Джеффри Робинсон - Всемирная прачечная: Террор, преступления и грязные деньги в офшорном мире

Читать онлайн «Всемирная прачечная: Террор, преступления и грязные деньги в офшорном мире». Страница 61

Автор Джеффри Робинсон

Westfield попала в поле зрения SEC уже после того, как вышла из бизнеса. Комиссия ничего не знала о наличных деньгах и, во всяком случае, не интересовалась Westfield в связи с их отмыванием. Маццео и его партнеры привлекли к себе внимание SEC в связи с четырьмя конкретными нарушениями «правил S» закона о ценных бумагах 1933 года.

Этот набор правил, известный как Reg-S, был призван облегчить небольшим компаниям привлечение капитала посредством специальной продажи акций иностранным инвесторам. Поскольку такие продажи происходят за пределами регулируемых рынков ценных бумаг, компаниям не нужно подавать все необходимые документы или предоставлять о себе подробную информацию, как это происходит в том случае, когда предложение регистрируется. Логика здесь такая: до тех пор, пока эти акции продаются в другой юрисдикции, регулирование данного вопроса и защита граждан является заботой этой другой юрисдикции. Главным ограничением, налагаемым на продажу по правилам Reg-S, является период ожидания: первоначально он составлял 40 дней, а впоследствии был увеличен до одного года — в течение которого офшорные покупатели не могут перепродавать акции на американских рынках. Это сделано главным образом для того, чтобы компании не могли воспользоваться Reg-S для обхода американских требований к отчетности.

Однако, поскольку акции Reg-S продаются в офшорных зонах с большой скидкой и покупатели по истечении периода ожидания могут перепродавать их на американских рынках (т.е. в принципе имеют возможность получить немедленную прибыль), к продажам могут привлекаться иностранные покупатели, действующие в интересах американских продавцов. По существу, это незаконно. И именно это беспокоило SEC в вышеупомянутых четырех сделках Маццео.

В марте 1993 года Маццео и Westfield осуществили дисконтную продажу иностранной компании 50 тыс. незарегистрированных акций компании по производству женской обуви под названием Candies в обмен на краткосрочные необеспеченные простые векселя. Маццео договорился о продаже непосредственно с адвокатом иностранного покупателя в Лондоне. Этот адвокат предложил за акции необеспеченные долговые расписки на 150 тыс. долларов. Через 40 дней эти же акции были проданы Маццео от имени иностранного покупателя, а вырученные от продажи деньги пошли на погашение долговых расписок. Через два месяца Маццео продал четырем иностранным фирмам 727 272 дисконтированные акции за 2 млн. долларов. Одной из этих фирм была либерийская подставная компания с адресом 117049, Москва, а/я 26. Никакой другой информации не предоставлялось. Эту сделку провернул тот же лондонский юрист, и в ней опять-таки были использованы долговые расписки. Когда истек 40-дневный период ожидания, акции были проданы на американских рынках за 2,8 млн. долларов, и долговые расписки были погашены.

За этим последовали еще две дисконтные продажи по схеме Reg-S, в которых была использована та же самая формула. В них участвовали 25 тыс. акций Candies, дисконтированных на 75 тыс. долларов, и 600 тыс. акций компании под названием Response USA — производителя персональных систем аварийного реагирования, — дисконтированных на 1,5 млн. долларов. От имени иностранного покупателя в обоих случаях выступил тот же лондонский юрист, он купил акции за долговые расписки и погасил их, когда спустя 40 дней они были проданы на американском рынке.

SEC квалифицировала эти сделки как несоблюдение правил продаж и, следовательно, нарушение Reg-S. Компания Маццео была ликвидирована, ему самому было запрещено в течение пяти месяцев выступать в роли брокера, дилера, консультанта по инвестициям или дилера по продаже ценных бумаг. Затем SEC переключилась на более крупную дичь, и Маццео вздохнул с облегчением.

Прямым результатом потери мафией контроля над Фултонским рыбным рынком и вывозом мусора стало превращение в «подвалы» множества офисов на Уолл-стрит и в других, менее значительных, финансовых районах. И эти «подвалы» были оформлены, как настоящие офисы. Новая игра называлась «микрокапитализация» — ее объектом становились слабо капитализированные, вяло торгуемые компании, множество которых можно найти плавающими у дна небольших, слабо регулируемых бирж. Поскольку от компаний с микрокапитализацией не требуется подавать в SEC прошедшую аудит отчетность — большинство таких компаний этого и не делает, — часто бывает невозможно выяснить, чем занимается компания и сколько она стоит в действительности. Если прибавить к этому мошеннические методы продаж, становится понятно, как можно манипулировать ценами и обманывать инвесторов и почему мафии это так нравится.

Жулики, стоящие за этими сделками, поставляют акции в «подвалы», где мошенники, замаскировавшиеся под брокеров, вздувают цены, навязывая акции ничего не подозревающим клиентам, и принуждают других дилеров делать то же самое. Это продолжается до тех пор, пока цена акций не поднимется на достаточно высокий уровень, после чего они сбрасываются на ничего не подозревающий рынок. Инвесторы теряют все, а жулики отправляют прибыль в офшоры и приступают к следующей махинации.

Маццео, например, провернул такую операцию с микрокапитализированной компанией под названием Guardian Technologies International. Это была компания по производству пуленепробиваемых жилетов, основанная Оливером Нортом, чьи собственные аферы с отмыванием денег раскрылись в разгар скандала «Иран — контрас» в 1980-е годы. Благодаря Маццео с его 16 подставными компаниями и способностью манипулировать ценами акций, Guardian Technologies в первый же день подскочила на 12 долларов. Затем Маццео обрушил акции на ничего не подозревавших инвесторов, и цена камнем пошла вниз, спустившись в конце концов до уровня нескольких центов.

Эта афера сошла ему с рук, потому что была обычным, повседневным мошенничеством с использованием Reg-S, а прокуроров в то время интересовали крупные сделки и операторы, имеющие связи с мафией. Именно поэтому SEC, ФБР и окружная прокуратура Манхэттена добились закрытия Meyers Pollock Robbins.

Работая из Нью-Йорка, Лас-Вегаса и южной Флориды, Meyers Pollock Robbins провернула стандартную операцию «мыльный пузырь», в которой было задействовано более двух десятков микрокапитализированных компаний, обобрав при этом 16 тыс. клиентов на общую сумму 176 млн. долларов. В центре этих мошеннических сделок находились преступные семьи Геновезе и Бонанно, которые не только финансировали их значительную часть, но и обеспечивали «стимулирование» бизнеса — то есть взятки и запугивание.

Окружная прокуратура Манхэттена проследила за движением денег и обнаружила 1,5 млн. долларов на Гернси (группа Нормандских островов). Здесь же были зарегистрированы некоторые из использованных Meyers Pollock Robbins подставных компаний.

Едва SEC и прокуратура прикрыли Meyers Pollock Robbins, как им вновь пришлось объединять усилия, чтобы прихлопнуть другую мафиозную дилерско-брокерскую контору, занимавшуюся делами с малой капитализацией, — A.S. Goldmen.

Эта контора появилась на свет в 1988 году в результате усилий братьев Энтони и Сальваторе Марчано, которые решили, что озолотятся, если их план сработает. A и S в названии фирмы — первые буквы их имен, а Goldmen — то, чем они надеялись стать. Братья открыли офисы в Неаполе, Флориде, Нью-Йорке и Нью-Джерси и к середине 1990-х годов имели более 300 брокеров и 50 тыс. клиентских счетов. В ходе лишь одной мошеннической сделки Марчано продали 3 млн. акций компании Millennium Sports Management, заработав на этом 7,5 млн. долларов. Большую часть они промотали, однако немало припрятали на офшорных счетах. Позднее выяснилось, что предложение акций Millennium финансировалось семьей Геновезе.

Всего A.S. Goldmen прокрутила акции 10 компаний, облегчив карманы инвесторов на 100 млн. долларов. Часть этих денег была отправлена на Багамы, другая часть всплыла там же, где и деньги Meyers Pollock Robbins. У этих двух фирм вообще было немало общего, и многие брокеры работали и с той, и с другой. Как и Meyers Pollock Robbins, A.S. Goldmen была закрыта, а ее руководители отправлены в тюрьму. Деятельность Энтони потянула на срок от 10 до 30, а Сальваторе — от 5 до 15 лет.

Вскоре SEC и ФБР взялись за DMN Capital Investments. Эта фирма финансировалась в первую очередь Бонанно и Гамбино, но, строго говоря, к ней имели отношение все пять местных мафиозных семей. DMN вела мошенническую торговлю акциями 19 компаний и осуществила частное размещение акций еще 16 компаний. Ее руководители не брезговали, кроме того, рэкетом и физическим насилием. После 10-месячного расследования были проведены массовые аресты, в ходе которых 600 агентов ФБР и сотрудников полиции задержали 120 человек в 13 штатах. Инвесторы понесли убытки в 50 млн. долларов. Часть этих денег была обнаружена на Карибах, остальные до сих пор остаются спрятанными в офшорах.

«Связь с офшором можно установить всегда, — утверждает Карлин. — Если у вас нет офшора, значит, вы плохо учились в школе. У вас не было хорошего наставника, и вы ничего не поняли. С офшором вас найти гораздо труднее. Не то чтобы вообще невозможно, но, если вы имеете офшор, на это потребуется больше времени, и сделать это будет намного труднее».