Читать онлайн «25 июня. Глупость или агрессия?». Страница 102

Значительно более активно, результативно и напористо действовали ВВС Краснознаменного Балтфлота.

Только действия эти даже формально ничего общего с «уничтожением немецкой авиации на финских аэродромах» не имели. ВВС Балтфлота обрушили достаточно мощные и организованные удары на давно (еще со времен «зимней войны») и подробно изученные цели: военно-морские базы и корабли противника, порты Турку, Сало, Хельсинки, Котка.

Особым «вниманием» у командования ВВС КБФ. видимо, пользовался город и порт Турку, который бомбили авиаэскадрильи все трех бомбардировочных полков авиации флота. Начиная с 7 часов утра 25 июня большие группы советских бомбардировщиков (в общей сложности 54 СБ и 30 ДБ-3) нанесли удары по портовым сооружениям Турку, по кораблям в гавани (разумеется, самой приоритетной целью по-прежнему были два финских броненосца береговой обороны «Вяйнемяйнен» и «Ильмаринен», которые в очередной раз уцелели от авианалета). Советские бомбардировщики во время налета на Турку прикрывали две эскадрильи истребителей из состава 13-го ИАП ВВС КБФ. базировавшиеся на аэродроме Ханко (т.е. примерно в 80 км от Турку).

Подвергся бомбардировке и расположенный рядом с портом аэродром Турку. Как было уже выше отмечено, на аэродроме Турку базировалась крайне малочисленная авиагруппа LLv-6, на вооружении которой было 3 трофейных СБ и 5 трофейных истребителей И-153. В ходе налета один СБ был поврежден (по другим сведениям — уничтожен), и это единственная достоверно известная потеря финской авиации от «сокрушительного удара по аэродромам» 25 июня 1941 г. Кроме того, на летном поле аэродрома «было разрушено одно здание и убито 5 лошадей» [145].

Бомбардировщики ВВС КБФ в районе Турку потерь в тот день не понесли.

Менее успешным для нападающих был налет на железнодорожную станцию Рихимяки, который утром 25 июня совершила группа дальних бомбардировщиков ДБ-3. Около 8.00 семь потрепанных «фоккеров» из состава базирующейся на аэродроме Хювинкя авиагруппы LLv-32 перехватили бомбардировщики в районе поселка Керава (20 км к северо-востоку от Хельсинки, т.е. практически сразу же после того, как они пересекли береговую полосу Финского залива). В воспоминаниях ветерана LLv-32 события того утра описаны так: «Русские немедленно развернулись и ушли в обратном направлении, но лейтенант В. Эвинен открыл огонь и сбил два вражеских самолета. Один упал в районе Мальми, а другой в воды Финского залива. Сигнал тревоги еще несколько раз раздавался е этот день на аэродроме Хювинкя, но густые клубы пыли от взлетающих истребителей заставляли бомбардировщики противника разворачиваться на обратный курс раньше, чем перехватчики успевали подняться в небо» [298].

Сообщение о двух сбитых ДБ-3 может соответствовать действительности, так как только 1-й МТАП (один из двух бомбардировочных полков ВВС КБФ, на вооружении которых были дальние бомбардировщики этого типа) потерял безвозвратно в воздушных боях первых дней войны 3 самолета [271]. В тот же день, 25 июня, авиация флота нанесла удар по портам Котка и Сало, пригородам Хельсинки (Тиккурила бомбили 18 самолетов. Пуистола — 8) [145]. Центральные районы столицы Финляндии бомбардировке не подвергались (возможно, из соображений внешнеполитических, так как жертвами налетов в таком случае могли бы стать дипломатические представительства будущих главных союзников Сталина).

Бывший штурман 1-го МТАП, генерал-лейтенант П.И. Хохлов в своих незаурядно «неточных» мемуарах пишет: «Наш полк входе этой операции уничтожал самолеты противника на аэродромах Лахти и Лаппеенранта. Там по наблюдениям экипажей происходили взрывы и пожары, было уничтожено 17 немецких самолетов» [134]. Даже если налеты на Ларти и Лаппеенранта и не являются плодом вымысла мемуариста или его «литконсультантов», то обнаружить там «17 самолетов», да еще и опознать их как «немецкие», было очень сложно. Расположенные рядом с городом Лахти аэродромы Холлола и Весивехмва (главный аэродром базирования LLv-24) налетам советской авиации 25 июня не подвергался; более того, принимая во внимание, что там базировались три эскадрильи лучшей истребительной группы ВВС Финляндии, можно вполне обоснованно предположить, что налет на Весивехмва привел бы 1-й МТАП к таким же результатам, как и налет 72-го БАП на аэродром Йоройнен. Что же касается крупной железнодорожной станции и города Лаппеенранта, то на расположенном рядом с городом аэродроме не было ни одного подразделения финской (не говоря уже про немецкую) авиации…

Ранним утром 26 июня боевые действия ВВС КБФ были возобновлены с прежним размахом и настойчивостью.

На рассвете (между 3 и 4 часами утра) 9 бомбардировщиков СБ (18 по данным других источников) снова появились в небе над г. Турку. На перехват поднялась пара «Чаек» И-153 из состава LLv-6, и в районе поселка Корппоо (Аландские острова) прапорщик Т. Хямеля сбил один бомбардировщик, который по докладу наземных наблюдателей упал в море [52].

Через три часа, в 6.15 мин 26 июня большая группа бомбардировщиков (СБ по финским данным) вновь бомбила аэродром, порт и город Турку. «Повреждения получила ВПП и несколько ангаров, повреждено было три самолета, погиб один механик и два человека получили ранения. В городе ущерб был более значителен: 13 человек гражданского населения погибли, и 29 получили ранения. Весь приморский район Турку пылал, было разрушено 18 каменных и 101 деревянное здание…» [145]. Среди разрушенных зданий была и средневековая крепость Турку. Следующая волна бомбардировщиков нанесла удар по Турку с 10.20 до 11.05. В тот же день, 26 июня, были нанесены удары по пригородам Хельсинки, по портам Котка. Порвоо. Сало, аэродромам Малми (в районе Хельсинки) и Утти.

Других безвозвратных потерь, кроме сбитого ранним утром над Корппоо бомбардировщика. ВВС Балтфлота 26 июня 1941 г. не понесли.

Аэродром Турку был разрушен настолько сильно, что уцелевшая под бомбам и пятерка И-153 из LLv-6 была перебазирована на аэродром Нуммела (40 км к западу от Хельсинки) [52]. Таким образом, перебазирование авиации противника под воздействием ударов советских ВВС имело место в действительности. Только перебазировались не «немецкие самолеты на дальние тыловые аэродромы», а 5 (пять) трофейных советских И-153 от Турку к Хельсинки, т.е. еще ближе к советскому берегу Финского залива.

Подводя итоги действий ВВС Балтфлота, следует отметить, что они понесли значительно меньшие — по сравнению с ВВС Северного фронта — потери (два бомбардировщика ДБ-2 и один СБ) и добились заметных (а в Турку — так даже очень заметных) результатов. ВВС Балтфлота смогли уничтожить один самолет противника (трофейный СБ) и вывести на некоторое время из строя аэродром Турку.

С другой стороны, вновь безрезультатными оказались все попытки вывести из строя боевые корабли финских ВМС Совершенно не были использованы и возможности дальних бомбардировщиков ДБ-3, стоявших на вооружении ВВС КБФ. За редкими исключениями, бомбовые удары наносились по объектам, расположенным непосредственно на побережье Финского и Ботнического залива. Ни одного рейда вглубь страны не было произведено. Бомбардировке не подверглись ни крупнейший промышленный центр Финляндии юрод Тампере (конкретно указанный в директиве Ставки ГК от 24 июня), ни аэродромы базирования финской бомбардировочной авиации (Сиикакангас и Луонетьярви), ни наиболее важные аэродромы базирования финских истребителей (Пори, Хювинкя, Весивехмаа, Йоройнен, Надраярви). Фактически дальние бомбардировщики ВВС КБФ, базирующиеся на аэродромах Котлы и Беззаботное (т.е. непосредственно у побережья Финского залива), действовали на значительно меньшем радиусе, нежели бомбардировочные полки 41-го БАД, оснащенные легкими бомбардировщиками СБ.

Статистика — наука больших чисел, и едва ли итоги двух дней боевых действий позволяют делать серьезные обобщения. Поэтому, скажем так: не исключено, что именно такая тактика ВВС КБФ (выбор объектов, расположенных непосредственно на побережье, и фактическое игнорирование задачи, поставленной директивой Ставки ГК от 24 июня) в сочетании со слабостью финской системы ВНОС обусловила минимальные потери бомбардировщиков авиации флота. В любом случае, нет никаких сведений о том, что бомбардировщики ВВС КБФ и сопровождавшие их истребители отразили атаку и сбили в воздухе хотя бы один финский истребитель.

В завершение хроники событий 25–26 июня остается коротко упомянуть о боевых действия советской авиации на заполярном севере Финляндии.

Если бы авиаудар 25 июня 1941 г. представлял собой в действительности реакцию на действия немецких войск на территории Финляндии (пусть даже реакцию поспешную и плохо организованную), то главные силы советской авиации должны были бы быть направлены на объекты в Заполярье, где четыре немецкие дивизии заканчивали последние приготовления к наступлению на Мурманск и Кандалакшу. Фактически же никакой перегруппировки сил ВВС Северного фронта и/или ВВС внутренних военных округов на мурманское направление осуществлено не было, и советская авиация действовала в той самой группировке, в какой ее застала вечером 24 июня директива Ставки ГК.