Читать онлайн «Секретные армии НАТО: Операция «Гладио» и терроризм в Западной Европе». Страница 85

Запрос немецких социалистов на проведение полноценного расследования по «Гладио» внезапно исчез, когда выяснилось, что их министры во время пребывания на посту также были частью заговора. Поскольку немецкие социалисты в связи с предстоящими выборами по тактическим причинам уклонялись от дальнейшего расследования секретных армий, только немецкая Партия зеленых, основанная в 1980 году, продолжала ждать расследований и разъяснений: ей нечего было опасаться, так как ее члены никогда не были скомпрометированы. Они никогда не работали в правительстве. Требование Партии зеленых открыто обсудить в парламенте дело о секретных армиях и их возможных связях с терроризмом и правыми экстремистами было отклонено консервативным и социалистическим альянсами CDU/CSU, FDP и SPD, которые боялись общественного скандала. В результате 22 ноября 1990 года обсуждение было проведено за закрытыми дверями в обстановке секретности в Парламентской контрольной комиссии (ПКК). Там Волькер Фертч, последний руководитель тайной сети и директор BND, проинформировал парламентариев, что секретное подразделение будет закрыто. У Партии зеленых не было парламентариев в этой важной комиссии, и они посетовали, что ПКК, которая контролирует немецкую секретную службу BND, известна как группа, «которая чаще засекречивает сведения, нежели рассекречивает их» (72). Когда журналисты попытались получить больше информации от Эберхарда Блюма, личного помощника Гелена и директора BND с 1983 по 1985 год, последний заявил: «Гладио»? Ничего подобного никогда не существовало в Германии» (73).

Не желая признать свое поражение, 29 ноября немецкая Партия зеленых направила официальный запрос в правительство. «В конце октября 1990 года действующий премьер-министр Италии Джулио Андреотти подтвердил в докладе парламенту, что на территории страны существовала секретная служба НАТО под кодовым названием «Гладио», — так начинался запрос. Затем последовал конкретный вопрос: — Была ли в Германии такая действующая секретная организация, которая была бы связана с НАТО?» Доктор Лутц Ставенхаген, министр в правительстве Гельмута Коля, отвечающий за секретную службу BND, ответил на этот вопрос короткой лживой фразой: «Нет». Кроме того, депутаты Партии зеленых хотели знать: «Какие точно соглашения и с каким именно содержанием правительство Германии подписывало при вступлении в НАТО или позднее, которые позволяли бы вести деятельность таким организациям?» Ставенхаген гнул свою линию и заявил: «Немецкое правительство не подписывало такого соглашения». Парламентарии интересовались: «В каких именно отношениях с НАТО состояла или состоит эта секретная служба, которая действовала в Германии и/или других странах НАТО?» На что Ставенхаген ответил: «Смотрите ответ на первый вопрос. Этот вопрос лишний». Наконец, Партия зеленых спросила: «Желает ли правительство сообщить по его собственной инициативе больше подробностей, как только в Германии станет доступной соответствующая информация? И в случае, если правительство не готово сделать так, то почему нет?», на что Ставенхаген ответил: «На этот вопрос можно ответить только тогда, когда такие документы станут доступными. Ответ зависит от условия, при которых такие документы могут быть доступны» (74).

Парламентарии от Партии зеленых были в ярости, но ничего не могли сделать. Правительство канцлера Гельмута Коля от Христианско-демократического союза (ХДС) (на посту с 1982 года) приняло решение предложить общественности ложь для того, чтобы не поставить себя под угрозу во время первых национальных выборов в Германии, которые состоялись 2 декабря 1990 года и привели Коля к победе. После этого в понедельник 3 декабря 1990 года Лутц Ставенхаген поспешно отправил в СМИ четырехстраничный факс по немецкой секретной армии под названием «Отчет правительства о тайной организации BND», в котором, несмотря на свои прежние заявления, он подтвердил, что секретные подразделения, связанные с НАТО существовали и в Германии: «В 1956 году командование секретными подразделениями, которые создавались спецслужбами союзников на территории Германии до 1955 года для сбора информации и проведения эвакуации, было передано BND». Правительство кроме того подтвердило, что тайные сети по-прежнему действуют: «В этот момент 104 человека работает вместе с BND в рамках секретной армии», подчеркнув при этом, что 22 ноября Парламентская контрольная комиссия, которой вменили в обязанность контролировать BND, была проинформирована о соответствующих деталях. В докладе делается вывод: «Вследствие глобальных изменений BND планировала роспуск тайной организации уже летом 1990 года. К апрелю 1991 года после соглашения с союзниками будет проведена ее ликвидация» (75).

В то время как BND заверила общественность, что секретная армия была ликвидирована и что в стране не существует схронов с оружием, эта тема вновь всплыла 17 августа 1995 года. В тот день Питер Нойманн, 43-летний неонацист, химик, специалист по созданию бомб, перед камерами указал удивленным полицейским в общей сложности на 13 складов с оружием, которые он, по его собственным показаниям, создавал в Нижней Саксонии, земля Гессен, на протяжении последних 17 лет. В арсеналах хранилось оружие, боеприпасы и около 200 кг взрывчатых веществ. Примечательно, что Нойманн был другом Лембке, и он подтвердил полиции, что большинство его оружия и взрывчатых веществ были взяты из схронов Лембке (76).

Обращает на себя вниманием тот факт, что, несмотря на доказанность нахождения в рядах секретной армии Германии «правых» террористов, а также предполагаемое участи'е в террористических актах, проводимых «правыми» террористами, парламентское расследование немецкой секретной армии проведено не было, не говоря уже о детальном государственном отчете. Немецкий журналист Лео Мюллер сделал такое заключение в своей краткой книге, одной из первых книг о «Гладио»: «А что касается демократической прозрачности, Германия на данный момент последняя засекреченная страна в Европе» (77). Другие независимые журналисты, освещавшие историю «Гладио» в Германии, такие как Ульрих Столл из национального телевидения ZDF в Берлине, считают, что это дело еще далеко до завершения. Когда в конце 2002 года Столл получил рассекреченные доклады Штази о секретных армиях, он заключил, что «расследование в отношении «Гладио» может быть продолжено» (78).

В соответствии с фашистскими директивами Бенито Муссолини итальянские войска напали на Грецию во время Второй мировой войны в 1940 году, но были разбиты благодаря массовому сопротивлению греческого населения. Гитлер, который с неодобрением наблюдал за неудачей Муссолини, в 1941 году послал свои немецкие войска, которые завоевали страну и оставили ее под контролем держав «Оси». Греки вновь организовали массивную операцию сопротивления, и в течение всей войны немецкая армия сталкивалась с большими трудностями, пытаясь сохранить контроль над страной. Как в Италии и Франции, в Греции в организации сопротивления фашистской оккупации доминировали коммунисты. Народно-освободительная армия Греции (НОАГ), был основана по инициативе Коммунистической партии Греции (КПГ) через несколько месяцев после немецкого вторжения. Ее партизаны охватили весь левый политический спектр, и многие женщины, священники и даже некоторые архиепископы боролись в его рядах. В Национально-освободительном фронте (НОФ), политическом крыле Народно-освободительной армии, также было много греческих коммунистов. Из семи миллионов населения Греции до двух миллионов были членами НОФ, а 50 тысяч активно боролись в рядах армии НОАГ.

НОАГ, по сути боровшаяся за освобождение своей страны от немецких оккупантов, была занозой в теле нацистов. В своей деятельности Народно-освободительная армия Греции поддерживалась британским Управлением специальных операций (УСО), офицеры которого консультировали НОАГ и поставляли оружие и боеприпасы. Между многими греческими бойцами сопротивления Народно-освободительной армии и британскими офицерами связи УСО возникли дружеские отношения. Братья по оружию внезапно были разделены, когда премьер-министр Уинстон Черчилль в марте 1943 года принял решение прекратить всякую поддержку НОАГ, так как он боялся, что Греция после поражения держав «Оси» окажется под коммунистическим контролем. В октябре 1943 года Черчилль тайно направил своего министра иностранных дел Энтони Идена на встречу со Сталиным для раздела Балкан. Сделка, скрепленная в Ялте, давала Великобритании и США свободу действий в Греции, в то время как Болгария и Румыния должны были попасть под влияние Советского Союза.

В целях минимизации влияния греческих коммунистов и социалистов Лондон планировал заново вернуть греческого консервативного короля вместе с правым правительством. 20 марта 1943 года Министерство иностранных дел Великобритании издало директиву, в которой говорилось о прекращении поддержки прокоммунистического антифашистского движения. В частности в ней говорилось, что «УСО должно всегда содействовать лицам и организациям, готовым поддержать короля и правительство. Кроме того, необходимо вести разъяснительную работу среди лиц и организаций, которые могут быть антимонархическими, и убеждать их в том, что король и правительство пользуются полной поддержкой правительства Его Величества» (1). Король был крайне непопулярен среди многих греков после сотрудничества с фашистским диктатором Метаксасом. Вдохновленный Муссолини и Гитлером, Метаксас ввел в Греции фашистское приветствие, прямую протянутую вперед правую руку, а во время своего правления в конце 1930-х годов также организовал тайную полицию, известную своими жестокостями. Лондон проводил консервативную политику, а в октябре 1943 года британское министерство иностранных дел даже размышляло об «осуществлении прямой политики ослабления любыми средствами Национально-освободительного фронта». Однако от такого политического курса отказались, поскольку в этом случае «скорее всего, пришлось бы пожертвовать военным преимуществом и идти вразрез с поставленной целью, укрепляя в политическом плане НОФ» (2).