Читать онлайн «Ночь длинных ножей». Страница 17

Нужно отметить, краеугольными камнями фашистской культуры, связывавшей мужчин до 1933 г., были идеологически заряженный гомосексуальный эротизм и сексуальность. Доктор Карл-Гюнтер Геймсот, близкий друг и сослуживец Рема по Добровольческому корпусу в своей статье «Дружба или гомосексуальность», напечатанной в 1925 г., показывает, как просто воинственная стилизация «мужского гомосексуального эротизма» может быть заряжена расовыми идеями и использована против «низменного феминизма и семитизма». Вот в каком мире жил Рем, вот какие идеи он пытался навязать послереволюционному немецкому обществу, главным образом, с помощью грубой атаки на ценности и представителей демократической политической культуры. Эротические фантазии Рема противоречили его эстетическим взглядам. Судя по его мемуарам, опубликованным в 1928 г., он был прекрасным мастером слова. Он был также неплохим оратором и любил музыку, особенно Вагнера. Внешне грубый, в личной жизни он умел быть нежным, о чем свидетельствуют его письма к своему протеже и «милашке», студенту, изучавшему искусства, Мартину Шатцлю.

Каким образом Рем решал свои наклонности, можно увидеть из статьи «Национал-социализм и гомосексуальность», которая если и не была написана им лично, то была им одобрена. Ее анонимный автор утверждал, что он выражает не просто «личное мнение, но и взгляды самого фюрера». Суть статьи была в том, что следует выполнять долг солдата и товарища. Всякий, кто так поступает, в частной жизни может заниматься чем угодно, лишь бы он скрывал тайную сторону своей жизни от посторонних взглядов. Своему другу Геймсоту Рем признавался в 1929 г., что он «голубой», но узнал об этом лишь в 1924 г. «Я вспоминаю серию гомосексуальных чувств и актов, относящихся к моему детству, но я имел также связи и с многими женщинами. И никогда они не доставляли мне большого удовольствия. Три раза я болел триппером, что я впоследствии воспринял, как наказание природы за неестественные сношения. Теперь я ненавижу всех женщин, особенно тех, которые пристают ко мне со своей любовью, а таких немало».

Утверждают, что до Первой мировой войны у Рема была невеста, но, очевидно, их связь продолжалась недолго. После этого он попал в исключительно мужское общество фронтовиков и членов Добровольческого корпуса, где ему не надо было скрывать свои гомосексуальные наклонности. Есть основания полагать, что в 20-х годах у него были продолжительные сексуальные отношения с Эдмундом Хейнесом, еще одной «милашкой». Но другие источники утверждают, что он впервые узнал о своей «голубой» ориентации в 1923-1924 гг., когда сидел в Штадельбургской тюрьме после участия в «пивном путче». Как бы то ни было, Рем принимал себя таким, каким он был, и в 1929 г. он признавался, что был вполне доволен своей «голубизной». Он заявлял, что не принадлежит к числу «паинек», и настаивал на том, что моральность моралистов редко бывает подлинной. Впоследствии выяснилось, что в 1920-е гг. он не только покровительствовал продажным мужчинам, но и открыто выступал за отмену статьи 175 немецкого уголовного кодекса, осуждающего гомосексуальность.

Когда Рем и Гитлер встретились впервые, капитан был совсем не тем толстяком с толстым животом и бычьей шеей, которого стали знать впоследствии. А его изуродованное шрамами лицо придавало его чертам особую привлекательность. Многие источники утверждают, что между Ремом и фюрером была сексуальная связь. Об этом, к примеру, говорится в упоминавшемся нами анонимном дневнике генерала рейхсвера, изданном за рубежом. Но Лотар Махтан, современный немецкий историк, сомневается в этом. Правда, в мемуарах близкого друга фюрера Эрнста Ганфштенгля, опубликованных на немецком языке в 1970 г., содержится намек на то, что в 1923 г. их отношения перешли за рамки обыкновенной дружбы. Однако и он считал, что такие слухи были сильно преувеличены.

Гитлер признавал талант Рема как планировщика и организатора. Он научился от него уверенной, мужественной манере вести себя, и вскоре даже бывалые солдаты начали воспринимать его всерьез. Что касается Рема, то он признавал в Гитлере талант политика, харизматического лидера, который способен зажигать массы. Оба взаимно дополняли друг друга. Они прекрасно уживались как братья по оружию. Их объединяла любовь к музыке. Кроме того, тот факт, что оба были «голубыми», их связывал.

Как писал в своих мемуарах Рем, «нас с Гитлером связывали узы искренней дружбы». Даже тогда, когда они разошлись в 1925 г., они продолжали оставаться верными друзьями. В 1924 г., после того, как Рема выпустили из тюрьмы, Гитлер назначил его командиром штурмовых отрядов. Весной 1925 г. потерял работу и был вынужден перебиваться случайными заработками. Когда в декабре 1928 г. ему предложили должность военного советника боливийской армии, он с готовностью принял ее. Осенью 1930 г. он получил письмо от Гитлера, в котором тот предложил ему стать начальником штаба СА. 5 января 1931 г. Рем занял этот пост и вскоре приобрел политическое влияние. В конце 1933 г. фюрер назначил его на должность министра без портфеля. Но уже спустя несколько месяцев, 30 июня 1934 г., по приказу «боевого товарища» Адольфа, он был застрелен эсэсовскими палачами в тюремной камере. Что же лежало за этой сменой событий? Лотар Махтан считает, что ответ отчасти кроется в гомосексуальности Гитлера.

Почему Гитлер вновь предложил ему командовать СА, несмотря на их былые размолвки-это вопрос, на который нельзя ответить, не изучив политическую обстановку, существовавшую в Германии в 1930—1931 гг. После вывода Рема из состава руководства партией в 1925 г. Гитлеру сначала удалось получить поддержку со стороны членов НСДАП своего нового взгляда на СА как на силу, специализирующуюся на запугивании и пропаганде во время выборов. Но после выборов в рейхстаг, состоявшихся 14 сентября 1930 г., Гитлер решил, что должен уступить взглядам традиционных элитарных кругов на мораль в области политики. Штурмовики таким взглядам не соответствовали. Они чересчур буйствовали и горлопанили. Вальтер Стиннес, командир берлинских формирований СА, отрицавший стратегию прихода к власти легальным способом, открыто выступил против мюнхенского руководства партии, и его СА захватили берлинскую штаб-квартиру НСДАП. Лишь с большим трудом Гитлеру удалось взять под контроль разбушевавшихся коричневорубашечников. Потому-то он и обратился за помощью к Эрнсту Рему.

Более разумного решения он не мог принять: Рем был из тех же кругов, что и СА, разговаривал на их языке и разделял их воззрения. Будучи одним из первых партийных активистов, он имел значительный вес в НСДАП. Два этих обстоятельства служили гарантией, что дальнейшего распада СА и партии не произойдет. Однако фюрер понимал опасность, которая кроется в том факте, что он вновь возвысил Рема, который не скрывал своей «голубизны» и поэтому был объектом критики как со стороны оппозиции, так и со стороны членов партии. Но открыто выступить против гомосексуализма Гитлер не смог. 3 февраля 1931 г. он издал декрет, осуждающий «нападки на частную жизнь высших и старших офицеров СА». Он утверждал, что СА — «это не институт благородных девиц, а объединение крепких бойцов... Их личная жизнь не может быть объектом пристального наблюдения, если она не нарушает главные принципы национально-социалистической идеологии». Гитлер хотел показать, что он выше таких вопросов, и в то же время ему надо было оказать Рему ту поддержку, в которой он нуждался. Такое отношение шло вразрез со взглядами противника «голубых» Йозефа Геббельса, который писал в дневнике 27 февраля 1931 г., что он всячески будет сопротивляться превращению национал-социалистической партии в «Эльдорадо» гомосексуалистов.

Эрнст Рем вскоре оправдал ожидания, возложенные на него Гитлером. Ему удалось прекратить разгул штурмовиков и уменьшить трения между своими СА и партийными организациями. СА получали новых членов не только из Добровольческого корпуса, но откуда только придется. Даже Геббельс признал его заслуги: «Начальник штаба СА Рем сотворил чудо. Из разрозненных, рыхлых групп он создал прочную организацию соединенных в один кулак бойцов». СА разделяли курс Гитлера, направленный на приход к власти легальным путем и отказались от всякой идеи путча. Но своими успехами Рем был обязан не только умению командовать подчиненными, но и проводимой им политике. На важные посты в СА он назначал людей с гомосексуальными наклонностями, а те, в свою очередь, подбирали себе в помощники своих единомышленников. Одним из них был уже упоминавшийся нами Эдмунд Хейнес, партнер Рема по любовным играм в 1920-х гг., с которым, по слухам, в близких отношениях был и Гитлер. Он получил назначение на должность заместителя Рема в Силезии, получив чин обергруппенфюрера СА. Были и другие примеры.

Для Гитлера «нетрадиционная» сексуальная ориентация СА стала поводом для атак со стороны соперников и моралистов в партийных рядах. И этому не могли помешать даже успехи Рема.