Читать онлайн «Еврейский вопрос глазами американца». Страница 59

Структура и форма современного Израиля доказывает, что еврейский супрематизм не является идеологией прошлого, но представляет собой зловещую реальность настоящего, ярко выраженную в современном Израильском государстве. Тот факт, что еврейские силовые структуры в Америке и по всему миру горячо поддерживают его доказывает, что не многое изменилось в борьбе евреев и неевреев за последние 2500 лет. Более того, тот факт, что евреи оказались способны получить поддержку Западом сионизма во всем его великом Лицемерии свидетельствует об их власти над всеми формами массовой информации и нашими правительствами. Европейская раса, палестинцы, да и люди всего мира не смогут выжить, если эта сила не будет сломлена.

После того, как я понял, что этноцентризм, пронизывает иудаизм и сионизм и что еврейская власть проникает в средства массовой информации, я прочел несколько книг и статей, которые намекали на то, что рассказы о зверствах немцев во время Второй мировой войны были преувеличены и превратно истолкованы. Некоторые утверждали, что бесконечное муссирование в средствах массовой информации того, что получило название Холокоста спустя десятилетия после войны, объясняется стратегическими интересами Израиля. Сначала я отвергал идею, что некоторые утверждения против немцев могут быть фальшивыми, так как я сам видел жуткие фотографии и фильмы, которые самообличали зверства немцев. Ниже приведен отчет о том, как я пришел к сомнениям относительно отдельных аспектов этого мрачного эпизода европейской истории.

Я писал эссе для английского курса Луизианского государственного университета по либерализации американской сексуальной морали. Я рассказывал, что никогда не видел изображения полностью обнаженной женщины до того, как поступил в университет. Это воспоминание может показаться странным современной молодежи, но даже журналы «Плейбой» не затрагивали самые личные сексуальные сферы до середины 60-х. После того, как я написал это эссе, правосторонний друг, который прочитал его, сказал мне, что я был не прав, когда утверждал, что не видел картин полной женской обнаженности в детстве.

«Ты видел полностью обнаженных женщин» – сказал он. – «Фотографии обнаженных мужчин и женщин, часто истощенных, запечатленных в ужасных сценах смерти. Ты видел много фотографий и фильмов о еврейских жертвах нацистов».

Подумав, мне пришлось признать, что он прав. Телевидение и пресса конца 50-х – начала 60-х имели гораздо более строгие нравы, чем теперь, но во время моего детства телевидение часто показывало ужасные фотографии и кинохроники истерзанных и замученных обнаженных еврейских жертв Второй мировой войны. Они наводняли страницы журналов, таких как «Лук энд лайф», без них никогда не обходился ни один телевизионный фильм, посвященный войне, и даже периодические издания перепечатывали их – включая местную газету моего города «Таймс Пикайюн».

Во времена невинности, когда ни я, ни мои друзья не видели фотографии абсолютно обнаженной женщины, средства массовой информации показывали трупы, часто обнаженных женщин, и маленькие останки детей, собранные как вязанки хвороста и скидываемые бульдозером союзников в братские могилы. Эти фотографии были очень впечатляющими, они глубоко врезались в мою память и даже сейчас образы, запечатленные на них, свежи в ней.

Мой друг предположил, что существовала политическая причина по которой средства массовой информации бесконечно показывали еврейских жертв Второй мировой войны. «Было ли это случайным?» – задавал он риторический вопрос. «Если это было лишь из-за сенсационности обнаженности и смерти, почему показаны практически только еврейские жертвы»?

Когда стали показывать фильм «Лица смерти»[427] в американских кинотеатрах в 1974 году, миллионы выстраивались в очереди для того, чтобы увидеть репортажи о реальных людях в преддверии смерти. Вид людей в неуклюжих позах смерти возможно самый душераздирающий. Родители не позволяли детям смотреть такие сцены, и телепрограммы новостей редко показывали наиболее жуткие картины убийства. Несмотря на то, что средства массовой информации часто используют сенсационные сцены чтобы поднять свой рейтинг, даже после крушения пассажирского самолета они обычно показывают только общий вид вместо отрезанных голов и раздробленных тел.

В 1990 году появилось много заявлений о том, что многие телевизионные программы и фильмы слишком кровавые и полны насилия, но все же ужасные сцены Холокоста стали обязательными для просмотра школьниками. Группы евреев заставили принять закон, требующий введения предмета «изучение Холокоста» в общеобразовательных школах, и многие тысячи отдельных школ просто сделали его обязательным для изучения по запросу евреев. Кровавое насилие художественных фильмов или телевизионных программ не является таким наглядным, как ужасные сцены Холокоста. Интересно, показывали бы те же школы фильмы о кровавых жертвах крушения самолетов детям? Показывали ли бы они девятилетним школьникам массовые убийства палестинских женщин и детей, которые были вырезаны в лагерях Сабра и Шатила на территории оккупированного Израилем Ливана или жертв коммунистов в Камбодже? Почему, спрашивал я себя, они должны показывать маленьким детям эти ужасные сцены еврейских жертв более чем 50-ти летней давности?

Сторонники «Изучение Холокоста» школьниками говорят, что это травма необходима для того, чтобы научить детей опасности расизма и антисемитизма. Но все же они не показывают людей с простреленными головами для того, чтобы научить детей ужасам криминального убийства, не показывают сцены миллионов трупов заморенных голодом или убитыми Советами, чтобы научить их опасности коммунизма. Ни в одном колледже нет отделения по изучению ГУЛАГа, ни один университет не требует от выпускников знаний об этом лагере.

Один из аргументов, который используют сторонники изучения Холокоста маленькими детьми, это то, что Холокост показывает зло расизма. Он показывает, по их словам, что массовое убийство является первейшим последствием расизма. Однако, они не упоминают, что намного большее количество человеческих жизней было унесено во имя равенства, а не расизма. Со дней кровавых эксцессов французской революции до миллионов замученных советами в ГУЛАГах, от убийц-красноохранников в Китае до полей смерти Камбоджи ни одна доктрина не убила больше людей, чем коммунизм – в ее самой основе заложено фанатическое стремление к всеобщему равенству.

Ужасные сцены страдания смерти евреев затрагивали мою душу, когда я был молод, и сейчас они не безразличны мне. Они породили во мне отвращение к негуманности, которая допустила такие ужасы. Они порождают злость в каждом из нас на тех, кто ответственен за эту резню. Тем не менее, в процессе того, как я более и более узнавал о еврейском господстве в международном коммунистическом движении, я все чаще задавался вопросом, почему средства массовой информации обращают внимание лишь на страдания евреев, практически не освещая других жертв массовых убийств. Единственные жертвы, о которых я действительно знал, были евреи. Это были жертвы, о которых я читал, которых видел по телевидению. Жертвы, чьими фотографиями были испещрены газеты.

Не существует большего преступления, чем убийства невиновного. Английский историк Дэвид Ирвинг называет это «невинноубиение». Однако, я узнал о «невинноубиении» гораздо более обширном, чем даже ужасные преступления нацистов. Это знание я почерпнул не из телевизионных документальных фильмов и не из публикаций о судебных процессах над военными преступниками, но на молчаливых страницах документов, которые практически не освещены средствами массовой информации.

Коммунисты в России, в Восточной Европе и Китае убили по крайней мере в 10 раз больше невинных людей, чем предположительно убили нацисты. Будучи подростком, я не думал о жертвах коммунизма. Я слышал комментарии о зверствах коммунистов, но я не видел ни фотографий, ни кинохроник, запечатлевших эти жертвы. Я не могу вспомнить ни одной. Я не видел документальных фильмов, не читал дневников маленьких девочек (или кого-либо другого), которые пострадали бы от рук коммунистов. Поэтому, я не переживал о христианских жертвах коммунизма, но я чувствовал сильную эмоциональную привязанность к еврейским жертвам Второй мировой войны.

Мое антикоммунистическое настроение побудило меня прочитать о величайшем человекоубийстве в мировой истории: убийстве десятков миллионов христиан в коммунистической России. Я читал о ужасном убийстве царя Николая и его семьи еврейскими большевиками и о массовых убийствах, начатых Лениным и достигших своего беспрецедентного апогея при Сталине,

Классическая фраза Ленина, касающаяся массовых убийств советским государством, демонстрирует хладнокровную природу этих преступлений. Он сказал: «Вы не можете сделать омлет, не разбив несколько яиц». К началу 60-х опубликованная информация из Кремля сама свидетельствовала о том, что ранние лидеры коммунизма организовали ликвидацию, по оценкам самой коммунистической партии, от 25 до 40 миллионов человек. Во время этого периода средства массовой информации оставались сфокусированными на страданиях евреев, практически не обращая внимания на другие жертвы тоталитаризма. Мне показалось странным, что средства массовой информации обращали так много внимания на жестокость по отношению к евреям, в то же время игнорируя убийство миллионов христиан еврейскими комиссарами в советском государстве.