Читать онлайн «Свобода от равенства и братства. Моральный кодекс строителя капитализма». Страница 55

«А чем Россия хуже Европы и прочих богатых и развитых стран? – задумался однажды москвич Николай Алексеев, руководитель сайта www.gayrussia.ru . – Там проводят парады любви каждый год. Почему бы и нам не провести? Или мы не такие цивилизованные?»

«Мы» оказались не такие цивилизованные. Просто потому, что не настолько богатые, как Европа. Еще несколько ступеней, еще несколько рывков на пути догоняющего экономического развития, еще 10–20 лет, и Москва, ставшая в экономический «ровень» с крупнейшими мегаполисами Европы и Америки, отнеслась бы к подобному мероприятию так же, как весь цивилизованный мир, – со снисходительной улыбкой. Но взлетающая Москва еще не вышла на нужный ментальный эшелон, где гудят толстопузые страны Запада, она слишком задрала нос. И свалилась в постыдный плоский штопор, напугав мир очередной русской дикостью…

Итак, предводитель московских геев и лесбиянок Николай Алексеев решил провести в Москве «лав-парад» силами своего «профсоюза». О чем и известил общественность. Однако состояние умов этой самой общественности, вполне уже доросшей до концертов группы «Ленинград» и корриды, в данном пункте оказалось на уровне умственного развития московских властей, не доросших не только до гей-парада, но и до корриды с «Лениградом».

И те и другие взвыли в унисон. Вой был громок, пронзителен и долетел аж до Европы. Это был вой загнанного зверя, которому показали красный флажок. Он шел из самой глубины дикого народного нутра и был вербализован московским мэром в Берлине. Там, отвечая на вопрос о проведении гей-парада в Москве, Лужков выказал всю стойкость и непоколебимость своей деревенской морали: запретить! не пущать!

Услышав это, Европа вздрогнула, словно вместо человека в галстуке перед микрофоном вдруг оказался заросший шерстью дикий варвар. В Лондоне, Париже, Варшаве, Стокгольме и Вене около российских посольств немедленно прошли марши протестов европейской общественности против московской гомофобии.

Позиция столичных властей действительно была очень уязвима – и в юридическом, и в логическом, и в нравственном смыслах. Никакого права запрещать свободным гражданам проводить шествия, гарантированные им Конституцией страны, у властей столицы, конечно же, не было. Дело в том, что по закону право на митинг в России носит не разрешительный, а заявительный характер. Граждане не просят, а информируют власть, что намерены тогда-то и там-то провести митинг. Права запрета у властей нет. Но они, руководствуясь требованиями безопасности, например, могут выделить шествию иной маршрут, отличный от заявленного устроителями. Однако Москва устами своих властителей и руками своих силовых структур «шествие в поддержку толерантного отношения к лицам гомосексуальной ориентации» (официальное название мероприятия) фактически запретила. Если юридически нельзя, но очень хочется, то можно…

Однако в логическом и нравственном аспектах позиция московских запретителей была еще более уязвимой! Московские чиновники, обосновывая свой произвол, ссылались на протесты общественности, на нетрадиционность данного зрелища для «расейского менталитета» и на общую аморальность мероприятия. «Я принимал решение о запрете, учитывая, в первую очередь, не свое мнение, а мнение народа! Все наши конфессии – и православие, и мусульманство, и буддисты, и иудеи – высказались решительно против проведения этого мероприятия», – сказал Лужков. Недюжинного ума человек! Нашел, на что ссылаться в светском государстве… Друг мой! Если вы по просьбам верующих отменяете гей-парад, то следующим шагом вам придется по просьбам секс-меньшинств запретить крестный ход. Ибо чем педерасты хуже верующих? Ведь права всех граждан равны.

Но самая смешная причина для запрета, конечно же, «нетрадиционность гей-парадов для нашей культуры»… Как раз на нетрадиционность особо упирали боговеры. Один чересчур активный мусульманский поп даже принялся публично угрожать властям массовыми беспорядками, если те разрешат гей-парад. Этот человек в радиоэфире призывал свою паству к погромам и насилию, то есть впрямую попал под статью 282 УК «Возбуждение ненависти и вражды по отношению к социальной группе». Вы думаете, он сидит? Нет! Это устроителей светской выставки и рисовальщиков карикатур, которые не призывают ни к какому насилию, можно осудить. А попа, призывающего к уголовщине, отнюдь нет… Поп для российских властей путинской эпохи – фигура неприкасаемая. Даже поп-преступник. И, как показала практика, не только поп, но и простой воцерковленный погромщик.

Именно такими – по сути своей преступными – были те протесты общественности, на которые ссылались московские власти. Чиновники просто пошли на поводу у погромщиков, запретив законопослушным гражданам воспользоваться своим конституционным правом. Преступность в Москве продиктовала свою волю властям, и те отступили…

Вернемся, однако, к «нетрадиционности» как причине для оправдания запрета митинга. Традиция – дело наживное. Ничто не может стать традиционным, если когда-то оно не было нетрадиционным, ибо все имеет свое начало. Когда-то христианство для России было нетрадиционным верованием. И будь на месте князя Владимира Лужков со присными, они бы, наверное, запретили новую веру под флагом нетрадиционности для отечественной культуры… Летать в космос когда-то тоже было не в традиции. Лужков со присными под знаком нетрадиционности, думаю, запретил бы и космические полеты… А также мыло, прививки от оспы и вилки…

Когда-то церковь на пару со светской властью отчаянно боролась с вилками, полагая их дьявольским орудием и всячески тормозя введение вилок в кухонный обиход. Одной из мотивировок тоже была нетрадиционность, то бишь непривычность данного инструментария. Непривычность пугает – дикие люди и животные, как мы знаем, ко всем новшествам относятся с настороженностью и агрессией. Ванька надумал крылья сделать из воловьей кожи, чтобы с колокольни полететь? Грех! Ваньку – в костер вместе с крыльями!..

…Наконец, третьим аргументом против гей-парада было следующее рассуждение: поскольку гомосексуализм есть половое извращение, гей-парад проводить не нужно, дабы не пропагандировать половые извращения… Как вам такая странная логика?

Да, гомосексуализм – поведенческое уродство, связанное то ли с врожденным генетическим дефектом, то ли с аномальными условиями формирования плода в утробе матери. Процент урожденных гомосексуалистов обусловлен биологией и не зависит ни от политического строя, ни от уровня экономического развития, ни от главенствующей религии. Этот процент всегда есть, и он одинаков и в популяции людей, и в популяции других теплокровных, причем не только млекопитающих – гомосексуализм встречается, например, у пингвинов и других птиц.

В популяции рождается определенный процент олигофренов, больных мегацефалией, шестипалых, с заячьей губой… У всякого уродства есть свой биологический «норматив». Есть он и у врожденного гомосексуализма.

В общем, аномалия. Такая же, как врожденная слепота или врожденная глухота. Или ДЦП. Люди, больные детским церебральным параличом, с детства прикованы к коляске. Вопрос: нужно ли запрещать колясочникам или слепым проводить митинги и марши, дабы они не пропагандировали свое врожденное уродство? По Лужкову получается, что нужно.

В обоснование запрета Лужков ссылался на мнение каких-то загадочных «москвичей». Причем не тех москвичей, которые пытались реализовать свое конституционное право на шествие, а тех, которые требовали незаконно ограничить в правах часть своих соотечественников. Да, действительно, существует довольно большая масса гетеросексуальных граждан (а также, если верить психоаналитикам, латентных гомосексуалистов), которым видеть манерных, кривляющихся геев неприятно. Но разве их существование – веская причина для запрета? Смотреть на изувеченного болезнью инвалида-колясочника или на дауна многим тоже неприятно. Однако это ведь не повод запрещать колясочникам и даунам проводить шествия, с помощью которых больные люди хотели бы обратить внимание общества на их положение.

– Да этим геям и без того прекрасно живется, они уже и так везде! Они ведь на самом деле не на свое бедственное положение внимание хотят обратить, они хотят бросить вызов обществу! Они не будут просить общество о снисхождении, как слепые или колясочники, они будут улыбаться и вилять голыми задницами, показывая, как хорошо быть геями, и соблазняя малых мира сего!.. – И такое мнение я слышал от пролетариев умственного труда.

В принципе, интеллектуальный читатель и сам может изничтожить этот алогичный вопль пролетарской души с помощью элементарной логики. Но поскольку я уж впрягся в ярмо, не стану перекладывать свою работу на читателя, а просто дам ему отдохнуть и насладиться плавным течением повествования…