Читать онлайн «Возмездие на пороге. Революция в России. Когда, как, зачем?». Страница 50

Как ни парадоксально, это понимание вполне разделяет и значительная часть представителей правящей бюрократии, по понятным причинам наблюдающих современное российское государство с наиболее близкого расстояния и если и не сознающее, то, во всяком случае, в полной мере ощущающее его глубочайшую порочность.

Но даже наиболее ограниченная часть бюрократов, полностью убежденная в незыблемой стабильности своей власти, тем не менее на конкретных примерах (хотя бы «оранжевой революции» на Украине и стихийных выступлений в начале 2005 года в результате монетизации льгот) смогла наглядно убедиться в возможности появления внезапного и при этом принципиально не поддающегося прогнозированию массового протеста и, соответственно, испугаться его. Понимая, что с течением времени вероятность неприятных неожиданностей повышается (просто из-за естественного снижения качества предвидения ситуации), эта часть правящей бюрократии также склоняется к идее досрочных парламентских выборов, рассматриваемой ею в качестве средства опережения возможного (хотя и по непонятным ей причинам) возникновения массового протеста и лишения его легитимных политических рычагов.

Некоторую роль при принятии решения о досрочных выборах сыграют, насколько можно понять, и чисто тактические соображения. Так, практика показывает, что выборы федерального масштаба в силу самой своей специфики, как правило, обнажают весьма существенные с практической точки зрения аспекты состояния политических сил и общества в целом, остающиеся скрытыми при традиционных исследованиях или, по крайней мере, выявляемые ими лишь с большим трудом.

В этом отношении выборы, действительно, являются лучшим и наиболее комплексным не только политологическим, но и социологическим исследованием. Проведение парламентских выборов в установленный законом срок, в конце 2007 года, оставляет на осмысление полученных результатов с точки зрения важнейшего события политического цикла – президентских выборов, а также на подготовку и проведение государственной реакции на них лишь несколько месяцев. Представляется, что нынешней расслабившейся, обленившейся и глубоко развратившейся бюрократии этого совершенно недостаточно. В результате, желая наилучшим образом провести президентские выборы (или, что более вероятно, называемый подобным образом грубый фарс), она будет стремиться к максимально раннему проведению выборов в Госдуму, рассматриваемых ею в качестве важного этапа подготовки к «большим», президентским выборам. Конечно, результат и парламентских, и тем более президентских выборов будет, по всей вероятности, заранее предопределен и практически никак не связан с реальным поведением избирателей, однако всякой бюрократии, даже самой ленивой, свойственно стремление «перестраховаться».

Именно на этом, как форель на блесну, ее и стоит ловить.

При принятии решения о досрочных выборах в Госдуму сыграет свою роль, насколько можно понять, и дикое, иррациональное раздражение правящей бюрократии, направленное на буквально несколько депутатов, не продавшихся ей, не поддавшихся ее давлению и оставшихся независимыми по-настоящему, а не на словах. Конечно, желание лишить общественно-политического статуса буквально нескольких человек слишком мелочно даже для нынешних руководителей России и само по себе ни при каких обстоятельствах не может являться главным аргументом для столь масштабной операции, как проведение досрочных парламентских выборов. В то же время, как представляется, подобное желание (в том числе именно из-за своей мелочности, вполне соответствующей масштабу личностей многих наших урководителей) вполне может послужить весомым дополнительным аргументом, способным сыграть решающую роль в условиях колебаний и неопределенности.

Наконец, вполне логичной представляется и попытка правящей бюрократии решить свои достаточно глубокие внутренние проблемы при помощи эффектной и масштабной политической операции, надежно скрывающей за блеском и шумом серьезные внутриаппаратные изменения. Жесточайшая внутренняя борьба межу представителями правящей бюрократии естественным образом порождает жесточайшую борьбу между различными группировками внутри контролируемой ею «партии власти» – «Единой России». Принципиально важно, что эта партия не является «собственностью» того или иного клана правящей бюрократии, а практически повторяет ее структуру: в силу коалиционного характера формирования и развития различные группы партийных аппаратчиков и депутатов «Единой России» ориентируются (а как правило, и контролируются) различными, в том числе и непримиримо противостоящими друг другу группами правящей бюрократии.

Борьба между различными группами внутри «Единой России» является не только бесплодной, но и бесконечной, могущей прекратиться лишь с исчезновением самой этой партии. Причина проста: сама способность к достижению сколь угодно краткосрочного и шаткого компромисса является своеобразной привилегией людей, занимающихся реальной политикой, причастных к выработке принципиальных решений и потому входящих в структуры по-настоящему правящей бюрократии.

«Единая Россия» же представляется сборищем марионеток, простым придатком администрации президента на уровне в лучшем случае управления. Доходит до того, что, по некоторым данным, из более чем 300 депутатов ее фракции право на общение с журналистами в зависимости от ситуации имеют от 7 до 15 человек!

А марионетки, в отличие от людей, не способны дружить и не могут договариваться: они могут только кусать друг друга.

Даже если представители различных «групп влияния» правящей бюрократии в силу уникальной комбинации тех или иных условий заключают неизбежно временный «пакт о ненападении», они, ненавидя друг друга и стараясь нанести вред своим оппонентам, «покусывают» друг друга зубами своих марионеток из «Единой России», объясняя и оправдывая это якобы существующей относительной самостоятельностью последних. Подобные оправдания, несостоятельность (а значит, и наглость) которых очевидна для всех участников политического процесса, не способны вызвать ничего, кроме злобы и ответных действий, которые до сохранения потребности в компромиссе носят вынужденно симметричный характер и ограничиваются активизацией деятельности соответствующих внутренних фракций «Единой России».

Досрочные парламентские выборы рассматриваются всеми без исключения группировками правящей бюрократии как инструмент, позволяющий добиться изменения в свою пользу соотношения сил внутри партии «Единая Россия», а при особо благоприятных обстоятельствах – и поставить ее под свой исключительный контроль.

Однако их объединяет и общая цель – ослабление собственной партийной бюрократии «Единой России» и недопущение выхода ее как целого из-под совокупного контроля правящей бюрократии. Последняя жизненно заинтересована в том, чтобы понятие «партия власти» по-прежнему расшифровывалось по-путински – «партия, принадлежащая власти», а не по-сталински или по-брежневски – «партия, которой принадлежит власть».

Как минимум один раз для сохранения подчинения крупнейшей российской партии во многом анонимной правящей бюрократии понадобились экстраординарные меры. Это произошло в ночь перед открытием ее очередного съезда, когда в кабинете ее лидера, второго после Путина по популярности политика России, министра по делам чрезвычайных ситуаций С.К. Шойгу был проведен демонстративный обыск, а один из его ближайших сотрудников (генерал Ганеев) был арестован. С этого началось громкое «дело оборотней», и по сей день дамокловым мечом висящее над значительной частью силовой олигархии и тем самым обеспечивающее ее лояльность.

К настоящему времени возникла если не политическая, то экономическая потребность в еще одной «встряске» «Единой России», в рамках которой сложились весьма разветвленные и эффективные лоббистские системы, способные существенно корректировать усилия, включая коммерчески ориентированные, не только правительства, но и администрации президента, нанося ее представителям весьма ощутимый в том числе и материальный ущерб.

Досрочные парламентские выборы, позволив существенно обновить состав «Единой России», представляются естественным инструментом разрушения сложившихся лоббистских механизмов и снижения эффективности ее лоббистского потенциала, вступившего уже в некоторую конкуренцию с лоббистскими механизмами администрации президента, не говоря уже о правительстве. Ослабление этой конкуренции позволит провести еще один раунд (после перехода к назначению губернаторов и выборам по партийным спискам) централизации коррупционных потоков на федеральном уровне, исключительно выгодный прежде всего для администрации президента.

Ну и, конечно же, существенная корректировка полностью дискредитировавшего себя персонального состава «Единой России» позволит на некоторое время приподнять ее авторитет. Помимо сугубо эгоистических соображений, авторов и разработчиков идеи досрочных парламентских выборов питает надежда на вливание в безнадежно сгнившие мехи «партии власти» нового, на короткий срок действительно способного оживить их вина.