доводы, можно сокрушить соперника своим авторитетом».[62] Коли так, кто смеет запретить нам легкомысленно воскликнуть: любой словарь «почище» Цицерона!

Если в шутку, то, без сомнения, отвечайте нашим семейным перлом: «Дирижопель»!

Но еще одно важное обстоятельство, без которого я не смею закончить повествование. Однажды у себя дома я обнаружил листочек с почерком мамы, обеспокоенной, как я понимаю, развитием младшего сына (меня) — тогдашнего студента второго курса юридического института, а было это в сорок девятом году (неужто полвека уплыло из жизни, как корова языком слизала?). Так вот, я прочитал листочек, навсегда запомнил его содержание: это была цитата! Моя мама с гимназическим образованием собственноручно переписала откуда-то добытый ею документ, написанный и составленный двадцатишестилетним Петром I в 1698-м:

«Указую господам сенаторам с сего числа выступать не по писанного, а своими личными словами, дабы дурь каждого видать было».

При чем тут, подумал я, риторика: отдельные неграмотные слова, обороты, если на самом верхнем этаже двадцатого века перед нами в полный рост вдруг замаячил призрак настоящей беды, имя которой: интеллектуальная, нравственная, образовательная и моральная деградация нашего общества. Даже если б мы не по писаному (многочисленными штатными спитчрейторами) говорили и по их советам поступали, дурь наша все равно вылезала бы наружу, черт ее подери! Что же с нами со всеми происходит?