Читать онлайн «Зеркало для России: о чем молчит власть». Страница 34

На первый взгляд задача сия неразрешима, и мы будем вечно кружить в имперском дне Империя – Русь – Демократия. А на второй взгляд?

Срочно усаживаемся в машину времени и летим в гости к Октавиану Августу. Ну и прихватим, как положено, для принцепса бутылку водки, пусть он проведет нам мастер-класс.

Итак, о чем говорил Октавиан?

Имперская власть сильна системностью. Стратегические области надо сделать имперскими, остальные – сенатскими. Пусть в них власть будет слаба, это и хорошо – обеспечит общую гибкость. Нужны зоны свободы и зоны дисциплины. Разумеется, необходимы имперская культура и искусство – от архитектуры и поэзии до цирка и спорта. Идущие на смерть гладиаторы должны приветствовать Цезаря.

Двери в элиту должны быть всегда открыты. Открытые двери в Капитолий есть залог его устойчивости. В противном случае энергия пассионариев будет направлена на уничтожение Рима, который не позволил всяким Спартакам реализовать свои мощные таланты. Для умной элиты нет ни иудеев, ни эллинов. Одновременно требуется и управлять выборами в сенат – кто зря не должен попадать на Капитолий.

И никакого культа императора. Правитель Рима должен называться принцепсом, носить маску первого гражданина. Не надо дразнить демократических гусей. Демократор – вот лучшее название для мудрого императора. Правитель Рима должен быть демократом с кулаками.

Во всем этом и заключено искусство империи. При соблюдении такой стратегии Рим будет благоденствовать всегда.

Благодарим принцепса за урок и летим домой. Кто для нас Октавиан? Мальчишка, ведь мы исторически старше его на две тысячи лет и знаем, что золотой имперский век заканчивается. Под присмотром учителя музыки маленький Нерон уже вовсю терзает лиру, и скачет в сенат Калигула на брутальном жеребце.

Слишком много в имперской системе зависит от личности правителя, поэтому не всякая имперская реформа обречена на успех. Можно с блеском и провалиться, скатившись в вульгарную полицейскую диктатуру.

Покидаем Древний Рим и, раз пошла такая фантастика, давайте рванем на машине времени в век двадцать второй, в самый его Полдень. С его солнечной вершины хорошо видать смыслы предыдущих веков.

В своей неуклюжей попытке завести в России демократию Николай II повторил судьбу Людовика XVI – в итоге демократия казнила его самого. Большевики учли ошибки последнего царя и весь XX век народовластие имитировали. Их беспримерный труд по имитации демократии в итоге и спас имперскую форму власти, а с ней и Россию. Но единовластие содержит в себе существенный порок – слишком оно сильно. Это убивает внутреннее развитие системы, рано или поздно блокирует смену элит.

Двадцать первый век Россия и посвятила переходу к управляемой демократии и устойчивому развитию. За пример взяли управляемую демократию США. У нас с американцами общая беда – полиэтнизм, вот мы и взяли на вооружение их наработки. Политическую элиту разбили на две команды, скопировали в Америке механизмы внутрипартийной демократии и заставили эти команды соревноваться друг с другом. Разумеется, при отеческой опеке Кремля. Двухпартийная управляемая демократия гарантировала России постоянную смену элит, непрерывную модернизацию, а заодно отсекла от власти националистов, популистов и прочих прохвостов.

В итоге в двадцать втором веке и случился Полдень.

За завтраком у Августа мы были, в Полдне двадцать второго века мед-пиво пили, пора возвращаться домой. Хорошо дома! Но можно и лучше. Но если даже у нас не получится устроить политсистему по американскому образцу и завести двухпартийную управляемую демократию – не страшно. Пойдем по привычному кругу самоуничтожения, причем уничтожит РФ вовсе не ЦРУ. Зачем нам, россиянам, ЦРУ, если мы здесь?

Прокрутим в памяти сочную сцену игры в карты из кинофильма «Бег». Помните, зачем белый генерал Чарнота хотел на пять минут записаться в большевики? Мы поступим так же. Если команда Империя-3 впадет в самолюбование, окостенеет, поглупеет по брежневскому застойному образцу и обернется командой Русь-3, тогда российский народ, весь как один, мигом запишется в демократы, окажет команде Русь-3 традиционные демократические ритуальные услуги и моментально из демократов выпишется.

Быть сатириком в России не всегда приятно, но всегда легко. Нацепил евроочки и поплевывай в Отчизну с высоты Эйфелевой башни по затертому списку: начальники, дороги, туалеты, Сталин, пьянство, опричнина и т. д.

А понять и полюбить Россию настоящую? Слабо? А если все-таки взять на себя этот интеллектуальный и нравственный труд? Где много правды, но мало любви, там, в конечном счете, нет и правды.

Само существование российского государства есть некое цивилизационное чудо. Нас в истории не стояло. Самим местом своего обитания (север) и разноплеменностью (полиэтнизм) мы, казалось, были обречены на нищету, раздробленность и вечные свары. И можно лишь подивиться мудрости предков: проклятие полиэтнизма они обратили во спасение. Слившиеся в единое государство сто народов обеспечили ему мощь, экономике его – емкий рынок, а мобилизационный характер выстраданной имперской власти придал этому хаосу невиданную силу.

Пришел капитализм со своими свободами. Развитие капитализма должно было уж точно уничтожить Россию – собственникам права-свободы подавай. Вот и царя сковырнули, страну развалили. Конец империи? Ничуть.

И здесь предки не сплоховали. Ухватились за идею коммунизма, оправдали утопией будущего земного рая самовластие и авторитарность. Заодно притворились демократами, социалистически сымитировали демократию и таким образом спасли цивилизацию Северной Евразии, которая луной нависала и кружила над Западом весь XX век. Согласитесь, красивое и умное решение для своего спасения нашла наша цивилизация – быть не Западом, а его вечным спутником.

Что дальше? В рамках западного проекта управления будущим нам навязывается представление о неизбежной дезинтеграции и распаде России – ради нее самой, разумеется! О том, что это равносильно вымиранию народа в мелких образовавшихся государствах, не говорят. Так никто не рассказывал и восточноевропейским полиэтническим государствам о прелестях демократии, когда их тащили на бойню. И твердят, долдонят нам без перерыва, что стать демократией есть наша высшая и конечная цель. С чего бы это? Ежели демократия видит Россию в гробу, так в гробу мы видели такую демократию. Для Запада демократия есть образ жизни, а для России она способ смерти. Чувствуете разницу?

Помните, я рассказывал об американском писателе Лео Ф., пытавшемся разбить виноградник под Тверью? Не вызревает виноград демократии на нашем севере. Вечно зелен он, так что остается облизнуться, забыть и заняться делами.

Есть шанс, что российская элита выдвинет свой собственный проект управления будущим, по которому окрепшая имперская Россия уже очень скоро начнет заново собирать земли и территории и найдет оптимальный баланс между изоляцией от Запада и имитацией Запада.

Российский интеллигент – всегда почти демократ. Он всегда чуть беременный этой идеей. Привычка транслировать западную шкалу ценностей мешает ему додумывать невыносимую правду российского бытия.

Отчего русский человек частенько впадает в русофобию? Чересчур затейливо устроена Россия: страна с русским ядром, но вынужденная иметь антирусский вектор в своей политике, страна западной культуры, имитирующая Запад, но противостоящая ему и им не являющаяся. От этих сложных вывертов у обычного человека иногда просто сносит крышу, и он начинает чуть ли не истерично критиковать Родину. А это не Отчизна плоха, это у ее дитяти не хватает души и ума, чтобы понять и принять матушку-Россию. Не нужно нам Россию превращать в Запад. Стать Западом? Да с какой стати! Что за нелепая цель? Когда россиянин обустраивает на природный манер свои скудные степи и долины, только тогда он европеец, когда же он дезертирует в Европу, он себя ведет как туземец.

Нам выпало счастье жить особой, уникальной цивилизацией. Неужели она недостойна адекватного обустройства? А понимания? Куда смотрит наша наука? Что пользы нам в исследовании Луны и Марса, если мы не познаем собственную душу? К примеру, имеется в Москве Институт США и Канады. Замечательно. А где Институт России? Разумеется, таковой исследовательский центр будет неизбежно Институтом Империи, но бояться тут нечего. Мы так за последние сто лет наловчились изображать из себя и для себя Запад (тот нам все равно не верит), что всегда сочиним и выдержим необходимый эпохе демократический ритуал.