Читать онлайн «Московские легенды. По заветной дороге российской истории». Страница 167

В царствование Алексея Михайловича в память перенесения в Москву мощей митрополита Филиппа был построен однопрестольный деревянный храм также на Троицкой дороге, но ближе к городу. В 1686 году обветшавшая деревянная церковь была заменена каменной, и в ней появился придел Алексия человека Божия — небесного покровителя царя Алексея Михайловича.

В середине XVIII века по желанию и на средства прихожан началась перестройка храма, которая затянулась на тридцать лет. В 1777 году был принят проект крупнейшего тогдашнего московского архитектора Матвея Федоровича Казакова, строительство закончено в 1788 году. Новая церковь Филиппа митрополита Московского, поднявшись своим куполом в виде классической беседки, сквозь колонны которой просвечивало небо, над одно— и двухэтажными домиками Мещанских улиц, стала украшением района, который приобрел в ней одну из главных своих достопримечательностей.

В настоящее время храм поставлен на государственную охрану как выдающийся памятник архитектуры.

«Здание церкви Филиппа митрополита, — пишет современный историк архитектуры, — является одной из вершин русской архитектуры второй половины XVIII века. В нем отражены принципы раннего московского классицизма, для которого характерна прежде всего монументальность пропорций и строгая ордерность, выраженная не только в комбинациях форм, но и в самой структуре здания».

После революции служба в храме продолжалась до 1939 года, потом его заняли несколько учреждений: архив, лаборатория и мастерская.

В 1991 году церковь возвращена верующим. Хотя внутри частично сохранилось убранство, иконостас, лепнина, потребовался основательный ремонт. В храме среди сохранившейся старой росписи — две большие картины XIX века хорошей живописи: на одной митрополит Филипп изображен в келье на молитве, на другой — беседующим с царем Иваном Грозным. Храм был освящен патриархом Алексием II 24 марта 1993 года.

При создании и всю свою более чем трехсотлетнюю историю храм Филиппа митрополита Московского был приходским храмом. Теперь же он стал Сибирским подворьем, где приезжающие в Москву священнослужители Сибири и Дальнего Востока могут остановиться, москвичи же имеют возможность приобрести литературу о сибирских святынях. Велико символическое значение Сибирского подворья: оно знаменует духовное единство сибирских земель с Москвой.

На Сибирском подворье построена часовня в честь святых просветителей земли Сибирской, два корпуса — паломнический и представительский, в которых размещаются библиотека, зал-столовая, гостиничные номера. В будущем на территории подворья будет установлен бронзовый памятник воинам-сибирякам, сражавшимся под Москвой зимой 1941–1942 года. Имеется его проект: воин с винтовкой, осеняющий себя крестным знамением, и ангел над ним… Из Тюменской области уже доставлена 25-тонная гранитная глыба для основания памятника.

Дома № 39–41 на правом углу бывшего Серединского переулка были построены в конце XIX — начале XX века и принадлежали купцу П. П. Золотареву.

К дому № 41 пристроено большое служебное здание метрополитена со встроенным в него вестибюлем радиальной станции «Проспект Мира».

Золотаревский дом 41 за богатое и выразительное декоративное оформление среди местных жителей был издавна известен как «дом с атлантами»; ходили легенды о необыкновенном богатстве его владельцев, при этом фамилия Золотарева со временем была забыта, и владельцем называли более известную фамилию фарфоровых фабрикантов Кузнецовых. Это утверждение встречается и в современной краеведческой литературе.

Соседний же дом № 43 действительно кузнецовский. В 1874 году этот участок приобретает жена потомственного почетного гражданина купца 1-й гильдии Матвея Сидоровича Кузнецова Надежда Викуловна. Когда-то это была дворянская усадьба князей Долгоруковых, расположенная между 1-й и 2-й Мещанскими, затем в первой половине XIX века раздробившаяся на несколько владений и в конце концов опять собранная воедино уже купцом-фабрикантом.

На участке сохранились старые постройки, возведены новые. Жилой особняк для хозяев строился по проекту Ф. О. Шехтеля (конец 1890-х — 1902 год), иные считают его «готическим», другие — «мавританским», но и по внешнему виду и по внутренней отделке — с дубовыми панелями, мраморными каминами, лепниной — это был типичный буржуазный особняк в стиле модерн. В конце 1920-х годов особняк надстроили двумя этажами, что испортило его первоначальный вид, перепланировали внутренние помещения, приспособив их под жилые квартиры. Затем в 1980-е годы был новый капитальный ремонт и перепланировка, в нем разместился «Дом комсомольца и школьника Дзержинского района».

В то время, когда в доме жили Кузнецовы, бывшие старообрядцами, в нем была домовая церковь во имя апостола Матфея, небесного покровителя хозяина дома, после национализации дома ликвидированная.

На территории усадьбы Кузнецовых стояли, как рассказывает современник, «несколько домов с большим количеством квартир, но ни одна квартира не сдается внаем: их населяют „кузнецовские молодцы“ — служащие их фирмы».

Источником легенды о богатствах «дома с атлантами», по всей видимости, послужило нападение в 1918 году грабителей на кузнецовский особняк. В номере газеты «Правда» за 4 апреля 1918 года было напечатано сообщение: «I/IV — особняк № 43 по Мещанской захватила вооруженная группа, называвшая себя независимыми анархистами. Начали расхищать имущество. Была вызвана рота Финляндского красносоветского полка и 16-й летучий Московский отряд. Беспорядочно отстреливаясь, они бежали. Убегая, бросили ящики, наполненные различным столовым серебром. Имущество сдано в ЧК».

Традицию производства гравированных «листов» в Мещанской слободе в XX веке продолжил художник Игнатий Игнатьевич Низинский, И. И. Нивинский, родившийся в Москве в 1881 году и окончивший в 1899 году Строгановское училище, в 1909 году приобрел находящийся во дворе нынешнего дома № 45 по проспекту Мира отдельно стоявший небольшой двухэтажный флигель и оборудовал в нем эстампную мастерскую.

Из Строгановского училища, готовившего художиков-прикладников, он был выпущен как специалист по мебели. Но интересы молодого художника отнюдь не ограничивались его профильной специальностью, и он был замечательным рисовальщиком, занимался архитектурой, живописью, монументальной росписью, иллюстрацией, выступал как театральный художник. Во всех этих областях он достиг значительных успехов: его росписи фризов и плафонов украшают здание Музея изобразительных искусств в Москве, в его оформлении шла в театре Е. Б. Вахтангова знаменитая «Принцесса Турандот», с 1909 года он выступает на художественных выставках.

В начале 1910-х годов его главным увлечением становится офорт — гравюра на металлической доске. Нивинский, используя различные технические приемы при обработке доски и при печати, добивается большой художественной выразительности в своих офортах. Он целиком отказывается от использования офорта в репродукционных целях и создает оригинальные станковые произведения, причем не переносит на доску заранее сделанный рисунок, а рисует офортной иглой с натуры прямо на доске, как это изображено на его офорте «В студии перед зеркалом».

И. И. Нивинский. В студии перед зеркалом. Офорт 1917 г.

В 1920-е годы И. И. Нивинский становится одним из ведущих офортистов Москвы, создает Союз граверов, преподает офорт во Вхутемасе.

Работы И. И. Нивинского являются классикой советского офорта.

В мастерской Игнатия Игнатьевича постоянно работали его ученики, и многие московские художники, начинавшие свой творческий путь в двадцатые — начале тридцатых годов, знакомились с практикой офорта именно здесь.

После смерти Нивинского (он умер в 1933 году) его вдова передала мастерскую Союзу художников, и с 1934 года в ней была открыта Офортная студия имени И. И. Нивинского, в которой под руководством опытных офортистов могли совершенствовать свое мастерство молодые художники. В 1950-е годы в ней преподавал О. А. Дмитриев, о котором рассказывалось в главе о Сретенке.

В советское время в студии работали, учились, совершенствовали свое мастерство, печатали своя работы большинство членов нескольких поколений существующего при Союзе художников объединения «Московским эстамп». В ее выставочном зале регулярно устраивались выставки современных произведений и ретроспективные персональные и тематические экспозиции из богатого фонда студии, проходили творческие обсуждения и дискуссии.

«Московская экспериментальная студия имени И. И. Нивинского» успешно проработала в доме ее основателя почти 70 лет. Но в 2003 году московское правительство отобрало у художников здание студии, и дом был отдан другой организации, занявшей его с помощью милиции. Жалобы художников на незаконность случившегося успеха не принесли, единственное, чего удалось добиться, это разрешения вывезти имущество студии…