Читать онлайн «Ближний Восток. Перезагрузка». Страница 33

Понятно, что Иран, Ирак, Турция и Сирия категорически против какой-либо формы самоопределения курдских территорий. В конце концов, под вопросом оказывается территориальная целостность этих стран. В Ираке случай особый — там курдская автономия существовала в разных форматах еще со времен Саддама Хусейна, но в данный момент ситуация обострилась, потому что речь идет уже о полноценной независимости. В Иране обстановка также накаленная — начались боестолкновения в Иранском Курдистане. В Сирии курдская территория, по сути, уже не контролируется Дамаском. Если удастся выбить правительственные силы из Хасеке и Эль-Камышлы, процесс отделения завершится. А территория квазигосударства Федерация Северной Сирии — это не что иное, как плацдарм прямо на границе с Турцией. На этой территории проживают не просто курды, а почти те же самые племена, что и в Турции. Они говорят на одном языке — курманджи, а самое главное — принадлежат, по сути, к одной партии в силу аффилированности партии «Демократический союз» с Рабочей партией Курдистана. В этих условиях, конечно, вполне возможны контакты на межправительственном уровне, касающиеся совместных действий против курдов. Я не удивлюсь даже, если начнется сближение между Турцией и Сирией. Вопрос о глубине и искренности такого сближения, конечно, непростой — с учетом того, что в Сирии идет гражданская война, одним из виновников которой является, как известно, господин Эрдоган. Но, как бы то ни было, эти страны могут объединить усилия.

Возникает вопрос — кто «крышует» Федерацию Северной Сирии? Не просто американцы, а НАТО. На этой территории присутствуют, кроме американских войск, подразделения из Франции, Германии, Великобритании и даже Дании. Все это может спровоцировать страшнейший конфликт, который выйдет за пределы региона и будет развиваться по крайне негативному сценарию, в который до недавнего времени мало кто верил.

Как мы должны вести себя с заокеанскими коллегами? Для начала не надо забывать, что эти заокеанские коллеги понимают только силу. Когда бывший замглавы ЦРУ Майкл Морелл (хотя опять же все мы понимаем, что бывших не бывает) заявляет в СМИ, что надо скрытно убивать как можно больше российских и иранских военнослужащих, — это что такое? Получается, что человек, как говорится, потерял берега до такой степени, что в открытую сообщает о каких-то имеющихся планах. Вряд ли он просто проговорился — нет, скорее всего, это было сказано специально. А цель простая — запугивание. Чтобы тему начали раскручивать уже в российских СМИ, деморализуя население. Слава богу, наших военнослужащих этим деморализовать, конечно, не удастся.

Да, американцы сумели расколоть Сирию. Они способствовали созданию Федерации Северной Сирии, используя наши недоработки по курдскому вопросу, и тем самым подготовили для себя плацдарм, базируясь на котором они будут действовать. И я более чем уверен, что рано или поздно они попытаются сделать то, что совсем недавно казалось абсолютно невозможным, — сблизить позиции так называемых Сирийских демократических сил, основу которых составляют отряды самообороны партии «Демократический союз», и той исламистской нечисти во главе с бывшей «Джебхат ан-Нусрой», ныне «Джебхат Фатах аш-Шам», которая воюет сейчас на северо-западе страны. А целью будет массированное давление на Дамаск и увеличение количества потерь, в том числе нашей авиации.

Очень похожая ситуация возникла в свое время в Афганистане, когда ориентированные на Наджибуллу и созданные, по большому счету, Советским Союзом боевые формирования узбеков под командованием генерала Абдул-Рашида Дустума и отряды исмаилитов под командованием Саида Мансура Надери в самый трудный момент просто перешли на сторону врагов Наджибуллы и примкнули к моджахедам, которых тот же Дустум в свое время перерезал огромное количество.

Вот чтобы этого не произошло, нам нужны конкретные действия. С августа 2016 года борьба за Алеппо, получившая несколько пафосное название «Мать всех битв», приобрела страшнейший накал. Началось массированное контрнаступление боевиков. Причем организовано оно настолько блестяще, что невооруженным глазом видна работа серьезных штабистов. Иначе говоря, это уже не стычки с разрозненными бандформированиями — это настоящая война. Защитники курдского квартала Шейх-Максуд, которые всегда жестко держали оборону и не давали прорваться противнику, вынуждены были оставить оборонительные рубежи, потому что против них начали применять тяжелую технику, переброшенную из Турции. То есть на северо-западе Сирии ситуация ухудшилась. Что же касается северо-востока, то там все очень интересно. Там действуют так называемые вооруженные формирования Сирийских демократических сил. В эту конгломерацию входят, в частности, христианские ассирийские отряды, в частности Ассирийский военный совет — военное крыло Партии сириакского союза, представляющей как раз всех ассирийцев, у которых родной язык арамейский, проживающих в Ливане, в Сирии, в Ираке и т. д. Ассирийцы — крайне интересный народ, один из древнейших, населяющих этот регион. И у нас их много — большое количество ассирийцев из Ирана впервые переселило в Россию русское правительство в середине XIX века. Ассирийцы делятся на свои подгруппы, хотя язык у них один и тот же. Есть халдеи — это ассиро-католики. Есть православные ассирийцы, близкие к Русской православной церкви (кстати, первые иерархи Русской православной церкви были ассирийцами из Антиохии). Численность бойцов Ассирийского военного совета раньше составляла примерно три тысячи человек, а после проведения мобилизации, думаю, их стало около пяти тысяч. Туда же входят военные формирования арабов и туркмен.

Однако при всем уважении к ассирийцам, арабам и туркменам, без курдов эта конгломерация не работает. Отряды ополчения «Демократического союза» занимают в составе Сирийских демократических сил около 70 %. В начале лета 2016 года стало известно, что на северо-востоке Сирии, там, где находится недавно провозглашенная Федерация Северной Сирии, сосредоточено около тысячи американских советников, военнослужащих, в основном представляющих войска специального назначения, а также инженерно-саперные части, что говорит о серьезной подготовке к штурму Ракки — столицы террористов из «Исламского государства». Приезжал туда, как уже говорилось, и командующий ВС США на Ближнем Востоке, и спецпредставитель Барака Обамы. Также там сосредоточились значительные вооруженные формирования. Основная ставка была сделана на курдов, которым на момент начала перемирия американцы уже успели сбросить более 150 тонн различного вооружения и которые все-таки согласились штурмовать Ракку. Вне всякого сомнения, в случае удачного штурма американцы приобретают серьезнейшие дивиденды с точки зрения международной политики и на Ближнем Востоке, и за его пределами, поскольку Ракка является столицей квазигосударства ИГ.

Но курды вели себя, с точки зрения американцев, как-то странно. Помощь получают, а идти на Ракку у них как-то совсем нет желания. Я смотрел видеозапись наступления сил самообороны партии «Демократический союз». Вот сказать честно — театральное представление. Хотелось воскликнуть, как Станиславский: «Не верю!» Вместо наступления на Ракку курды развернулись и пошли на Манбидж — это район, который прикрывает сирийско-турецкую границу на участке, контролируемом курдами. Естественно, наступление со стороны тех сил, на которые рассчитывали американцы, застопорилось. В этих условиях сирийское командование приняло верное решение: форсированно продвигаться в сторону Ракки. К началу лета 2016 года войска коалиции находились в 40–45 километрах от Ракки, а до этого, в марте, были полностью освобождены города Пальмира и Тадмор, расположенные от Ракки на расстоянии 220 километров.

Ракка — особое место. Вмешательство России в ситуацию на Ближнем Востоке спутало американцам все карты. Как планировали действовать Соединенные Штаты? Потихоньку взять Мосул, потихоньку взять Ракку, везде взовьется звездно-полосатый флаг, и США, как всегда, оказываются окружены ореолом величия и мудрости. Здесь будут поддерживать тех, там — этих; потом дойдет очередь до Асада, и он либо уйдет сам, либо, как говорится, «как получится». И надо сказать, что они вплотную подошли к реализации именно такого варианта решения проблем. Но тут в игру вступила Россия. Пришлось срочно договариваться и согласовывать действия. Я глубоко убежден, что Ракку должна брать наша коалиция, и над ней должны взвиться два знамени — сирийское и российское. Это будет мощнейшая наша победа в регионе. И американцы прекрасно это понимают. Для них жизненно важно, чтобы Ракку взяли именно вооруженные формирования сирийского «Демократического союза», а не мы вместе с нашей коалицией. Если им удастся взять Ракку, по сути, произойдет расчленение севера Сирии на две части — северо-восток и северо-запад. И геополитическая ситуация на Ближнем Востоке станет совершенно иной. В этом случае гражданская война в Турции, на которую американцы смотрят сквозь пальцы, будет разрастаться. То есть, повторюсь, если американцы возьмут Ракку — это для них будет подарок. А для курдов это будет, выражаясь современным языком, подстава. Поэтому Ракку должна взять наша коалиция, а курды на каком-то этапе должны помочь. От них требуется перекрыть все каналы поступления помощи из Ирака — летом 2016 года на сирийскую территорию из Мосула начали перебрасывать тяжелую технику для обороны Ракки.