Читать онлайн «Страсти по власти: от Ленина до Путина». Страница 70

Вот такой опыт был у испанского генерала Франко. Как же его собирались перенять в России?

С началом перестройки в СССР хлынули эмигранты первой волны. Ехали сначала с опаской, а потом осмелели и начали все чаще навещать свою родину. Вместе с ними объявилось и избежавшее участи царской семьи семейство Романовых, успевшее сбежать за границу. Среди последних был и сын великого князя Кирилла Владимировича – Владимир Кириллович, объявивший себя Главой Российского Императорского Дома в изгнании.

Почему «глава»? Имел ли он на это право? Тут история занятная и поучительная. Дело в наследстве. Кто-то делит квартиру или деньги, а Романовы делили трон. Вот как это вышло.

Начнем, пожалуй, с азов. У императора Александра II было три сына – Николай, Александр и Владимир. Согласно «Уложению об императорской фамилии», составленному еще Павлом I в 1797 году, наследование в роду Романовых должно было передаваться только по мужской линии от отца к старшему сыну. Следовательно, наследником престола должен был стать Николай, однако тот умер молодым. Наследовать трон был обязан Александр, который и стал императором Александром III в 1881 году. Младший же брат, Владимир, так и остался великим князем; при этом он очень завидовал Александру. Александр III об этом знал. Когда он со своей семьей попал в страшную железнодорожную катастрофу в 1888 году, то сказал, вылезая из разбитого вагона: «Как огорчится мой брат Владимир, когда узнает, что все мы остались живы». Владимир мечтал о троне если не для себя самого, то для своих сыновей.

У Александра III тоже было три сына – Николай, Георгий и Михаил. Наследником стал Николай (Николай II), Георгий умер; добродушный же шалапут Михаил ни на что не претендовал, хотя и считался цесаревичем до рождения у Николая II сына Алексея в 1904 году. Он даже обрадовался, что перестал быть наследником, – его манила частная жизнь. Так что у Николая II с престолонаследием было все в порядке – у него был сын, а в случае его смерти (мальчик был болен гемофилией) трон занял бы Михаил и его потомки. Таким образом, царствование великому князю Владимиру «не грозило».

В свою очередь у великого князя Владимира тоже родились три сына – Кирилл, Борис и Андрей, перенявшие амбиции своего отца, особенно первый. Через некоторое время произошла Февральская революция 1917 года. Николай II отрекся от власти за себя и своего сына Алексея в пользу брата Михаила. Но тот тоже не стал принимать власть до решения Учредительного собрания о способе правления в России. После Октябрьского переворота, в 1918 году, Николай II со всей семьей был расстрелян. Та же участь постигла и Михаила. Таким образом, линия Александра III в роду Романовых пресеклась.

Если бы Российская империя продолжала существовать, то наступил бы черед править страной клану Владимировичей, в первую очередь Кириллу. Он с братьями успел сбежать от большевиков за границу и действительно в 1922 году объявил себя Блюстителем Государева престола (поскольку еще была неизвестна судьба Николая II), а затем, в 1924 году, – императором Всероссийским в изгнании. Однако тут произошла неувязка. Самодержавие рухнуло с Февральской революцией, а 1 сентября 1917 года Россия была объявлена республикой! То же самое сделали и большевики – создали РСФСР, то есть опять же республику.

Ну и пусть бы Кирилл тешился себе императорским титулом, «правил» бы страной без подданных и без территории, пил коньяк с такими же лишенными своих тронов особ, болтал бы на собраниях монархистов и с тоской вспоминал о прошлом. Новым властям в России от этого было не холодно и не жарко. Разве только Остап Бендер обирал «кирилловцев» – тайных поклонников «императора в изгнании».

Жарко стало другим ветвям семейства Романовых, оказавшимся в эмиграции, когда выяснилось, что титул Императора Всероссийского Кирилл I присвоил себе незаконно! То есть он был самозванцем! Среди Романовых и русской высшей аристократии, жившей в эмиграции, произошла свара: одни признавали Кирилла императором, другие категорически отказывали ему в этом титуле. И были правы. В историю эта эпопея с самозванством вошла под названием «Кириллиады». По аналогии со сказаниями Гомера «Илиада».

Судите сами. Еще его отец – великий князь Владимир Александрович, сам себе отрезал путь к трону – женился на неправославной. Вообще-то, большинство русских великих князей женились на женщинах иных вероисповеданий, но перед вступлением в брак они меняли веру и имя. А Владимир в 1874 году женился на принцессе Марии Мекленбург-Шверинской, которая не захотела поменять лютеранскую веру. Это противоречило законам Российской империи, за что Владимир был лишен права на трон «в потомстве». То есть императором чисто гипотетически он мог стать, но его сыновья – никогда. В 1908 году Николай II, в нарушение закона, простил своего дядю и восстановил его во всех правах.

Поскольку сыновья великого князя Владимира – Борис и Андрей – в этом плане нам неинтересны, обратимся к старшему из них, Кириллу, поскольку весь сыр-бор разгорелся именно из-за него. Кирилл пошел по стопам своего отца – тоже женился «неправильно». Избранницей Кирилла в 1905 году стала его двоюродная сестра Виктория-Мелита, принцесса Великобританская и Ирландская. Жениться на кузинах было непозволительно (кровосмешение). К тому же она была разведенной (была замужем за великим герцогом Гессен-Дарштадским), что опять же запрещалось законом. И еще: он женился без разрешения императора, что тоже было запрещено. Их венчание прошло тайно. Таким образом, Кирилл Владимирович нарушил сразу три статьи «Уложения…» Результаты: Кирилл был исключен из службы на флоте (он был капитаном II ранга), лишен всех прав члена Императорского дома, то есть звания великого князя; в 48 часов должен был покинуть Россию; ему прекратили выплачивать великокняжеское жалованье – 200 тысяч рублей в год. Таким образом, Кирилл со своей пассией оказался в изгнании. Император Николай II (двоюродный брат Кирилла) поступил с ним так жестоко по велению закона, но не души. Через несколько месяцев после изгнания Кирилла из России Николай II все же распорядился выплачивать ему по 100 тысяч рублей ежегодно (напомним, что рубль был в то время золотым) «для могущего произойти от него потомства». То есть, говоря по-нынешнему, Кириллу начали выплачивать «материнский капитал» авансом. Молодожены в это время в Европе жили в свое удовольствие. Они проводили время то в Кобурге (у родителей Виктории-Мелиты; Мелита – потому, что родилась на Мальте), то в Каннах на средиземноморском побережье Франции. Там они жили на роскошной вилле, катались на собственной яхте, наносили визиты и принимали гостей. Родители с обеих сторон помогали им деньгами. Революция 1905 года в России не затронула их нисколько. Супруги ждали и верили, что скоро все образуется.

В конце 1906 года стало известно, что Виктория ждет ребенка. Николаю II снова пришлось ломать голову, как поступить: ведь ситуация-то сложилась неоднозначная. В случае неравнородных браков великих князей, скажем, с простыми дворянками или с кафешантанными певичками, их дети не имели права на наследование престола. Но брак Кирилла и Мелиты был совсем другим. Виктория, с одной стороны, приходилась внучкой Александру II, с другой; по отцу, внучкой английской королеве Виктории (в честь которой ее и нарекли). В свою очередь, Кирилл тоже был внуком Александра II. Как тут быть? К матери Кирилла, Марии Павловне, послали двух гонцов – обер-прокурора Святейшего Синода Победоносцева и министра юстиции Щегловитова. Через них Кириллу предлагалось расторгнуть брак. Мария Павловна доказывала, что потомство Кирилла от Виктории не может считаться незаконным, поскольку оба родителя равнородны. Единственным для Николя II выходом было бы признать их брак – и дело с концом. Священный Синод тоже отказывался расторгнуть брак Кирилла с Викторией, поскольку все было сделано по правилам. Марии Павловне посоветовали обратиться с письмом к Николаю II, чтобы тот разрешил этот вопрос. Император ознакомился письмом в начале 1907 года; он отказал Кириллу в признании брака, подтвердил свое решение лишить его потомство прав на престолонаследие, но пообещал детям Кирилла с Мелитой даровать фамилию князей Кирилловских и выплачивать им по 12 500 рублей в год до их совершеннолетия. Можно себе представить, какую негативную реакцию вызвало такое решение в клане Владимировичей. Особенно негодовала мать Кирилла – великая княгиня Мария Павловна, которую злые языки называли «Михенью». Михень была не менее амбициозна, чем ее дражайший супруг великий князь Владимир Александрович.

В январе 1907 года Виктория родила дочь Марию. В связи с этим вновь возник вопрос о потомстве мятежного Кирилла. Созвали юристов и знатоков права под председательством премьера Столыпина. Они судили и рядили и так и эдак – по всему выходило, что царь не прав, и дети Кирилла все же имеют право на престолонаследие. В тот момент Николай II предпочел «ничего не знать», и совещание окончилось безрезультатно. Однако вскоре ситуация изменилась: двоюродный дядя царя Николай Николаевич-младший женился на разведенной черногорской принцессе Анастасии (Стане), до развода бывшей замужем за герцогом Лейхтенбегским. Это очень напоминало брак Кирилла – женитьба на разведенной женщине. Дяде Николаше царь отказать не решился, и его жена сразу же получила титул великой княгини со всеми вытекающими отсюда последствиями.