Читать онлайн «Максим Горький (Биография писателя)». Страница 26

В журнале печатались писатели Короленко, Бунин, Блок, Есенин, Пришвин, Гладков, Маяковский, Бабель, Чапыгин, Брюсов, Райнис, Исаакян, Шишков, историк-марксист М.Н.Покровский, А.В.Луначарский, К.А.Тимирязев.

Печатает журнал перевод антивоенной повести Г.Уэллса "Мистер Бритлинг пьет чашу до дна". Цензура вырезала из нее большие куски.

На страницах "Летописи" появились горьковские статьи, повесть "В людях", рассказы "Страсти-мордасти", "Как сложили песню".

Не все в статьях писателя было верно. Горький не поднялся до ленинской идеи превращения войны империалистической в войну гражданскую, до борьбы за поражение своего правительства.

Несправедливо думал он о русском народе, в частности крестьянстве, представляя его по-обломовски слабовольным, стремясь резкостью своих суждений, чувством "ответственности за идиотизм соплеменников" расшевелить общественное мнение: "Мне больно видеть эту инертность, отсутствие инициативы у русского народа... Каждый человек ответственен за те мерзости, которые творятся в его доме, его городе, его стране..."

Стойкое представление о пассивности русского национального характера сказывалось в ряде произведений писателя, но не оно определяло их идейную направленность, а революционный порыв, социалистическая убежденность, уверенность в ведущей роли пролетариата в освободительном движении, непоколебимая вера в светлое будущее, глубокое и всестороннее изображение русской жизни.

Горький не увидел расслоения в европейской культуре. А Ленин в 1913 году писал: "В каждой национальной культуре есть, хотя бы не развитые, элементы демократической и социалистической культуры... Но в каждой нации есть также культура буржуазная (а в большинстве еще черносотенная и клерикальная)... Есть две нации в каждой современной нации... Есть две национальные культуры в каждой национальной культуре".

Заблуждения писателя имели немало причин.

Горький долгое время прожил за границей (после революции 1905 года), и у него несколько ослабли связи с русской жизнью. Вернувшись же, он не успел еще до конца понять происшедших изменений: начавшаяся война мешала ездить по стране, установить контакты с пролетариатом. Сказался общий подъем мелкобуржуазной волны, изменение состава пролетариата (немало рабочих было мобилизовано в армию, а сменившие их деревенские парни еще не усвоили пролетарскую психологию).

Подчас Горький некритически принимал утверждения буржуазных ученых. Влиял на него и меньшевистский состав политико-философской редакции "Летописи", которую Ленин называл "архиподозрительным" и "гнусным блоком" и писал: "Горький всегда в политике архибесхарактерен и отдается чувству и настроению".

4

Горький в предоктябрьские годы - одна из центральных фигур в духовной жизни России.

Он основывает издательство демократического направления "Парус". Официальным владельцем издательства был инженер А.Н.Тихонов - по соображениям цензуры имя Горького, на средства которого "Парус" сперва в основном и существовал, на первый план не выдвигалось. Издательство наряду с другими книгами выпустило "Сборники пролетарских писателей"*, а также сборники произведений армянских, латышских, финских писателей, намечало издание сборников украинской, белорусской, татарской, литовской, грузинской, польской, еврейской литературы.

______________

* Готовя первый сборник, Горький просмотрел около 500 рукописей, тщательно отредактировал ряд из них.

Пропаганда национальных литератур представляется Горькому особенно важной в годы первой мировой войны - в пору шовинистического разгула, проповеди ненависти к другим народам, национальной розни.

Большой интерес к творчеству Горького проявляли, в свою очередь, народы, населяющие Россию. Так, уже в 1899 году его "Песню о Соколе" перевел великий латышский поэт Ян Райнис.

Были изданы "Парусом" "Статьи 1905-1916" самого Горького (в 1917 и 1918 годах), "В людях", "Русские сказки", "Ералаш и другие рассказы".

"Парус" выпускал не только художественную литературу, а и книги политического характера - серию "Европа до и во время войны", задачей которой было разоблачение антинародного характера мировой войны. В июле 1917 года была издана книга В.И.Ленина "Империализм, как высшая стадия капитализма" - гениальное исследование экономики и политики империализма.

Горький подробно разработал план серии "Быт западноевропейских рабочих", которая познакомила бы русский пролетариат с жизнью рабочих других стран: их культурным уровнем, политической зрелостью, размером заработка, жилищными условиями, отношением к женщине и т.д. В условиях империалистической бойни между народами эти книги сплотили бы рабочих, показав их общих врагов, единство интересов трудового народа.

Задумывает Горький издание научно-популярных книг для юношества - об Эдисоне, Д.Бруно, Сократе, Дарвине, Колумбе, Жанне д'Арк, Бетховене, Диккенсе, Байроне.

С предложением написать эти книги он обратился к Р.Роллану, Г.Уэллсу, К.Тимирязеву. Сам Горький думает написать о Гарибальди.

Тяжелые условия военного времени, разруха, жестокость цензуры помешали воплощению многих горьковских замыслов.

Внимание Горького привлекает поэтическая молодежь, в частности поэты-футуристы. Не любивший богемы, писатель на вечере футуристов в кафе "Бродячая собака" чувствовал себя неловко. Он беспокойно поворачивал голову, теребил усы - признак его внутреннего волнения, - но среди выступавших выделил Маяковского: "Силач, далеко пойдет, даром что молод и неугомонен, такие в самый раз нужны..."

"Расчувствовавшийся Горький обплакал мне весь жилет", - с улыбкой вспоминал поэт о чтении в Мустамяках "Облака в штанах". Горьковский "Парус" выпустил сборник стихов Маяковского "Простое как мычание", его поэму "Война и мир".

"В нем много лихачества, задора, но много и наблюдательности, любви к жизни и несомненной талантливости, - говорил о Маяковском Горький. - Мне кажется, он скоро заставит о себе говорить... Такой талантливый! Грубоват? Это от застенчивости. Знаю по себе... Поэт. Большой поэт".

В свою очередь, и Маяковский, вообще-то довольно скептически настроенный к писателям старшего поколения, уважал Горького, которому подарил несколько книг своих стихов, надписав: "Алексею Максимовичу с любовью", "Дорогому Алексею Максимовичу" и т.п.

Горький заботился о росте писательских сил, помогал молодым писателям М.Пришвину, К.Треневу, И.Вольнову, А.Неверову, С.Подъячеву, В.Шишкову и другим. "Хорошо говорил он со мной, часа 1 1/2. Эти полтора часа незабываемы. Они решили мою писательскую судьбу", - вспоминал Бабель.

...В сибирском городе Кургане в типографии местной газеты работал наборщиком Всеволод Иванов. Он много читал, особенно любил из писателей Горького. В газете соседнего городка Петропавловска уже был напечатан его рассказ. Осмелев, он послал следующий свой рассказ "На Иртыше" в "Летопись", Горькому... "Послал и молчаливо стал ждать славы", - вспоминал потом Вс.Иванов. Горький прислал Иванову письмо, в котором назвал рассказ "славной вещицей" и обещал, что он будет напечатан в сборнике произведений пролетарских писателей. И тут же настойчиво советовал: "Вам необходимо серьезно взяться за свое самообразование, необходимо учиться. Мне кажется литературное дарование у Вас есть, значит - его нужно развивать. Всякая способность развивается работой". Этот совет учиться Горький повторил и в следующем письме Иванову: "Вы плохо знаете грамоту, у Вас много орфографических ошибок. Язык у Вас яркий, но слов - мало..." И тут же замечал: "Ваша способность к литературе - вне спора". Так, в авторе нескольких рассказов, из которых большая часть была неудачной, Горький разгадал одного из виднейших советских писателей.

5

Война ввергла страну в пучину горя.

Армия, руководимая бездарными генералами, терпела одно поражение за другим, несмотря на героизм русских солдат. Тысячи людей гибли в сражениях, не хватало оружия, обмундирования, продовольствия, медикаментов. Процветало взяточничество чиновников и предательство военного командования.

Правительственный аппарат, разъедаемый взятками и подкупами, равнодушный к судьбам России, показал свое полное бессилие справиться с положением в стране. Когда петроградские заводчики пожаловались на нехватку металла, чиновник ответил, намекая на взятку: "Заплатите сколько следует, и мы вам отдадим и Николаевский мост (мост через Неву в Петрограде; теперь мост Лейтенанта Шмидта. - И.Н.) в лом".

Война становилась все более непопулярной в народе. Цели ее были чужды массам, шовинистический угар первых дней давно прошел. Если в первые месяцы войны солдаты писали с фронта: "...помолись за меня богу, чтобы господь бог продлил мою жизнь, дал мне силу и расторопность, чтобы победить супостата-врага", то теперь характер солдатских писем стал иным.

"Эта война, - писали с фронта, - хуже японской, ту пропили, а эту продали и предали". "Прежде солдаты думали так: штык в землю и айда домой. А теперь многие считают, что винтовки из рук выпускать нельзя. Они скоро пригодятся: придется землю от помещиков отвоевывать... Скоро-скоро солдаты возвернутся с фронта домой и наведут свой порядок". "Пора кончать братоубийственную войну. Враги за спиной, а не впереди... с нетерпением ожидаю минуты, когда фронт повернется в обратную сторону лицом... настроение у всех скверное, озлобленное", - писали солдаты родным.