Читать онлайн «Всемирная прачечная: Террор, преступления и грязные деньги в офшорном мире». Страница 94

В 1995 году, по всей вероятности, Саддам контролировал средства, значительно превышавшие 32 млрд. долларов. Маловероятно, чтобы ко времени краха его режима в 2003 году эта цифра уменьшилась, она скорее раза в два увеличилась.

Как можно судить, глядя на его дворцы, Саддам не особенно ограничивал себя и не стеснялся тратить деньги. Его ежемесячные расходы на обеспечение лояльности и, в особенности, на личную безопасность, должно быть, составляли внушительную цифру. Крупные суммы тратились на прихоти и капризы. Когда Фарадиба, жена покойного шаха Ирана, продавала часть своих драгоценностей, Саддам, решивший купить их для своей супруги, снял со своего швейцарского счета 352 млн. долларов. Фарадиба, по очевидным причинам, отрицает факт продажи, но эту историю подтверждают два источника, одинаково надежные и независимые друг от друга.

По сообщениям некоторых источников, не верить которым нет причин, Саддам поместил в офшоры огромные суммы денег, создав гигантскую страховочную сеть для себя, своей семьи и ближайших соратников по партии БААС. Очевидно, он перегонял деньги через Женеву и целый ряд компаний. Одна из них, Montana Management, зарегистрирована в Панаме и контролируется женевской подставной компанией Midco Financial. В 1981 году Midco через Montana начала покупать акции французского медиа-конгломерата Hachette SA. Говорят, одно время Саддаму принадлежало 8,4% акций Hachette.

Помимо этого Саддам владел компанией Al-Arabi Trading со штаб-квартирой в Багдаде, которая приобрела крупную долю британской Technology and Development Group (TDG). В 1987 году TDG купила фирму прецизионного оборудования под названием Matrix-Churchill. Через несколько лет таможня Великобритании, узнав об этой сделке, пригляделась к Matrix-Churchill повнимательнее, и в результате проведенной в ней проверки была конфискована часть конструкции, являвшейся якобы «суперпушкой», предназначавшейся для Ирака.

Американцы начали искать его деньги сразу же после того, как он пришел к власти. В апреле 1991 года отделу контроля за иностранными активами Министерства финансов США удалось узнать, что ему принадлежало 52 предприятия, и установить личности 37 частных лиц, имевших прямую финансовую связь с ним или его партией БААС. 24 из этих 52 компаний были расположены в Великобритании, и несколько из них использовали один и тот же адрес — дом №3, Мэндел-вилл-плэйс, Лондон W1. Свыше десяти из 37 частных лиц также проживали в Великобритании.

Большую часть времени «Международная корпорация Саддама» управлялась его сводным братом Баразаном аль-Такрити, который находился в Швейцарии в качестве специального посла Ирака. Баразан был арестован сразу же после падения Багдада в апреле 2003 года. Ему доподлинно известно местонахождение валюты, золота и драгоценностей, прибывавших дипломатической почтой от его сводного брата, потому что именно он размещал их в швейцарских банках. Он также многое может рассказать о приблизительно 500 подставных компаниях: о том, как они были созданы, как связаны друг с другом и в каких направлениях перемещались через них деньги. В конце концов, Баразан почти 20 лет занимался тем, что укрывал деньги своего брата.

Однако и здесь у Саддама есть серьезная проблема. Создавая сеть подставных компаний, Баразан привлек к этому целую команду иракцев, проживающих за пределами страны, а также нескольких иорданцев и палестинцев. Говорят, что деньги Саддама были положены на их имена — чтобы нельзя было установить никакой связи с иракским лидером или его семьей, — и тщательно отмыты через двусторонние кредиты, инвестиции и трасты, а затем переведены в законопослушные предприятия, якобы находящиеся в Испании, Франции, Бразилии, Индонезии, Гонконге, Великобритании и Соединенных Штатах.

До тех пор, пока Саддам находился у власти, до тех пор, пока его приспешники могли угрожать физической расправой семьям людей, служивших ему прикрытием, те не смели прикоснуться к этим деньгам. Наказанием за плохой учет была смерть.

Сегодня такой угрозы больше не существует. Одним из главных недостатков ведения дел в офшорном мире как раз и является то, что приходится иметь дело с подлецами, которым нельзя верить.

Как только была сброшена статуя Саддама в центре Багдада, его деньги стали отмываться через новые подставные компании, тайные банковские счета и трасты на тропических островах. Теперь этим занимались люди, знавшие, что, даже если они их украдут, никто их за это не накажет.

Несколько лет назад в Монреале при участии RCMP проводилась международная конференция, посвященная вопросам борьбы с отмыванием денег. После того как один из основных докладчиков закончил свое выступление, молодой человек из зала задал ему такой вопрос: «Что, по вашему мнению, мы должны делать? Я живу на Восточных Карибах. Европа и Соединенные Штаты забрали у нас все. У нас вообще нет производства, а после 11 сентября не стало и туристов. Теперь вы говорите, что мы не должны выдавать лицензии офшорным банкам и продавать готовые компании. Но мы уже сегодня голодаем, как же нам прокормить себя завтра? — он помолчал минуту и вновь спросил: — Скажите, пожалуйста, так что же нам делать?»

Оратор пристально посмотрел на молодого человека и сказал сущую правду: «Не знаю. Я могу сказать лишь, чего мы — все мы — не должны делать». Он до сих пор сожалеет, что не смог дать более содержательного ответа.

* * *

После того как правительство Антигуа выдало офшорную лицензию Hanover Bank, а группа русских перекачала через Нормандские острова и Bank of New York 4,2 млрд. долларов, после того как стало известно о существовании связи между Al-Shamal Bank в Хартуме и Усамой бен Ладеном, проповедники, возглавившие конгрегацию против отмывания денег, возжелали, чтобы весь мир поверил в то, что принцип «знай своего клиента» (know your client, KYC) и есть ниспосланное нам свыше средство спасения от зла.

И они не уставали твердить: «Если каждое финансовое учреждение в каждой стране будет придерживаться данного принципа, грязные деньги не смогут попасть в систему, и мы покончим с этим бизнесом».

Но в реальном мире принцип KYC помогает против отмывания денег так же, как «змеиное масло». Там, где этот принцип доброволен, его чаще всего игнорируют. А там, где он введен законодательно, его очень часто обходят. И помогают в этом т.н. «привратники».

Эта группа заслуживает внимания хотя бы потому, что может преградить путь движению грязных денег, всего лишь отказавшись сотрудничать с компаниями, желающими их отмыть. Это банкиры, юристы, бухгалтеры, инвестиционные брокеры, посредники, управляющие фондами, брокеры недвижимости, устроители аукционов и т.д. Люди, которые в силу своего профессионального опыта могут легко распознать попытки отмывания денег или, по крайней мере, знают, какие вопросы нужно задать, чтобы с уверенностью их идентифицировать. И которые, используя свое положение, могут либо помочь, либо помешать этому.

Ориентиром для «привратников» является понятие «фактический владелец» — т.е. они должны знать, кому в действительности принадлежат деньги, обслуживанием которых они собираются заняться, — и им напомнили, что они не должны работать с компаниями и счетами, если невозможно установить их фактических владельцев.

«Привратники» возразили, что это является нарушением их исконного права на «конфиденциальность в отношениях с клиентами», а также «нарушением прав человека, вполне в духе Большого Брата».

Некоторые положения Закона «Об объединении и усилении Америки…» (USA Patriots Act) позволили Большому Брату на несколько шагов приблизиться к своей цели, по крайней мере в том, что касается отмывания денег. И уж, конечно, нет никаких сомнений, что этот закон изменил реалии финансового мира. KYC и «привратники» по-прежнему существуют, но два закона — USA Pats-1 и последовавшие затем поправки, получившие название USA Pats-2, — в настоящее время стали настоящим бременем для финансовых учреждений, работающих в Соединенных Штатах. По определению, они распространяются также и на иностранные финансовые учреждения, имеющие филиалы и представительства в США. Поскольку картины 11 сентября еще свежи в памяти каждого, конгресс не намерен шутить с теми, кто занимается отмыванием денег и финансированием террористических организаций.

Эти законы запрещают финансовым учреждениям открывать, поддерживать и вести корреспондентские счета от имени иностранных банков, не имеющих физического присутствия в стране регистрации. Иными словами, если у офшорной компании нет крыши над головой, вы не можете вести с ней дела. Кроме того, если работающие в США финансовые учреждения не определят источники средств, поступающих на частные банковские счета из-за рубежа, они также рискуют подвергнуться значительным штрафам. Эти законы предусматривают санкции и против стран, отказывающихся предоставлять американским правоохранительным органам информацию о вкладчиках их банков.