Читать онлайн «Послесловие к мятежу.1991-2000. Книга 2». Страница 203

Система духовных ценностей, которыми нация должна руководствоваться для исполнения своей миссии на земле, называется национализмом. Само собой разумеется, что утверждение русского национализма как господствующей системы взглядов одновременно должно означать и преодоление в общественном сознании таких его антагонистов, какими являются шовинизм, космополитизм и интернационализм, доктрин, неприемлемых вследствие их разлагающего воздействия для любой нации.

Русские в последние годы отказались от “робких сетований”, приступив к решительному преодолению отжившего прошлого. В отличие от мифического пролетариата, которому, согласно известному девизу, нечего было терять, русским, если они будут пребывать в состоянии робости, нерешительности, покорности, могут потерять шестую часть мира, освоенную ими за более чем две тысячи лет своего цивилизационного развития. Они могут потерять Россию, если будут игнорировать специфическую, потенциально опасную, революционную, а потому переходную фазу национального развития.

Революции не совершаются ни по воле начальства, ни по воли так называемого общества, ни из-за наличия в нем так называемых революционеров. Они происходят вследствие наличия совокупности объективных факторов, которые создают революционную ситуацию.

Оказавшись в такой ситуации, задача нации как раз состоит в том, чтобы активно действовать не вопреки, а в соответствии с ее логикой. Если русским сейчас что-то и мешает, так это недостаточная радикальность в действиях, которая возникла из-за отсутствия ясного понимания цели революции и ее стратегии. Иначе говоря, вследствие недостаточной концентрации в общественном сознании революционных идей, соответствующих характеру данного этапа.

Пройдя лишь первоначальный, в значительной степени разрушительный этап, современная русская революция неизбежно преодолеет собственные недостатки, а заодно опровергнет высокомерно-покровительственные суждения о русской недоразвитости и неполноценности.

На очереди новая фаза революции, которая помимо того, что она приобретет созидательный характер, одновременно станет и периодом утверждения ценностей русской национальной идеи, реализация которой в состоянии превратить Россию в лидера XXI столетия.

Поэтому новая национальная Россия должна без какого-либо сожаления отправить на историческую свалку все, что мешает ей развиваться, и прежде всего советы впавшей в детство “народной совести” с замшелыми баснями о “государстве, стоящим с алебардой на площадях и следящим, чтобы не грабили подданных”.

Важнейшая проблема современной России — преодоление разложения русского ядра государственности. Надо успеть до того момента, пока не произошел необратимый распад “русскости”: по паспорту и физиономии “русский”, по менталитету — приватизированный (денационализированный) “россиянин”.

Действительно, мы живем в ситуации распада национального самосознания ("русские" и «россияне», "новые русские" и "старые русские"), а социологические данные демонстрируют основательную загаженность создания косным «европеизмом» ("правовое государство", "права человека", “интересы гражданина выше интересов государства”).

Одновременно наблюдается частичный или полный распад идентичности:

— расовой (многонациональность — распад государственности, интернационализм, евразийство — отказ от своей расовой природы),

— этнической (утрата самобытности, евро-унификация города, вымирание деревни, утрата языка),

— национальной (утрата признаков государственности, расчленение СССР, федерализм, утрата общей истории, деградация образования, исчезновение научных школ),

— цивилизационной (вырождение универсалистской парадигмы "третьего Рима" и переход к дурному “атлантизму”, утрата литературы, философии и даже политической публицистики).

Обозначившиеся пределы роста в общемировом масштабе и концепция "золотого миллиарда" для наиболее сильных держав оставляют два основных сценария для России. Либо «европеизм» и растворение в колониальной периферии атлантической цивилизации (денационализация), либо «традиционализм» и восстановление цивилизационной идентичности и вхождение в систему мировых цивилизаций с шансами выиграть конкурентную борьбу в условиях культурного и технологического кризиса. Либо мобилизующая опора на древнюю историю (без попыток ссорить одну древность с другой) и идеологию консерватизма, либо физическое вымирание в течение ближайшего столетия.

Сегодня становится ясно, что индивидуалистическая парадигма — это отказ от собственного рода, от нации, как формы родового взросления, и государства, служащего домом нации. Коммунистическая парадигма никогда не отмоется от этих грехов, от истории борьбы с русскими. Только национализм, традиционализм, консерватизм заключают в себе технологию выживания в условиях свирепой конкуренции.

Истинный русский национализм является политической реализацией “русской идеи”, идеологической и политической проекцией русского традиционного мировоззрения.

Русский национализм не может быть создан под “социальный заказ” на злобу дня. Идеология вообще не создается внезапно, но может возникнуть только на базе мощной мыслительной традиции. Более всего русская национальная традиция проявилась в русской философии XIX–XX в. Именно в ней можно найти и обоснование русского национализма, и все его особенности.

Основа русского национализма — развенчание и преодоление либерального и коммунистического мифа, демонстрация их родства в утверждении человекобожия. И русский коммунизм, и русский либерализм основаны исключительно на материализме, на мифе "идеального общества", на вольтеровской “человек по своей природе добр”, на антитрадиционализме и революционизме.

Здесь стоит упомянуть, что универсалистский либеральный миф эпохи Просвещения давно преодолен на Западе. Запад давно отказался от “общечеловечности” в пользу борьбы за ресурсы для “золотого миллиарда”. Именно поэтому либеральные концепции являются для России крайне разрушительными. Они не дают России адекватно ответить в условиях жесточайшей межцивилизационной конкуренции.

Русский национализм — это идеология цивилизационной перспективы для России. Именно он обеспечен вполне реальной технологией противостояния разрушительным внутренним и внешним процессам. Русский национализм — это культурное обоснование аскетизма и подготовки технологического прорыва. Но даже это не главное. Главное — духовное обоснование своей уникальной формы цивилизации ее нерасчлененной древности, неслучайности русской истории.

В условиях провала партийного строительства, социальной дезориентации разнообразных слоев и групп, антинациональной властной элиты как должен политически осуществлять себя русский национализм? Ответ парадоксален — он должен уйти из политики, то есть отказаться от общепринятых на сегодня технологий борьбы за власть! Это не означает отказа от борьбы вообще. Это означает уклонение от публичности и установку на работу в форме закрытых сообществ и “партизанских отрядов”.

Задача состоит в выделении «субъекта» национального строительства — особой страты или нескольких страт в хаотическом обществе. Причем эти страты должны носить элитный характер — опираться на научные и образовательные сообщества. Постепенно они должны сформировать национальную элиту — соединение доктринально сплоченных сообществ, отбросивших конфронтационность. В дальнейшем можно стремиться к соответствию культурной и социальной стратификации.

Политическая технология национальной элиты должна состоять в следующем:

— отказ от «народности» (охлократизма) и поддержки ее проявления — «общественности» или “интеллигенции”. Народ — лишь носитель генетики, но не творец культуры и политики. Необходимо отделение демоса — профессионалов и граждан, от охлоса; преодоление “гражданского общества”, вырожденного в структуры «общественности», ставшие формой охлократизации демоса;

— выстраивание "символа веры" и цензов от простых к сложным (сообщество "не читающих газет вроде МК" и т. п.): сначала "честь и Родина", лишь потом деление на «левых» и «правых», полидоктринальность;

— формирование культурных сообществ (определенный стиль жизни + механизм включения готовых его принять) и идейных доктрин для каждой страты (при непротивлении остальным доктринам, признание права на научный поиск).

— профессиональный и образовательный ценз — цеховая структура;

— отказ от комплекса оппозиционности ("служим стране, а не режиму", "не против власти, а сквозь власть", "партии — чуждое явление", “не политическая поддержка режима, а профессиональное служение Отечеству”), отказ от партийного строительства, профессиональное овладение властью;