Читать онлайн «Третий путь ...к рабству». Страница 138

Что может и что должна делать оппозиция в этой постфевральской реальности, когда Путин очень сильно испугался личных для него последствий Украинской антикриминальной революции.

Лидеры и идеологи оппозиции должны быть готовы в любой час умереть за свои убеждения.

Непрерывно всеми доступными средствами должны они вести просветительскую работу о преступном курсе воровской власти, ведущем к национальной смерти русского народа. В этой угрозе уже не сомневается более половины российских граждан. Надо сделать осознание преступности и нелегитимности правящей верхушки всеобщим, разделяемым в том числе и силовиками, детьми своего народа, которым в час Х поступит преступный приказ верховного стерха.

Ни в коем случае не принимать участия в поганых игрищах, затеваемых путинской Дзюдохерией для своей легитимизации в глазах подданных: общественных советах, палатках, выборах. Этот режим никогда не уйдет в результате организованных им самим выборов. Об этом еще раз справедливо напомнил недавно Алексашенко: «Кремль, как наперсточник, постоянно меняет правила. Он вводит то одни, то другие фильтры. Волшебник Чуров имеет карт бланш на вычеркивание любых неугодным: кандидатов из избирательных списков. И поэтому за формирование новой власти России придется заплатить дорогую цену».

Народ мудрее оппозиционеров, увлеченных сегодня обгладыванием лукаво подброшенной им властью косточки партстроительства. Он в массе своей давно перестал ходить на эти нечестивые сборища. Минимальная явка по всей стране — гораздо большая пощечина режиму и большее свидетельство его нелегитимности, чем заветные 5 % одной из десятка не отличимых друг от друга малюсеньких партий на судьбоносных выборах в городское собрание Мухосранска или Москвы.

Марафонцы, разминающие в володинском загончике свои хилые партийные мышцы в предверии всенародных выборов В. В. Путина в 2018, 2024, 2030 гг., не оппозиционеры, а либо клоуны либо служки режима.

Бойкот бесчестных выборов, бойкот политической повестки дня власти должны стать составной частью расширяющейся общенациональной кампании гражданского презрения к обитателям воровского путинского бункера.

1 марта 2014 года

Обращение В. Путина в Совет Федерации за санкцией на ввод ограниченного контингента российских войск в Украину было объявлением войны независимому государству, суверенитет и территориальную целостность которого Россия обязалась гарантировать согласно Будапештскому меморандуму.

В этой безумной войне могут погибнуть тысячи и десятки тысяч русских и украинцев.

Между тем остановить авантюру кремлевских клептократов, воспринимающих Февральскую антикриминальную революции в Украине как угрозу их личной пожизненной власти, может очень простая мера стран ЕС, Швейцарии, Лихтенштейна и США. Власти этих стран могут во исполнение их собственного законодательства обнародовать и заморозить активы высших должностных лиц РФ и их бизнес-партнеров в западных финансовых институтах.

Лица, виновные в развязывании войны против Украины, будут публично разоблачены как преступники, отмывающие в огромных масштабах средства добытые путем ограбления русского и других населяющих РФ народов.

Эта мера откроет глаза многим, в том числе и в России, на истинные мотивы категорического неприятия Кремлем Украинской революции, сбросившей власть бригады Януковича — клона кремлевской клептократии.

14 апреля 2014 года

«Умом Россию не понять, аршином общим не измерить», — стандартная отговорка российских и западных экспертов вот уже полтора столетия. Но сегодня уже не надо понимать её. Задача существенно упростилась. Для практических целей среднесрочного планирования достаточно понимать мотивы поведения одного человека. Все остальные граждане России от последнего бомжа до лидеров мировых списков Форбса с восторгом и благоговением сдали ему свою субъектность. А действия этой Особи (особой точки, как говорят математики) определяются только одним критерием — сохранение ею пожизненной власти.

И это не патологическая жажда власти, как иногда его упрекают, а вполне естественная забота о личной физической безопасности. Он прекрасно понимает законы функционирования системы, построенной с его участием. Конец туннеля в ней это тот коллектор, из которого люди с ломами вытащили обреченного Каддафи.

Рассмотрим в этом контексте политику Путина в отношении Украины. Она достаточна последовательна и логична на всех своих этапах. Даже робкая попытка его украинских собратьев по олигархии отмыть свое преступное прошлое, оборотившись цивилизованными европейскими предпринимателями, вызвала его яростное неприятие. В ассоциации с ЕС он справедливо увидел некоторый шанс для Украины выпасть из цепи посткоммунистических воровских паханатов, образовавшихся на территории бывшего СССР, и перейти к европейской модели экономической и политической конкуренции.

Такое развитие могло стать в перспективе заразительным и привлекательным примером для его подданных и поэтому его необходимо было ликвидировать в зародыше. Добившись угрозами и подкупом отказа Януковича от подписания соглашения с ЕС, он счел свою тактическую задачу выполненной и не помышлял о Крыме. Зачем ему Крым, когда у него под контролем вся Украина.

Неожиданностью для него как и для очень многих стал Майдан. Победа Февральской украинской антикриминальной революции превратила академическую угрозу его пожизненному правлению в реальную политическую проблему сегодняшнего дня.

Первоочередной задачей для путинской Дзюдохерии, необходимым условием её выживания, стал разгром Украинской революции, максимальная её дискредитация в глазах российского общественного мнения и либо установление в Киеве послушной Кремлю власти либо расчленение украинского государства с сохранением контроля над большей его частью.

Вот здесь и пригодились штабные планы по аннексии Крыма Силами Специального Обеспечения (ССО). Она была стремительно проведена как естественный первый шаг реализации амбициозной, но достаточно ситуативной, не претендующей на порождение каких-то долгосрочных идеологем программы усмирения Украины.

Крымская речь восемнадцатого марта задумывалась как пропагандисткая презентация urbi et orbi присоединения Крыма в максимально выгодном для Кремля свете. Неожиданно, как мне кажется, и для самого оратора она стала чем-то значительно большим. Она решила для него личностную проблему гораздо более важную, чем даже удушение Украинской революции.

Напомню, в чем я вижу нерв экзистенциальной проблемы диктатора, о которой я не раз говорил в последние годы. Любой даже самый жестокий режим не может опираться исключительно на насилие. Генетической матрицей каждого авторитарного режима является некий системообразующий миф, обольщающий на какое-то время значительную часть общества.

Жизненный цикл режима — это продолжительность жизни этого мифа, который реализует себя в период бури и натиска, достигает своего акме и, наконец, угасает, унося с собой порожденный им режим.

Так советский коммунистический режим, порожденный мифом о Царстве справедливости и свободы, достиг своей трагической вершины в победе СССР во Второй мировой войне и угас в конце 80-х, когда в коммунистический миф уже не верил ни один член Политбюро.

Свой маленький телевизионный миф о молодом энергичном офицере спецслужб, посылающем русские полки вглубь Кавказа, несущем ужас и смерть взрывающим нас в собственных домах террористам и всем врагам встающей с колен России, создали и циничные кремлевские жулики-политтехнологи кровавой осенью 1999 года. Ключевым девизом стала знаменитая сортирная реплика героя. «Наш», — удовлетворенно выдохнула тогда женская душа России.

Вся политическая конструкция государства повисла с тех пор на тоненькой ниточке путинского мифа. Сознательно задуманный как симулякр большего идеологического стиля, путинизм пробежал в своей коротенькой биографии все классические стадии советской истории, став пошлой пародией на каждую из них. В 2008-м он перевалил через свое убогенькое акме (победоносная война с Грузией), и нарастающая еще с тех пор тошнота элит свидетельствует о смерти путинского мифа.

Он перешел в свою зомби-стадию, продолжительность которой давно превысила среднестатистическую норму. По всем законам эволюции авторитарных режимов Дзюдохерия должна была уже пасть в результате двух взаимодействующих факторов: массового протеста активного меньшинства и раскола элит.

Эта российская аномалия — сверхдлительность зомби-стадии — порождается уникальным характером нашей элиты-нувориша, поднявшейся не на созидании, а на банальном переваривании останков бывшей сверхдержавы.