Читать онлайн «Свои и чужие». Страница 115

д) иметь необходимый минимальный набор природных предпосылок;

е) не иметь демографических проблем, связанных с перенаселённостью, что очень осложняет модернизационные усилия.

Главным потенциальным претендентом на такой цивилизационный рывок, очевидно, является Россия и именно нынешняя Россия.

Второе. Политический режим, решившийся на подобный рывок, неминуемо должен быть национально ориентирован и достаточно эффективен. Говоря более просто-, он на этапе, когда суть своей стратегии уже невозможно будет скрыть, будет неминуемо иметь «националистические», «мобилизационные», «авторитарные» и «технократические» черты. Мы берём эти слова в кавычки, потому что в данном контексте не имеем возможности до конца разъяснить наши позиции и применяем некоторые понятные всем, однако несколько неадекватные политизированные термины. Впрочем, некоторые моменты подобного рода мы проясним в следующей главе.

Третье. Очевидно, что Россия, начавшая цивилизационный рывок, не вызовет симпатий ни у Запада, ни у Востока, хотя этими действиями и не затронет их прямо. Враги и конкуренты будут искать те или иные предлоги, чтобы помешать модернизации России в процессе новой НТР. И, что характерно, возможности для этого у них будут.

Четвёртое. Совершенно очевидно, что силы и средства у России, начавшей реализацию рассматриваемой стратегии, будут крайне ограничены.

Пятое. Реализация новой НТР будет проходить с опорой только на собственные силы. Помощь извне маловероятна и возможна только вследствие некоторых особенно умелых и искусных действий руководства нового режима (хотя в современном мире есть несколько растущих центров силы, с которыми Россия могла бы наладить эффектное взаимовыгодное сотрудничество и которые на начальном этапе, возможно, даже помогли бы новой России, однако это отдельный вопрос).

Главным из всего вышесказанного является вывод о необходимости максимальной экономии сил и средств. Это не значит, что Россия должна отказываться от политических акций по сохранению своего ци-вилизационного поля, его расширению и по присоединению территорий, населённых русскими. Проблема заключается в другом. Следует ли проводить эти акции с большой затратой сил и средств, следует ли при этом «подставляться» под контрмеры противника и т. д.?

Представляется очевидным, что нет. Россия, избравшая политику модернизационного рывка (нравится это кому-либо или нет) будет вынуждена до тех пор, пока не принесёт плоды модернизация, ограничиться в обеспечении своих естественных политических претензий, присущих любому «националистическому режиму» только двумя моментами. Это, во-первых, некими декларациями о своих правах (по типу заявлений ФРГ о единстве Германии в 1950—1980-е годы), а во-вторых, действиями, требующими малых затрат, несравнимых с затратами на нужды модернизации.

Полномасштабной политической и экономической экспансии для присоединения своих соотечественников Россия себе на этом этапе позволить не сможет.

Заметим, что модернизация, причём модернизация не так называемого «догоняющего типа», а радикальная, в рамках новой НТР, – единственный шанс для России не стать колонией. Не будет этой модернизации, не будет России. И все вопросы о воссоединении соотечественников станут бессмысленными. С колониями не воссоединяются.

Поэтому сначала модернизация, а потом воссоединение. Но именно воссоединение с теми, кто этого хочет, с теми, кто может влиться в новую цивилизацию. Завоеваний не будет. Они станут бессмысленны после реализации новой НТР.

Поэтому тех, кто готов бороться и ждать, новая Россия примет, как только окрепнет. И усилия тех, кто работает на этот результат, не пропадут даром.

Однако приоритеты выживания русского народа и российской цивилизации безоговорочно требуют: «Первым делом самолёты…»

И политики национально-патриотической ориентации должны считаться с этими объективными требованиями (в противном случае, это политики другой ориентации). В подобной ситуации собственно политическое мастерство национально ориентированных российских политиков состоит в том, чтобы способствовать становлению такой системы управления в России, которая будет наиболее адекватна требованиям русской национальной модернизации при проведении новой НТР и становлении новой цивилизации.

Наша книга близится к концу, мой дорогой читатель. И позиции автора по всем затронутым вопросам уже давно высказаны. Фактически последняя глава – это несколько расширенное послесловие И здесь автор хочет высказаться не только по тематике этой книги, но и по вопросам, условно говоря, лежащим «вокруг» затронутых тем.

Для читателя незнакомого или слабо знакомого с русским движением последних лет многие взгляды автора могут показаться излишне резкими, хотя, возможно, читатель признает их не лишёнными оригинальности. Для некоторых дотоле «нейтральных» читателей эта книга станет откровением. И они безоговорочно поверят автору и будут готовы воплотить прорывные идеи книги в жизнь.

Но в России уже более 20 лет идёт непрекращающаяся борьба за русскую идею. Борьба, замалчиваемая и искажаемая как советскими, так и российскими «реформаторскими» СМИ. И многие читатели, причастные к русской борьбе, взявши в руки эту книгу, сразу поймут, что автор все эти годы боролся вместе с ними за общие идеалы. Но, тем не менее, такие читатели не раз в процессе прочтения книги испытают некоторое смущение. Очень многое из того, что сказал автор, совершенно не стыкуется с тем, что повторяют признанные и, скажем прямо, изрядно «раскрученные» (на чьи бы это денежки?) «национальные идеологи» русского движения.

Увы, читатель, я не собираюсь подлаживаться под них. Более того, скажу прямо, большинство из них я не люблю.

Я не люблю тех, кто «говорит под руку», кто отвлекает от дела, а тем более борьбы, в ответственный и трудный момент. Отвлекает, ставя ложные цели и выставляя «дымовые завесы» бредовых идей. Я не люблю тех, кто при всех властях и режимах оказывается всё равно в весьма неплохом положении. Кто числит себя «в борцах», разъезжая на «Мерседесах».

Я не люблю недобросовестных конкурентов. Тех, кто постоянно «передёргивает». Я не люблю тех, кто строит из себя мэтров просто потому, что им удалось вовремя очаровать крупных спонсоров или вообще тайно продаться врагу.

Я не люблю «патриотов», которые в душе недовольны своей землёй. Тех, кто страстно хотел бы жить в тёплых краях. Для них Русь не цель, а средство. И какой только бредятины они не навыдумывают, чтобы обосновать свои претензии жить в Греции или Италии, но при этом оставаться русскими. Хотите жить в Греции – становитесь греками, господа. И не забивайте головы людей выдумками о «русском Средиземноморье». Средиземноморье семитское. А Ярославщина, Владимирщина, Вологодчина и т. п. области русские. И надо уметь жить на своей земле, обустраивать и любить её, не раскрывая постоянно рот на чужое.

Я не люблю лакействующих перед любым силовикам в надежде на то, что иные цепные псы режима «переродятся». Чёрного кобеля не отмоешь добела. А те военные и спецслужбисты, которые готовы встать за русскую идею, в дешёвом заигрывании не нуждаются. Более того, оно их должно оскорблять. И «патриоты», лижущие задницу всем без разбора носителям погон, напоминают мне проституток на милицейском «субботнике».

Я не люблю тех, кого используют «втёмную». Мы в ответе за то, как нас могут понять и интерпретировать.

Но особенно я не люблю тех, кто предал своё ремесло. Для белого человека, который живёт работой, а не разбоем или интригами, – его ремесло – это жизнь. Жизнь его и его семьи. Предающий своё ремесло перестаёт быть белым. Он становится семито-кавказоидом.

Как по житейски омерзителен сантехник, который, получив деньги за свою работу, вместо того, чтобы её сделать, вдруг начнёт говорить, как славно иметь туалет на улице и каким излишеством является горячая вода.

Но неужели те бывшие учёные бывшего СССР, которые теперь плюют на науку, технику, прогресс, лучше того сантехника. Нет, они гораздо хуже. Они не просто оставили или сменили своё ремесло (это вполне понятно и в новых условиях нормально), но топчут и дискредитируют его. Его и тех, кто ещё верит в него, кто заинтересован в его результатах. Кто надеется на Разум в наше время тотального оболванивания.

Можно понять обнищавших учёных, которые ненавидят нынешние колониальные российские «реформы». Но при чём же тут реформы совковых гуманитарно-партийных лакеев и научно-технический прогресс? При чём тут сама по себе идея развития и совершенствования?