Читать онлайн «Пять кругов ада. Красная Армия в «котлах»». Страница 60

Однако пока шло выдвижение 1-й ударной и 20-й армий, обстановка оставалась крайне напряженной. Прорыв 3-й танковой группы к каналу Москва — Волга создал большой разрыв между правым флангом 16-й армии и левым флангом 30-й армии Западного фронта. Вдоль самого канала этот разрыв заполнялся частями прибывающей 1-й ударной армии, а просвет между Солнечногорском и Яхромой пришлось временно заполнить переброшенными из других армий резервами, объединенными в так называемые группы Захарова и Ремизова. Ситуация осложнялась тем, что командованию 3-й танковой группы удалось высвободить из-под Калинина XXXXI моторизованный корпус и выдвинуть его в передовые порядки наступления. В последний день ноября корпус находился в районе Клина. К тому моменту в 1-й танковой дивизии корпуса насчитывалось всего 37 танков. В 6-й танковой дивизии оставалось 4 боеготовых танка Pz.II, а боеготовые Pz. 35(t) и Pz.IV отсутствовали вовсе.

В последних числах ноября севернее Москвы на канале Москва — Волга ситуация стала критической. Немцы глубоко продвинулись здесь и разобщили главные силы 30-й и 16-й армий. В процессе длительного и напряженного оборонительного сражения на правом крыле Западного фронта резервы в основном черпались из армий самого фронта и с разных сторон непрерывно направлялись к угрожаемым участкам. Они вместе с войсками двух армий на главном операционном направлении задерживали и останавливали врага, но еще не могли добиться перелома операции в нашу пользу. Назревал кризис сражения на правом крыле. Пришло время ввести в дело крупные резервы Верховного главнокомандования.

С этой целью еще в период с 26 ноября до 1 декабря войска вновь сформированной 1-й ударной армии В. И. Кузнецова (29-я, 47-я, 55-я, 50-я, 71-я, 56-я, 44-я стрелковые бригады) сосредоточивались в районе Загорск — Дмитров. Армия выдвигалась на восточный берег канала Москва — Волга на фронт Никольское (севернее Дмитрова 15 км), Бол. Ивановское (южнее Дмитрова 22 км). Группа генерала Захарова (части 126-й и 133-й стрелковых, 17-й кавалерийской дивизий, 21-й и 24-й танковых бригад) директивой командования Западного фронта включалась в состав 1-й ударной армии. Одновременно к северо-западу от Москвы в районе Лобня — Сходня — Химки сосредоточивались части 20-й армии А. А. Власова (64-я, 35-я, 28-я, 43-я стрелковые бригады и 331-я и 352-я стрелковые дивизии). Они занимали разрыв линии фронта между 1-й ударной и 16-й армиями.

Автомашины были важнейшим средством маневра войсками в сражении под Москвой. Грузовик с солдатами на улицах Москвы

Однако наступающие немецкие части пока не знали о том, какой неприятный сюрприз их ждет, и продвигались все ближе к Москве. 30 ноября 1941 г. пробивавшаяся вдоль шоссе от Солнечногорска 2-я танковая дивизия своей боевой группой заняла Красную Поляну. Немецкие войска теперь стояли в 17 километрах от границы Москвы и в 27 километрах от Кремля. Наступавшая на стыке 2-й и 11-й танковых дивизий 106-я пехотная дивизия силой одного из своих полков захватила 2–3 декабря железнодорожную станцию Крюково. Километровый столб показывал расстояние 22 км от Москвы. 8-я гвардейская панфиловская дивизия вместе с рокированной из 49-й армии 7-й гвардейской дивизией вела ожесточенный бой за Крюково, станция переходила из рук в руки. Ближе всего к Москве подошли мотоциклисты 62-го саперного батальона армейского подчинения — они добрались до станции Химки, в 16 км от Москвы. Довольно близко к Москве подошли части задержанной разливом Истринского водохранилища моторизованной дивизии СС «Дас Райх». Эсэсовцы, наступая на истринском направлении, дошли до станции Ленино, в 17 км от Москвы. Почти так же близко подошли правофланговые пехотные дивизии 4-й танковой группы IX армейского корпуса Германа Гейера. Наступавшая в центре построения корпуса 87-я пехотная дивизия в первые дни декабря продвинулась по долине реки Москвы до Дмитровского. Она была в 34 км от Кремля, и с передовых позиций были видны купола его церквей. Однако возможности дальнейшего продвижения IX корпуса были практически исчерпаны. Наступала только одна дивизия корпуса, две другие прикрывали растянувшиеся фланги.

Переход советских войск в контрнаступление проходил постепенно. В первые несколько дней декабря 1941 г. наблюдалась картина заката наступления группы армий «Центр» и нечеткое, словно первые лучи восходящего солнца, начало наступательных действий вновь сформированных и получающих пополнение из свежесформированных соединений армий правого крыла Западного фронта. Уже ночью 1 декабря Ставка ВГК в директиве командующему Калининским фронтом констатировала, что «частные атаки на разных направлениях, предпринятые войсками Калининского фронта 27–29.11, неэффективны». Как следствие этого тезиса Калининскому фронту были поставлены более масштабные наступательные задачи. Одновременно командующий Западным фронтом адресовал сосредотачивающейся 1-й ударной армии приказ на выполнение следующих задач:

1) с утра 2 декабря всеми силами перейти в решительное наступление в общем направлении Деденево — Федоровка — южная окраина Клина и в тот же день освободить из окружения группу генерала Захарова в районе Каменка — Федоровка;

2) во взаимодействии с 30 и 20-й армиями разбить клинско-солнечногорскую группировку противника.

Одновременно с сосредоточением свежих армий происходило усиление истекающих кровью армий свежими дивизиями, проходившими подготовку, и сколачивание подразделений в тот период, когда Западный фронт отражал удары немецких танковых групп. Для усиления 30-й армии распоряжением Ставки из резерва Главного командования прибывали новые соединения — 348-я, 371-я и 379-я стрелковые дивизии. Дивизии прибывали по железной дороге и разгружались 2–5 декабря. В наступление 30-я армия должна была перейти 6 декабря. Пополнение получила также больше всех пострадавшая в ноябрьских боях 16-я армия. 3 декабря в ее состав была включена 354-я стрелковая дивизия.

Начали контрнаступление под Москвой атакой через канал Москва — Волга против боевой группы Майнтофеля части 1-й ударной армии. Эта армия была в первые дни декабря лидером наступательных действий. Войска под командованием В. И. Кузнецова еще с утра 1 декабря частью сил (44-я и 71-я стрелковые бригады) перешли в наступление и к концу дня продвинулась на 5–7 км западнее канала Москва — Волга. Свежие силы советских войск вскоре столкнулись с переброшенной недавно из-под Калинина 1-й танковой дивизией корпуса В. Моделя. Однако далее наступление покатилось на немцев как снежный ком, постепенно превращавшийся в лавину. К 2 декабря к наступающим войскам 1-й ударной армии присоединилась 56-я стрелковая бригада. Утром 2 декабря части 20-й армии (331-я стрелковая дивизия, 134-й танковый батальон, 7-й отдельный гвардейский минометный дивизион, 28-я стрелковая бригада, 135-й танковый батальон, 15-й отдельный гвардейский минометный дивизион) перешли в наступление с задачей окружить и уничтожить противника в районе Красной Поляны. C вечера 2 декабря в состав 20-й армии передавались переброшенные в 16-ю армию в качестве резервов 7-я гвардейская стрелковая дивизия, 282-й стрелковый полк, 145-я, 24-я и 31-я танковые бригады. С утра 3 декабря 20-й армии предписывалось перейти в наступление в общем направлении Химки — Солнечногорск. К 3 декабря в наступлении 1-й ударной армии приняли участие 44-я, 50-я, 56-я и 71-я стрелковые бригады, 701-й артиллерийский полк, 3-й и 38-й минометные дивизионы. В тот же день к наступательным действиям перешла прибывшая в состав 16-й армии 354-я стрелковая дивизия. Переход 16-й армии в наступление во взаимодействии с 20-й армией был назначен на 7 декабря.

Прорыв под Наро-Фоминском и его ликвидация (1–4.12 1941 г.). Командующий 4-й армией Гюнтер Клюге, постоянно выслушивавший в свой адрес упреки командующих 4-й и 2-й танковых групп Гёпнера и Гудериана, решился 29 ноября отдать приказ о наступлении LVII и XX корпусов, находившихся в центре построения армии. Задачей немецких войск было обойти заслон на автомагистрали Минск — Москва и перехватить его в глубине построения 33-й армии. К моменту начала немецкого наступления 33-я армия М. Г. Ефремова занимала фронт 32 км по реке Нара. Для проведения операции немецким командованием были выделены 292-я и 258-я пехотные дивизии XX армейского корпуса, которым были приданы средства усиления, в частности 191-й батальон штурмовых орудий (21 машина) и 27-й танковый полк 19-й танковой дивизии. Сведениями о состоянии второго на начало декабря автор не располагает, но незадолго до «Тайфуна», а именно 25 августа 1941 г., 27-й танковый полк насчитывал 6 Pz.I, 20 Pz.II, 57 Pz.38(t), 9 Pz.IV и 10 командирских танков.

Утром 1 декабря немцы прорвали оборону 222-й стрелковой дивизии северо-западнее Наро-Фоминска. Левофланговая 32-я стрелковая дивизия 5-й армии смогла остановить распространение поддержанных танками частей 292-й пехотной дивизии в тыл армии. Наступление 258-й пехотной дивизии вдоль шоссе на Кубинку в первые два дня декабря не встречало сопротивления. Гитлер, узнавший об этом намерении, приказал пока задержать 7-й корпус, чтобы 4-я танковая группа на севере, а 57-й и 20-й корпуса на юге могли взять русские войска в кольцо окружения. Несмотря на попытки Бока доказать невозможность проведения этой операции, Гитлер 1 декабря, когда наступление в направлении на Кубинку и Наро-Фоминск стало развиваться более или менее успешно, запросил, почему 4-я армия наступает южнее шоссейной дороги в северо-восточном, а не в восточном направлении. Гитлер предложил сначала двигаться на восток, а затем, чтобы уничтожить противника, повернуть на север. Фон Бок сообщил Гитлеру, что «он рад любому успеху, появись он на северо-восточном или восточном направлении. Что же касается окружения противника, то, как уже неоднократно докладывалось, у нас нет для этого необходимых сил».