Марк Солонин - 25 июня. Глупость или агрессия?

Читать онлайн «25 июня. Глупость или агрессия?». Страница 85

Автор Марк Солонин

Начнем с немецкой авиации, т.к. именно ее присутствие на финской территории стало, как принято считать, главной причиной событий 25 июня 1941 г. Основной тактической единицей люфтваффе была авиационная группа.

В составе авиагруппы люфтваффе было три эскадрильи («штаффеля») по 12 экипажей в каждой. Эскадрилья, в свою очередь, делилась на три звена по 4 экипажа в каждом. Всего в полностью укомплектованной по штатному расписанию авиагруппе люфтваффе должно было быть (с учетом штабного звена) 40 экипажей. Несколько групп (как правило три) входили в состав тактического соединения, которое в русскоязычной литературе принято называть эскадрой («гешвадер» по-немецки). Несколько эскадр люфтваффе сводились в авиационный корпус. Высшей организационной структурой люфтваффе был Воздушный флот, в составе которого, как правило, было два авиакорпуса, т.е. от 5 до 12 эскадр, всего порядка 500–1000 экипажей.

Обозначались эскадры следующим образом: JG (истребительная), KG (бомбардировочная), SiG (штурмовая). Эскадры, вооруженные многоцелевыми двухмоторными истребителями-бомбардировщиками «Ме-110», обозначались как ZG («разрушители») или SKG («скоростные бомбардировщики»). Авиагруппа люфтваффе обозначалась как составная часть соответствующей эскадры. Например. II/KG-53 — это вторая группа 53-й бомбардировочной эскадры.

Особой авиации военно-морского флота (подобной советским ВВС ВМФ или морской авиации США) в Вооруженных силах Германии не было. Для совместных действий с флотом в рамках обшей структуры люфтваффе создавались специальные соединения. Например, на имеющем непосредственное отношение к теме нашей книги Балтийском ТВД было развернуто соединение под названием «Fliegerfuhrer Ostsee» (что можно перевести как «авиационное командование Балтики»). В его состав входила бомбардировочная группа KGr-806, группа гидросамолетов (Aufkl.Gr-125), эскадрилья тактических разведчиков.

Основной тактической единицей советской авиации был авиационный полк. Перед войной по действующему штатному расписанию советский авиаполк состоял из пяти эскадрилий по 12 экипажей в каждой и командного звена, всего 62–64 экипажа (т.е. советский полк по числу экипажей был в полтора раза больше авиагруппы люфтваффе).

В советских ВВС формировались истребительные (ИАП), бомбардировочные (БАП), штурмовые (ШАП) и разведывательные (РАП) авиаполки. Каждый полк имел свой «персональный» номер (например, 123-й ИАП, 40-й БАП). Иногда в названии бомбардировочных полков указывалось их функциональное назначение: скоростной бомбардировочный (СБАП), дальнебомбардировочный (ДБАП), тяжелый бомбардировочный (ТБАП). Несколько полков (от 3 до 5) объединялись в авиадивизию: истребительную (ИАД), бомбардировочную (БАД), смешанную (САД). Штурмовые авиаполки в начале войны входили в состав САДов. Разведывательные авиаполки, как правило, в состав авиадивизий не входили, подчиняясь непосредственно командованию фронтов (1-2 РАПа в составе авиации округа/фронта).

Военно-морской флот СССР имел свою, отдельную от сухопутных войск, авиацию. На уровне подразделений и частей (звено, эскадрилья, полк) структура ВВС ВМФ не отличалась от структуры фронтовой авиации. Но дивизий в составе ВВС ВМФ не было, а соединение из двух (как правило) авиаполков называлось бригадой. Еще одним отличием ВВС ВМФ было существование в его составе так называемых «минно-торпедных» полков (МТАП). Эти полки были вооружены дальними бомбардировщиками ДБ-3/ДБ-3ф, специально оборудованными для сброса морских глубинных мин и авиационных торпед.

Крайне малочисленные (в сравнении с гигантской авиацией восточного соседа) ВВС Финляндии имели к тому же весьма причудливую структуру, когда в составе двух одинаковых по типу частей могло быть от 3 до 33 самолетов. Дополнительная путаница создается тем, что тактическая единица, примерно соответствующая немецкой авиагруппе, называлась в финских ВВС «авиаэскадрильей» (Lentolaiviue, сокращенно — LLv), а соединение, включающее в своем составе несколько Lentolaiviuie и примерно соответствующее сильно недоукомплектованной эскадре люфтваффе, называлось «авиаполком» (Lentorykmentti).

Для того чтобы упростить дальнейшее изложение событий, мы нарушим правильность дословного перевода, и основная тактическая единица финских ВВС (LLv) здесь и далее будет называться «группой», а входящие в ее состав подразделения — «эскадрильями». В состав группы штатно должно было входить три эскадрильи по 12 экипажей в каждой. Истребительные и бомбардировочные группы финской авиации никак не различались по названиям, что, впрочем, не создаст больших проблем для читателя, так как все три бомбардировочные группы (LLv-42, LLv-44, LLv-46) никакого участия в боевых действиях июня 1941 г. не принимали.

Покончив с обсуждением терминологии, перейдем теперь к учету численности и дислокации авиационных сил сторон.

Ситуация, в которой оказалось командование люфтваффе на Восточном фронте, могла на первый взгляд показаться безнадежной. Сил было крайне мало. Мало по сравнению с численностью авиации противника (т.е. советских ВВС), мало по сравнению с любыми теоретическими нормативами, мало по сравнению с опытом проведения прежних кампаний.

В мае 1940 г. немцам удалось сосредоточить на Западном фронте самую большую группировку сил люфтваффе за все время Второй мировой войны. Наступление вермахта в Нидерландах, Бельгии и северной Франции, на фронте протяженностью в 300 км по прямой (от Арнема до Саарбрюкена), с воздуха поддерживали два Воздушных флота (2-й и 3-й), в составе которых насчитывалось 27 истребительных и 40 бомбардировочных авиагрупп, 9 групп пикировщиков Ju-87 и 9 групп многоцелевых двухмоторных Мe-110. Всего 85 групп, 3641 боевой самолет (и это без учета устаревших бипланов «Арадо» Ar-68 и «Хеншель» Hs-123, без учета разведывательной транспортной, санитарной авиации). Оперативная плотность — 12 самолетов на километр фронта наступления.

22 июня 1941 г. на Восточном фронте было сосредоточено (с учетом частей люфтваффе, дислоцированных в северной Норвегии и Румынии) 22 истребительные и 29 бомбардировочных авиагрупп, 8 групп пикировщиков Ju-87 и 4 группы многоцелевых двухмоторных Ме-110. Всего 63 группы, 2344 боевых самолета (включая неисправные). После предшествующих многомесячных боев на Балканах и над Средиземным морем техническое состояние самолетного парка люфтваффе было удручающим. Средний процент боеготовых самолетов составлял порядка 77%. Такие авиагруппы, как II/JG-77, III/JG-27, I/StG-2, II/KG-53, III/KG-3, I/ZG-26, прибыли на Восточный фронт, имея на вооружении менее половины штатного числа исправных самолетов.

Минимальная протяженность фронта наступления даже в самый первый день войны составляла 800 км по прямой (от Клайпеды до Самбора). Уже через две недели ширина фронта войны увеличилась почти в два раза (1400 км по прямой от Риги до Одессы). Даже без учета потерь первых дней, средняя оперативная плотность немецкой авиации снизилась до 2 самолетов на километр фронта наступления (опять же — включая неисправные).

К этому остается только добавить, что по предвоенным представлениям советской военной науки фронтовая наступательная операция требовала создания плотностей в 15–20 самолетов на километр. Даже Гитлер, хотя его и принято считать параноиком, понимал несоразмерность сил и задач: «При такой огромности пространства люфтваффе не в состоянии одновременно обработать его целиком; в начале войны авиация может господствовать только над частями гигантского фронта. Поэтому она должна применяться только в тесном взаимодействии с наземными операциями…» [120].

Теперь посмотрим на ситуацию с другой стороны, со стороны противников Германии. В мае 1940 г. истребительные силы французской авиации в зоне боевых действий насчитывали 34 эскадрильи, т.е. порядка 400–450 истребителей. С учетом истребительной авиации Голландии, Бельгии и экспедиционных сил британских ВВС численность группировки западных союзников возрастает до 50 эскадрилий, 600–650 летчиков. Советские ВВС (истребительная авиация пяти западных округов и двух военно-морских флотов) имели в своем составе порядка 260 эскадрилий, 3550 летчиков (самолётов-истребителей было значительно больше, так как во многих авиаполках в связи с перевооружением на новые типы истребителей накопился двойной комплект самолетов).

Надо ли доказывать, что в таких условиях у германского командования не было ни возможности, ни желания для оказания «благотворительной помощи» новоприобретенным союзникам. Положение дел определялось словами «своим не хватает». Даже для обороны важнейшего стратегического объекта — района румынских нефтепромыслов Плоешти, в сохранении которых Германия была заинтересована, пожалуй, более, чем сама Румыния, — была выделена лишь одна истребительная группа (III/JG-52). С учетом самолетов штаба 52-й эскадры район нефтепромыслов прикрывали всего 47 «мессершмиттов».