Читать онлайн «Столконовение цивилизаций: крестовые походы, джихад и современность». Страница 113

И как это верно!

В качестве вступления, не могли бы вы обобщить ваше видение Арабо-израильской войны?

Война и «чудо» победы Израиля, на мой взгляд, не решило ни одной проблемы из тех, с которыми столкнулись Израиль и арабские государства. Наоборот, они усугубили все спорные вопросы и создали новые, еще более опасные. Они не повысили безопасность Израиля, но сделали его более уязвимым, чем раньше. Я убежден, что последний, победоносный триумф израильской армии однажды и не в столь отдаленном будущем, будет рассматриваться как катастрофа, в первую очередь для самого Израиля.

Давайте рассмотрим международный фон происходивших событий. Эту войну необходимо связать со всемирной борьбой за власть и идеологическими конфликтами, формирующими контекст. За эти последние годы американский империализм, а также силы, с ним связанные и им поддерживаемые, были втянуты в огромное политическое, идеологическое, экономическое и военное наступление на обширные территории Азии и Африки; в то время как силы, им противостоящие, в первую очередь Советский Союз, едва держали свои позиции или отступали.

Этот курс сложился из большой цепи случайностей: переворот в Гане, во время которого было свергнуто правительство Нкрумы; рост реакции в различных афро-азиатских странах; кровавый триумф антикоммунизма в Индонезии, который был большой победой консервативных сил в Азии; эскалация американской войны во Вьетнаме; а также военный переворот правых в Греции. Арабо-израильская война не была чем-то отдельным, она заняла свое место в этом ряду событий. Общая ситуация в Азии нашла выражение в революционном брожении в различных частях Индии, радикализации политических настроений в арабских странах Залива, эффективной борьбе Национального фронта освобождения во Вьетнаме и росте недовольства во всем мире американской интервенцией. Продвижение американского империализма и консервативные выступления в духе «холодной войны» в Африке и Азии не могли не вызвать сопротивление, но оно увенчалось успехом только во Вьетнаме.

Продвижение американцев на Ближний Восток можно считать относительно недавним. Во время Суэцкой войны США все еще изображали «антиколониалистов», и этот трюк им удался при видимом согласии Советского Союза и отступлении британцев и французов. Логика американской политики была такой же, как и в конце 1940-х годов, когда государство Израиль было в процессе становления. Пока американский правящий класс был заинтересован главным образом в вытеснении старых европейских колонизаторов из Африки и Азии, Белый дом играл роль оплота «антиколониализма». Но после разгрома старых колониальных империй США встревожились, поскольку в Африке и Азии образовался «вакуумом власти», который могли заполнить местные националистические или коммунистические силы, связанные с СССР. Антиколониализм американцев исчез, и началась полномасштабная экспансия Штатов на Ближний Восток. Это произошло в период между Суэцким кризисом и последней арабо-израильской войной. Целью высадки американского десанта в Айване в 1958 году было сдерживание революционного подъема в этом регионе, особенно в Ираке. С тех пор США, без сомнения, до некоторой степени опираясь на советскую «оттепель», избегали открытого и прямого военного вмешательства в дела Ближнего Востока, что, впрочем, не делало американское присутствие в регионе менее реальным.

Тогда как бы вы охарактеризовали израильскую политику?

Израиль, конечно, действовал исходя из своих собственных мотивов, не считаясь только с интересами американцев. То, что большая часть самих израильтян верит в арабскую угрозу, не подлежит сомнению. То, что заявления некоторых «кровожадных» арабов о том, что «Израиль будет стерт с лица земли», пугают израильтян, — очевидно. Преследуемые памятью об еврейской трагедии в Европе, израильтяне чувствовали себя в изоляции и в окружении «несметных полчищ» из враждебного арабского мира. Для их собственных пропагандистов не было ничего легче, используя словесные угрозы арабов, сыграть на страхе перед еще одним «окончательным решением», угрожающим евреям, но на этот раз в Азии. Используя библейские мифы и все древние религиозно-национальные символы еврейской истории, пропагандисты разжигали высокомерие, фанатизм и помешательство на воинственности, которые привели к захвату израильтянами арабских земель. За всем этим неистовством и заносчивостью присутствует подавленное чувство вины израильтян перед арабами, чувство того, что арабы никогда не забудут или не простят удары, нанесенные им Израилем: захват их земель, миллионы беженцев, постоянные военные поражения и унижения. Наполовину обезумевшие от страха мести со стороны арабов, израильтяне, подавляющим большинством голосов приняли «доктрину», лежащую вне правительственной политики, о том, что безопасность Израиля лежит в периодически проводимых военных действиях против арабских стран, что должно ослабить их настолько, что они утратят способность к сопротивлению.

Но независимо от своих мотивов и страхов, израильтяне не являются независимой силой. Причины зависимости Израиля до некоторой степени «встроены» в два последние десятилетия их истории. Все израильские правительства сделали ставку на «западную ориентацию», одного этого уже было достаточно для превращения Израиля в западный аванпост на Ближнем Востоке, а значит, для вовлечения его в большой конфликт между империализмом (или неоколониализмом) и освободительной борьбой арабских народов. На карту были поставлены и другие факторы. Слабое экономическое развитие Израиля зависело от финансовой помощи крупных сионистских организаций, особенно американских. Эти пожертвования стали проклятием для нового государства, поскольку они давали его правительству возможность управлять балансом платежей путем, невозможным в любой другой стране, без вступления в торговые отношения со своими соседями. Это деформировало экономическую структуру Израиля, способствуя росту непроизводственного сектора, а также и жизненного стандарта, не соотносимого с производительностью и прибылью страны. Израиль в действительности живет совсем не по средствам. На протяжении многих лет около половины израильского продовольствия импортировалось с Запада. Пока американская администрация освобождает от налогов прибыль, помеченную как пожертвования Израилю, Вашингтон контролирует средства, от которых напрямую зависит экономика Израиля. Вашингтон в любой момент может нанести удар Израилю, отменив освобождение пожертвований от налогов (даже если это приведет к потере голосов евреев на выборах). Угроза такой санкции, о которой никто не говорит, но все имеют в виду, является достаточным условием строгого равнения израильской политики на США.

Несколько лет назад, когда я посещал Израиль, крупный израильский чиновник привел мне перечень заводов, которые было невозможно построить из-за возражений американцев: среди них были сталелитейные заводы, производящие сельскохозяйственную технику. С другой стороны, был список фактически ненужных фабрик, производящих фантастическое количество пластиковой кухонной утвари, игрушек и т. д. Кроме того, никакая израильская администрация не могла серьезно подумать о жизненно важной, долгосрочной потребности в торговле и тесных экономических связях с арабскими соседями и об улучшении экономических отношений с СССР и Восточной Европой.

Такая экономическая зависимость нанесла ущерб и внутренней политике Израиля, и культуре. Америка — самый крупный иностранный инвестор, действующий в Святой земле. Богатый американский еврей, бизнесмен, мирно проживающий среди своих нееврейских коллег и друзей в Нью-Йорке, Филадельфии или Детройте, в душе очень горд быть членом избранного народа, в Израиле он использует свое влияние в пользу религиозного обскурантизма и реакции. Ревностный верующий, он враждебно смотрит даже на «мягкий социализм» «Хистадрута» и кибуци и натягивает поводья, укрощая его. Прежде всего, он помогает раввинам поддерживать влияние на принятие законов и большинство образовательных учреждений и соответственно их элитарность.

«Холодная война» дала импульс реакционным течениям и углубила арабо-израильский конфликт. Израиль был ярым приверженцем антикоммунизма. Действительно, политика Сталина, вспышки антисемитизма в СССР, антиеврейская составляющая в процессах Слански, Райка и Костова, проходящих в странах соцлагеря, поддержка даже самых иррациональных форм арабского национализма со стороны СССР — все это вносило свой вклад в формирование политической позиции Израиля. Однако не следует забывать, что Сталин был «крестным отцом» Израиля, что именно по его приказу туда были доставлены боеприпасы, с которыми евреи сражались за создание своего национального государства в 1947–1948 годах, и что в ООН Советский Союз первым проголосовал за признание государства Израиль. Можно спорить о том, что изменение позиции Сталина по отношению к Израилю было следствием реакции на прозападную ориентацию его лидеров. После смерти Сталина в отношениях СССР — Израиль данная расстановка сил сохранялась.