Читать онлайн «Государственная измена». Страница 111

Всего же к 1994 году криминальные структуры перевели за рубеж ценности на сумму более 100 млрд. долл. Ежегодно вывоз капитала за рубеж составлял 18—20 млрд. долл.[635]

Кроме США, главными центрами «отмывания» преступных капиталов российских преступных группировок и связанных с ними банков и государственных деятелей являются Израиль, Швейцария и Англия.

По данным израильской газеты «Едиот ахронот», только в 1993 году на специальных долларовых счетах в израильских коммерческих банках были размещены свыше 1 млрд. долл. из России, причем большей частью привезены сюда наличными. Банковские счета эмигрантов из бывшего СССР позволяют без всяких ограничений перевозить деньги в любой другой израильский банк. Значительная часть этих денег получена бывшими советскими евреями благодаря торговле наркотиками, контрабанде оружием и рэкету[636]. Однако через Израиль перекачивали деньги на Запад не только евреи, но и представители бывшей советской номенклатуры других национальностей. Осенью 1996 года в аэропорту Тель-Авива был арестован с багажом, содержащим несколько миллионов долларов, бывший президент «самостийной Украины» Кравчук, намеревавшийся перевезти эти деньги через Израиль на Запад.

Традиционным местом хранения преступных капиталов российской мафии продолжала оставаться Швейцария. Авторитетный экономический журнал «Биланц» сообщал, что за 1991—1994 годы в Швейцарию из России было переведено на банковские счета 53 млрд. долл.[637].

Из числа известных западных банков обслуживанием российского черного рынка и преступных капиталов был занят английский банк Ротшильдов, возглавляемый А. Ротшильдом, таинственную смерть которого в 1996 году связывали с местью русской мафии[638].

Разгул преступности во время правления криминально-космополитического режима вызвал по всей стране беспрецедентную в ее истории волну убийств. Только за один 1992 год от рук убийц и бандитов погибло больше людей, чем за десять лет афганской войны[639]. По данным экспертов Государственной думы РФ, в середине 90-х годов ежегодно совершалось 10—12 млн. преступлений. Более полумиллиона людей погибли от насилия и умирали неестественной смертью[640].

Происхождение нового российского предпринимательства. — «Дадим им возможность воровать». — «Паразитический, ростовщический и спекулятивный капитал». — Биржевое мошенничество. — Импортно-экспортные махинации. — Банковские аферы с льготными кредитами и средствами госбюджета. — Экспроприация общенациональной собственности Русского народа. — Создание криминально-космополитического капитала. — Противодействие возникновению национально-русского капитала. — Еврейская финансовая олигархия

Происхождение и принципы формирования современного российского предпринимательства сформулированы его крестным отцом, финансовым аферистом и одним из руководителей криминально-космополитического режима А. Чубайсом. «Они (предприниматели. — О. П.), — делился своими сокровенными мыслями в узком кругу Чубайс, — воруют, воруют и воруют. Они воруют абсолютно все, и остановить их невозможно. Но давайте дадим им возможность воровать и приобретать собственность. Тогда они станут владельцами и хорошими администраторами этой собственности»[641]. Философия воровства и разграбления общенациональной российской собственности, созданной трудом целых поколений Русского народа, стала основой идеологии нового российского предпринимательства. Новые российские предприниматели по своему духу в корне отличались от русских предпринимателей XIX — начала XX века. У русских предпринимателей до 1917 года существовал своего рода негласный кодекс чести, осуждавший все виды паразитического, ростовщического, спекулятивного капитала. По неписаной табели о рангах российские предприниматели делились на несколько групп, а точнее, на две почтенных и одну непочтенную, презираемую. К первой группе относились промышленники, фабриканты (даже мелкие), крупные торговцы-оптовики, имевшие, кроме того, свои промышленные предприятия, а позднее финансисты и предприниматели в области страхования и кредита. Ко второй — торговцы, крупные, средние, мелкие, ведущие дело «по чести и без обмана». А к третьей, «презираемой», группе относилось большое количество всяческих жучков (в том числе и в высших сферах), спекулянтов, перекупщиков, ростовщиков, процентщиков, пытавшихся нажиться путем различных махинаций и обмана[642]. Именно к этой последней, «презираемой», категории и принадлежит подавляющее большинство (около 80%) нынешних российских предпринимателей. Причем, чем крупнее капитал «фирмы», тем выше удельный вес этой презираемой группы. Классический образец паразитического, ростовщического, спекулятивного капитала — финансовые пирамиды кланов еврейской финансовой олигархии (Березовского, Гусинского, Ходорковского, Потанина, Авена, Фридмана), сумевшей путем различных махинаций и преступного сговора с высшими должностными лицами страны получить контроль над 50—60% всего российского капитала.

Развитие предпринимательства на основе сколачивания паразитического, спекулятивного, ростовщического капитала, как я уже показал в разделе «Крушение СССР», складывалось, с одной стороны, за счет махинаций между внутренними и внешними ценами и получением (чаще всего за взятки) лицензии на внешнеэкономическую деятельность, с другой — путем биржевой, брокерской деятельности.

Как справедливо отмечалось, биржевое движение в его российском виде конца 80-х — начала 90-х годов «было грандиозной аферой. Суть ее заключалась в ограблении государства»[643].

За счет разницы низких государственных и высоких биржевых цен лица, именовавшие себя биржевиками или брокерами, получали незаработанный, жульнический доход. Механизм этого жульничества был таков. Госпредприятия за счет своих, т. е. государственных денег, формировали уставные капиталы бирж, учредителями которых были также и частные фирмы и лица. Первоначальный доход этих учредителей (владельцев) бирж образовывался за счет продажи брокерских мест, которые покупались опять же государственными предприятиями за огромные по тем временам деньги. При этом, как правило, директор государственного предприятия получал крупную взятку. На брокерском месте учреждалась брокерская контора, через которую проводились все сделки данного предприятия (в том числе традиционные поставки сырья и готовой продукции). При этом брокерская контора получала большие проценты с каждой сделки, получая деньги фактически ни за что, а точнее, за «дружбу» с руководством предприятия, которому за это причиталась определенная доля жульнической прибыли. На подобных махинациях сколотил свое первоначальное состояние еврейский финансовый аферист К. Боровой. После либерализации цен в феврале 1992 года на смену биржево-брокерскому бизнесу пришел другой вид финансового мошенничества — «импорт— экспорт». Именно здесь сосредоточились интересы большинства коррумпированных и основной массив сколоченных ранее теневых капиталов. Сверхприбыль шла за счет занижения стоимости поставок за рубеж, продавая товар по демпинговым ценам. Разница в ценах уходила на отдельные счета. Одновременно завышались цены на импорт, а разница также шла на отдельные счета. Афера эта проводилась как организованная государственная акция. Как писал в 1991 году один из прорабов советской перестройки С. Станкевич[644]: «Нужно первоначальное накопление капитала в частных руках. Каким образом это накопление капитала может происходить в нашей стране? Только одним способом — ввозом потребительских товаров в страну из-за рубежа, реализация их здесь за рубли с учетом гигантского разрыва курса доллара и рубля (примерно 1:50 в 1991 году. — О. 77.)... Это единственный крупный источник накопления в частных руках. А затем мы проведем приватизацию»[645].

После того как российские цены приблизились к мировым, — «импортно-экспортный» вид финансового мошенничества потерял свою привлекательность, но зато возник новый источник баснословного обогащения — манипуляции банковскими ресурсами за счет разницы между ставками Центрального банка и кредитами, которые банки выдавали предприятиям. Возник гигантский разрыв в ставках: в начале 1993 года межбанковская ставка была 120%, а кредитная — 240—300%. За взятки и важные услуги высоким государственным чиновникам некоторые банки получали льготные кредиты по низким процентным ставкам и спекулятивно перепродавали их мелким банкам и клиентам за более высокие проценты. А те, в свою очередь, торговали этими кредитами дальше. Разница между процентами за дешевые деньги, полученные за взятки от государства, и банковской ставкой при последней (дорогой) перепродаже кредита конечным потребителям создавала огромную незаработанную прибыль. Самую большую прибыль получали так называемые уполномоченные банки, через которых осуществлялась прокрутка бюджетных денег, направляемых на разные государственные нужды. Обогащение уполномоченных банков зависело от степени их близости и баснословной величины взяток, которые они давали первым и высшим должностным лицам[646].